Девушка надела привычную теплую рубашку, волосы сушить не стала. Костя уже хлопал шкафчиками на кухне, и она поспешила к нему. В животе урчало.
— Соня, ты почему ничего не съела? — поинтересовался мужчина, когда она робко присела на край табурета.
— Не знаю, не хотела, — пожала плечами его собеседница.
Константин только покачал головой.
— Здесь есть курица, и где-то был рис… Сейчас я разогрею, — сообщил он.
— Давай помогу? — предложила Софья.
— Ты можешь порезать огурцы и помидоры, если не сложно, — улыбнулся Костя.
— Да уж чего трудного?.. — пробормотала Соня.
Она достала из холодильника овощи и положила их в мойку. Закатала рукава, включила воду. Кран зашумел, но сквозь звук вдруг начало пробиваться еще что-то.
— Похоже, мой телефон, — нахмурился Костя и вышел из пищеблока.
Соня не обратила внимания, занялась салатом.
Константина не было долго, Софья уже успела покрошить овощи и дожидалась его, чтобы уточнить насчет заправки. Есть хотелось неимоверно, но торопить мужчину она не решалась. Вдруг там срочные дела. Костя вернулся озадаченным.
— Соня, сядь.
Он смотрел серьезно, в душе Сони появился страх. Она опустилась на диван и с трудом выдерживала взгляд темных глаз.
— Дядя сказал, ты сегодня встречалась с Акирой.
Соня почувствовала, как ее щеки закололи мелкие иголочки.
— Да, — подтвердила она.
— Ну как же так, Сонь, — Костя выглядел расстроенным, — ты ведь говорила, не занимаешься… этим. Почему ты согласилась?
— Чего? — Соня округлила глаза и встала. — Ты о чем вообще?
— Японец предложил тебе нехилую сумму за секс, и ты пообещала ему. Сонь, я прекрасно понимаю твое положение. Но как же мы? Я ведь обещал тебе помочь.
— Костя! — выдохнула девушка. — С чего ты взял, что я сказала да? Я отказалась сразу.
— Почему тогда мой дядя говорит обратное? Он был с вами.
Соне казалось, светлый паркет кухни уезжает из-под ее ступней.
— Я ничего не понимаю, Костя, — искренне произнесла она, — если ты мне не веришь… Я не знаю, как тебе доказать.
Костя смотрел на испуганную девушку, и у него разрывалось сердце. Снова эти моральные противоречия.
Дядя Мурат позвонил, чтобы пригласить его к себе. Пожилому мужчине стало лучше. Сегодня он захотел собрать членов семьи за ужином у себя дома, пригласить гостя из Японии. Хотя Акиру не нужно было звать, они ездили весь день вместе по городу и на одной машине прибыли в особняк.
Костя вежливо отказался, сказав, что у него личная встреча. Тогда дядя спросил в лоб, правда ли он завязал отношения с девушкой, работающей у Риммы.
Хоть Костя и не любил отчитываться о своих делах, дяде он откровенно рассказал о Соне. Что она не работает больше в Шатре, да и не занималась там проституцией по сути. Но старик лишь крякнул.
— Костя, ты, чувствую, влюбился. Но прямо сегодня Акира снял твою пассию на ночь за большие деньги. Потом он звонил Римме, забил у нее комнату на послезавтра. Мне, кстати, Римка звонила, рассказала, что происходило, пока я в больнице лежал. Сынок, ты честный и добрый, но девка просто задурила тебе голову! Римма ее прекрасно знает, она себе на уме!
Соня говорила противоположное. Константин не понимал, кому верить. Девушку он знал недолго, и ведь она месяц врала родной матери про свою занятость, что мешает поступить также с ним? А дядя прежде во лжи замечен не был. Да и не чувствовал Костя от него таких вибраций. Соню же он просканировать не мог, даже при зрительном контакте он натыкался на прочный защитный блок. (1d4e4)
Софья молчала, глядя на него, потом кивнула головой и, уже пряча взгляд, ушла в комнату. Костя замер и смотрел в окно. Через несколько минут шаги Сони послышались в коридоре. Звук молний на осенней обуви, потом она взяла с вешалки пальто.
