между собой и своим бывшим героем, которого пришлось убить. Убийством он достигал сразу двух целей: Леннона больше не будет рядом, а значит, и сравнивать себя будет не с кем, и в то же время его имя навсегда будет связано с именем Леннона. Стать таким, как Джон Леннон, Чепмен не мог, но уничтожить его мог. Не важно, что до сих пор он не достиг ничего в своей жалкой жизни, зато теперь он больше не был никем.
Мы изучали убийц-ассасинов с той же тщательностью, с какой изучали серийных убийц и сексуальных хищников, и получили важные сведения об их психике. Вы можете подумать, что кто-то, например, Артур Бремер, стрелявший в бывшего губернатора Алабамы Джорджа Уоллеса во время предвыборной кампании на пост президента в торговом центре «Лорел», штат Мэриленд, в 1972 году, у которого я брал интервью для проекта, диаметрально противоположен Джозефу Полу Франклину. В конце концов, он пытался убить человека, ставшего из самых мощных символов сегрегации и расового фанатизма, человека, который стоял перед аудиторией Фостера в Университете Алабамы с целью помешать афроамериканским студентам.
Но чем больше я узнавал, тем больше понимал, что Бремер просто пытался доказать свою состоятельность. В течение нескольких недель он настойчиво преследовал президента Никсона, но так и не смог подобраться достаточно близко. В отчаянии он навел прицел на более доступную цель. Когда я брал у него интервью, то обнаружил, что у него вообще не было особых проблем с губернатором Уоллесом.
От других Франклина отличало то, что в его отношении к жертвам не было ничего личного, и это означало, что он рассчитывал выйти сухим из воды, а не сгореть, как мученик, на костре, и не увлечься какой-нибудь нелепой фантазией в духе Хинкли. Но, как мы увидим, это не значит, что он все просчитал заранее.
Единственная железная процедура, которую мы разработали для всех наших тюремных собеседований, заключалась в следующем: перед тем как сесть напротив преступника, необходимо изучить все, что можно, о нем и его преступлениях.
И нам редко встречался противник столь же сноровистый, мобильный и решительный. У него было сложное прошлое, а список преступлений длинный и, вероятно, неполный. Но когда я начал рассматривать Франклина в качестве объекта нашего исследования и начал читать о его жизни за решеткой и обо всем, что произошло с тех пор, как он попал в тюрьму в 1981 году, я пришел к выводу, что наше понимание его как убийцы далеко не полно.
Как оказалось, нам еще многое предстояло раскрыть, изучить и узнать о его жизни и преступлениях, прежде чем мы попытались встретиться с ним лицом к лицу.
Глава 12
Сразу же после осуждения Франклина в 1981 году правоохранительным органам по всей стране предстояло решить, какое из множества открытых против него дел станет следующим.
Вернувшись в Юту, адвокат Франклина ван Скивер подал апелляцию, основанную наряду с некоторыми другими процедурными вопросами на том факте, что судья Дженкинс допустил к рассмотрению в качестве доказательства эпизод с нападением Франклина на смешанную пару в 1976 году. Отчасти юридические аргументы защиты заключались в том, что инцидент имел место в далеком прошлом. Но были и другие, более интересные, и вот они-то переворачивали всю стратегию с ног на голову. Ван Скивер утверждал, что применение «мейса» не следовало использовать как демонстрацию мотива, потому что расистские взгляды Франклины уже были установленным фактом; он всего лишь отрицал свое участие в убийствах в Парке Свободы, и, следовательно, эпизод с «мейсом» представлял его в невыгодном свете и уменьшал шансы на справедливое решение суда по делу, не имевшему отношения к данному эпизоду.
В то время как Франклин находился в Медицинском центре для федеральных заключенных в Спрингфилде, штат Миссури, где оценивалось его состояние перед помещением в федеральную исправительную систему, различные юрисдикции решали между собой, кто будет судить его следующим и кто уступит место в очереди. Когда подозреваемый обвиняется в убийстве в более чем одной юрисдикции, нередко приходится торговаться и маневрировать, чтобы определить, кто из них получит его первым. Министерство юстиции решило снять обвинения в ограблении федеральных банков в Арканзасе и Кентукки с тем, чтобы Франклина можно было передать властям штата для судебного преследования по обвинению в убийстве. Юта становилась первой.
К тому времени, когда штат Юта был готов предъявить Франклину обвинение в убийстве в Парке Свободы, ему подбирали уже четвертого адвоката. Мало того, Франклин также попросил, чтобы председательствующий судья, Джей Бэнкс, отказался от председательства, поскольку «продемонстрировал предвзятое и нетерпимое отношение к подсудимому… и является лакеем и марионеткой федерального правительства». Мало того что это не самый лучший способ расположить к себе судью, подумал я, довольно иронично, что самопровозглашенный расист комментирует чью-то предполагаемую нетерпимость. На том же слушании Франклин попросил, чтобы четыре газетных и телевизионных репортера были отстранены от суда, поскольку клеветали на него и были «платными информаторами и стукачами ФБР». Присущая Франклину паранойя была налицо, но в то же время он стал героем для групп белых супрематистов, которые угрожали смертью команде обвинения.
В июне 1981 года судья Бэнкс постановил, что суд над Франклином по обвинению в убийстве в суде штата после того, как его уже судили в федеральном суде за нарушение гражданских прав в отношении тех же двух жертв, нельзя квалифицировать как двойную ответственность. Отклонив вначале просьбу Франклина защищать в суде самого себя и напомнив ему о старой пословице «у того, кто представляет себя самого, в клиентах глупец», Бэнкс уже на следующей неделе дал ему такое разрешение с условием, что он будет надлежащим образом вести себя в зале суда и принимать помощь от реальных защитников. Бывший генеральный прокурор штата Юта Фил Хансен согласился взяться за это дело от имени Франклина; его примеру последовали Дэвид Йоком и Д. Фрэнк Уилкинс, бывший судья Верховного суда штата Юта.
Суд начался в понедельник, 31 августа, с отбора присяжных. Последняя группа состояла из семи мужчин и пяти женщин, все белые американцы. Вступительные заявления были сделаны в четверг, 3 сентября. Франклин – в темно-синем костюме-тройке и полосатом галстуке, с аккуратно причесанными длинными рыжевато-светлыми волосами – утверждал, что он всего-навсего «оказался не в том месте и не в то время», проезжая через Солт-Лейк-Сити по пути в Сан-Франциско.
Микки Макгенри, теперь известная под именем Микки Фарман-Ара, проститутка, которую Франклин купил незадолго до убийства, также давала показания в суде. Терри Элрод и Карма Ингерсолл рассказали о происшествии в парке, когда они бегали там трусцой с Филдсом и Мартином. Когда бывшая жена Франклина Анита Купер вышла к свидетельскому
