до крови прокусила нижнюю губу и даже не заметила, как струйка крови потекла на её подбородок. Большов машинально вытащил из кармана носовой платок и сунул его Посадской.
– Вытри.
Никто из троих не заподозрил Андриану в том, что она блефует.
– Я заплачу этой Прухиной компенсацию, – выдавила из себя Софья.
– Почему вы? – сделала вид, что удивилась, Андриана.
– Потому! – выкрикнула Софья истерично.
Татьяна Круглова к тому времени уже успела прийти в себя и проговорила ровным голосом:
– Что вам за выгода причинять нам неприятности?
– Никакой, – честно ответила Андриана.
– Тогда почему бы вам не принять нашу версию? Только не притворяйтесь, что вы ничего не поняли. Я догадалась, что вы раскусили нас, ещё тогда, когда вы с интересом рассматривали сначала мои волосы, потом Сонины. Мы смотрим детективные сериалы и знаем, что эпителий Прухиной остался под ногтями Сони.
Андриана кивнула.
– Но что вам стоит и Серёге помочь, и Соньку в эту историю не втягивать?!
– Как вы это себе представляете? – спросила Андриана Карлсоновна.
– Очень просто. Вот смотрите, – женщина вынула из сумочки пачку фотографий, – нас здесь родная мать и то не сразу различит. Покажите фото вашим свидетелям и посмотрите, что из этого выйдет. Я уверена, что они скажут, что в выходные видели на Мишкиной даче с Серёгой меня. А мы вам заплатим, – осторожно добавила она.
Эти слова явно были лишними. Круглова поняла это по сердитому взгляду Андрианы и быстро проговорила:
– Простите, я не хотела вас обидеть.
– Помогите нам, – жалобно попросила Софья. – Вы не знаете моего мужа. Он нас с Серёгой убьёт.
– Если вы знали, что ваш муж страдает комплексом Отелло, зачем изменяли ему?
– Нужна же мне в жизни хоть какая-то отдушина! – вырвалось у Посадской с искренним отчаянием.
– Всё так плохо? – невольно проявила сочувствие сыщица.
Женщина кивнула.
– Отчего же вы живёте с ним?
– Всё не так просто, – проговорила Софья и отвела глаза.
– Он не отпустит её, – прояснила ситуацию Татьяна.
– Тогда вам всё-таки нужно взять себя в руки и не изменять.
– Легко говорить. Я не устояла, – тихо ответила Посадская.
У Андрианы в голове не укладывалось, как можно не устоять перед соблазном улечься в постель с чужим мужчиной. Но она вовремя вспомнила одну из заповедей: «Не судите и не судимы будете» – и прикусила язык. Потом она перевела взгляд с бледного лица Софьи на замкнутое лицо Татьяны, потом на растерянную физиономию Михаила. Вздохнула и сказала:
– Хорошо, я попробую помочь Савельеву, не выдавая вас.
Все трое облегчённо вздохнули. «Рано радуетесь», – хотела сказать Андриана, но промолчала.
Круглова оказалась права. Все свидетели указали на фото, где была она, недавно ставшая блондинкой. Не зря А.С. Пушкин сказал: «Я сам обманываться рад».
Никому даже в голову не пришло, что на даче с Сергеем была другая женщина. С другой стороны, винить свидетелей в ошибке было сложно. Две сестры в обычной жизни хоть и не выглядели близнецами, но похожи друг на друга были очень сильно. А уж на фотографии тем более.
Андриана расспрашивала Краюхина, Артамоновых и их компанию с пристрастием, чтобы не случилось того, что при разговоре со следователем они пересмотрят свои показания. Отстала она от них только после того, как все уже устали с пеной у рта уверять её, что с Сергеем на даче была Татьяна. Сыграло свою роль и то, что Сергей Савельев ни разу не называл её по имени. Только рыбкой, киской и симпомпончиком. От этого последнего слова Андриану буквально тошнило. Но ничего не поделаешь. «Взялся за гуж, не говори, что не дюж».
Несмотря на то что сыщице претила любая ложь, она убедила себя, что ложь во спасение имеет право на существование и что, в сущности, ей всё равно, кто подтвердит алиби Сергея. Если Татьяна хочет защитить сестру, то это её право.
Глава 15
Сложив фотографии в стопку и запихнув их в конверт, Андриана собрала в кучку своё мужество и на следующий день отправилась к полковнику Кочубееву, который, как она и предполагала, ничуть не обрадовался её появлению на пороге своего кабинета.
«Явилась, не запылилась», – прочитала она в его глазах, приветливо улыбнулась и сказала:
– Доброе утро, Николай Егорович!
– А вы уверены, что оно доброе, Андриана Карлсоновна? – спросил он вместо приветствия, но потом всё-таки поздоровался.
– Конечно, доброе, – оптимистично заявила Андриана, – весна! За окном светит солнце, и у меня добрые вести для одного из задержанных вами.
– Да что вы говорите, – хмыкнул Кочубеев и поинтересовался: – И кого же вы взялись выгораживать на этот раз?
– Не выгораживать, – поправила Андриана полковника строго, – а подтверждать фактами невиновность Сергея Никифоровича Савельева.
– Так-так, – проговорил полковник, – это уже становится интересным. И что же вы там насобирали в его защиту?
Андриана Карлсоновна, проигнорировав иронию в словах следователя, достала из сумки свои записи и фотографии, разложила всё это по-хозяйски на столе Кочубеева и стала читать свидетельские показания соседей. Закончив, она проговорила:
– Видите, сколько людей подтверждают алиби Савельева.
– Я смотрю, вы потрудились на славу, – продолжал иронизировать Кочубеев.
– Я-то потрудилась, Николай Егорович, – наставительно проговорила Андриана Карлсоновна, – а ваши оперативники палец о палец не ударили.
– Оценку работе своих оперативников я как-нибудь сам дам, – сердито ответил полковник.
«Задела я его за живое», – удовлетворённо подумала Андриана Карлсоновна и спросила:
– Почему же вы, любезный Николай Егорович, алиби подозреваемого не удосужились проверить как следует?
– Вы что, пришли сюда меня как котёнка носом в лужу тыкать? – нахмурился полковник.
– Ни в коем случае! – замахала на него обеими руками Андриана Карлсоновна. – Просто интересуюсь. – Её лицо при этом приобрело простодушное выражение. Ни дать ни взять – добрая тётушка заботится о делах любимого племянника.
Полковник внимательно посмотрел на неё, пожевал губами и всё-таки ответил:
– Савельев категорически отказался назвать нам место, где он провёл выходные, и имя женщины, которая могла бы подтвердить его алиби.
– Он поступил как джентльмен, – проговорила вслух Андриана, но про себя связь с замужней женщиной она не считала достойной джентльмена. И тут же подумала: «Джентльмены ведь англичане, и неизвестно, по каким понятием они живут». Она тяжело вздохнула и вернулась к действительности.
– Вам нужно было опросить его друзей.
– Имена своих друзей Савельев называть отказался, – сухо ответил полковник.
– А для чего соцсети? – широко распахнула свои светло-голубые глаза в знак возмущения и протеста сыщица.
– А вы что же теперь, многоуважаемая Андриана Карлсоновна, в соцсетях шарите? – не скрывая ехидства, спросил полковник.
– Где надо, там и шарю! – отрезала она.
– Не иначе как вы прибегли к помощи Артура Соколова, –