— Знаешь, Костя, — из прихожей послышался дрожащий, но решительный женский голос, — наверное, это и к лучшему. Ты никогда не сможешь воспринимать меня как нормального человека, равного тебе. Я навсегда останусь в твоих глазах проституткой. Тем более ты почти женат, твоя девушка была здесь сегодня. Возвращайся к ней и не дури себе голову. И никому больше…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Конец фразы сорвался, и тут же хлопнула дверь. Константин так и стоял, словно окаменевший. Он чувствовал себя преданным одновременно и ею, и дядей, и всем миром.
Глава 16
В тот вечер Костя не притронулся к ужину и к приготовленному заботливыми женскими руками салату. Не стал он и возвращать Соню, которая играла роль настоящего проклятья его жизни. У мужчины не было сил раз и навсегда выкинуть ее из головы. До конца принять ее и поверить ей он тоже не мог.
Раньше ему постоянно не хватало времени, сейчас же минуты ползли сквозь реальность словно жирные гусеницы. Их полчища складывались в часы, затем в дни. Жизнелюбивый и духовно-развитый мужчина превращался в робота, на автомате выполняющего свою работу. От магических приемов он начал отказываться, принимал лишь тех, кто не завершил курс, и постоянных клиентов. Энергии для практики не было.
Уходя от Кости, Соня окончательно поняла — ее жизнь кончена. В ее действительности больше нет места ни для чего хорошего. Она не злилась на мужчину, на его благополучную девушку. Софья понимала, он не виноват в том, что она стала проституткой, и вполне имеет право сомневаться в ней.
Лежа в ту ночь без сна на кровати в своей комнате, Соня вдруг четко осознала — она любит его. Сильно, всем сердцем. Девушка даже не могла понять, когда это чувство родилось. Как будто оно было с ней всю жизнь. И ей отчего-то казалось, они до конца дней связаны каким-то узами. Странное ощущение, учитывая, что они никогда не будут вместе.
Неделя прошла впустую. Соня почти не ела, мало спала. Днем она безвылазно сидела в сети в попытках найти нужную ей работу. Но предлагали копейки, в такой занятости для нее смысла не было. Константин не пытался с ней встретиться, зато сразу два других мужчины напомнили о себе. Миша дал ей два дня на размышления, он в ближайшее время выдвигался в Москву, а затем в Европу. По-прежнему бывший парень звал ее с собой. Акира страстно желал провести с Соней приятные часы, держал слово насчет щедрой оплаты.
После очередного утреннего звонка из банка Соня приняла циничное решение — терять ей уже нечего, согласится сначала на предложение одного, затем на условия второго. Позволит японцу с собой переспать, а потом укатит из страны с Михаилом. Ей уже все равно, а ее самые родные люди хоть немного приблизятся к спокойной жизни.
Софья приняла душ и взялась за мобильный.
— Акира? Здравствуйте. Я согласна провести с вами ночь. Назначайте день и время.
Японец закашлялся.
— Соня, это вы! Я рад! Вот только… У меня остается мало времени, скоро я вылетаю домой. Но вы мне очень, очень нужны! Приезжайте прямо сейчас в мой отель.
Кровь ударила в голову Соне, она не думала, что все будет так быстро. Впрочем, долгое ожидание только добавит ей страхов. Пусть секс с иностранцем случится сегодня, и она покроет задолженность хотя бы перед одним финансовым учреждением.
Соня не помнила, как добралась до гостиницы. Кажется, доехала на какой-то маршрутке. Она не раз видела это здание, а в последнее время оно ассоциировалось у нее с видом из окна Костиного авто. Они несколько раз вместе привозили сюда Акиру. Теперь Соня здесь одна и с целью, которая бы вызвала у Константина ярость. Ну или омерзение точно.
Она позвонила японцу, тот спустился, о чем-то переговорил с администратором. Чувствуя, как ее лицо начинает гореть, девушка откликнулась на его приглашающий жест и пошла за азиатом по широкому коридору. Отель сверкал новым ремонтом, мелкие лампочки, вмонтированные в светло-персиковые стены и потолок ярко освещали пространство.
Акира открыл дверь номера, располагавшегося примерно посередине, Соня не запомнила цифры. Закрылся, едва она вошла, и указал ей на кресло. Однако девушка не спешила садиться.
