Однако Елизавета, кокетка, была непостоянна, как ветер. Очередным ее избранником после Бутурлина стал обер-егермейстер императорского Двора Семен Нарышкин (Двор во времена Петра II тогда находился в Москве). Он приходился ей двоюродным братом, поскольку Наталья Нарышкина была матерью Петра I, а Петр, в свою очередь, был отцом Елизаветы. Отношения между ними стали настолько «задушевными», что в Москве стали поговаривать даже о возможной свадьбе Семена и Елизаветы. Однако в ситуацию опять вмешался Петр II и своим указом отослал Нарышкина путешествовать за границу. Он выехал во Францию и поселился там под фамилией Тенкин. После воцарения Елизаветы Петровны он вернулся в Россию, был пожалован в камергеры, но уже не претендовал на покои рядом со спальней императрицы. Был послом в Англии, а в Германии познакомился с невестой будущего императора Петра III Софией (будущей Екатериной II), заслужил ее милость и стал очень богатым человеком.
Однако все это будет еще впереди, а пока наступил 1730 год, и Елизавету ожидали неприятности. Умер ее племянник Петр II, и на престол вступила представительница другого клана, Анна Ивановна. Жизнь Елизаветы утратила прежний блеск. Анна Ивановна недолюбливала свою двоюродную сестру, видя в ней соперницу по трону. К тому же ее раздражало в Елизавете все – молодость, красота (сама Анна Ивановна красотой не блистала), изящество, беззаботность, множество поклонников, умение танцевать и тонкий вкус. Она была немым укором Анне Ивановне, у которой ничего этого не было. И Елизавете при дворе Анны Ивановны было скучно – веселые балы и пиры сменились драками и глупыми выходками шутов и карликов.
Анна Ивановна опять перенесла столицу в Петербург; вместе с ней в Северную Венецию вынуждена была переехать и Елизавета. У нее был свой Летний дворец, который находился близ Смольного двора, а также Зимние дворцы, расположенные на Царицыном лугу (ныне Марсово поле) и на Садовой улице. Елизавета удалилась от большого Двора и завела свой, большей частью состоявший из ее сверстников, кавалеров и дам. В Петербурге Лиза не отказалась от своих привычек, проводя время в куртуазных похождениях, балах и хороводах. При этом Елизавета не забывала, что она дочь Петра Великого, но до поры умело скрывала это, делая вид, что политика ее не касается. Она была поглощена любовью и удовольствиями: пела, плясала, охотилась и кутила. Цесаревна на время затаилась, стараясь не высовываться и не привлекать к себе особого внимания. Однако, несмотря на это, Анна Ивановна и здесь ее «доставала». Однажды Елизавете, как цесаревне, привезли ее ежегодное пособие в несколько миллионов рублей. Она вышла во двор и ужаснулась: в ворота въезжала целая череда тяжело груженных телег, доверху уложенных мешками с… медной монетой! Анна Ивановна платила ей не золотом или серебром, а медью! Елизавета, конечно, возмутилась и приказала сбросить все эти деньги в Мойку. Правда это или байка, мы не знаем, но и сегодня находятся умники, которые платят штрафы или судебные издержки мелкой монетой. Формально они правы – монеты наравне с бумажными деньгами являются законным платежным средством. Но только формально, а по существу – это издевательство. Так Анна Ивановна тонко поиздевалась над Елизаветой. И та вынуждена была терпеть.
Как раз в это время у Лизы появился новый любовник – гвардии сержант Алеша Шубин. Надо сказать, что все мужчины Елизаветы, которым она дарила свою любовь, были красавцами. Она и сама была красива, и кавалеров себе подбирала под стать. Так вот, Алешка Шубин был красив до невозможности, и цесаревна влюбилась в него по уши. Он отвечал ей взаимностью, да так, что чуть не устроил дворцовый переворот в ее пользу! Что не сделаешь ради любимой женщины! Все мы, мужики, совершаем порой безумства ради своих любимых. За это нам, скажу без ложной скромности, честь и хвала! Вот только какая расплата нас ждет впереди? И Алеша поплатился, слава богу, что не головой. Анна Ивановна сначала сослала его в Ревель, где посадила в каменный мешок, в котором было невозможно ни сидеть, ни стоять. Потом, в 1732 году, последовал указ выслать его в Сибирь, и не куда-нибудь, а на забытую богом Камчатку. И поступила с ним жесточайшим образом – раз он мечтал жениться на красавице Елизавете, то пусть возьмет себе в жены безобразную камчадалку! Делать было нечего, и Шубин женился. Анна Ивановна и здесь насолила, как могла, Елизавете! Безутешная Лизавета долго переживала эту любовную драму и даже сочиняла на эту тему грустные песни. Они сохранились до нашего времени, и в них есть такие слова: «Легче б тебя не знати, нежель так страдати…» Алешка Шубин был, безусловно, одним из ее любимейших фаворитов. Ссылка Шубина продолжилась почти десять лет, до той поры, пока не умерла императрица Анна Ивановна. При ней нечего было и думать об освобождении Алексея из камчатской глухомани. Когда же правительницей стала Анна Леопольдовна, Елизавета кинулась разыскивать Шубина. Анна Леопольдовна, к слову сказать, зная не понаслышке, что такое разлука с любимым, помогала Елизавете, чем могла. Перво-наперво она обратилась к Бирону, и тот издал соответствующий указ о розыске ссыльного Шубина. Но вот беда – никто за давностью лет не знал, куда его сослали! Вроде был такой ссыльный, а куда подевался – неизвестно; может, уже и умер. Второй указ о розыске ненаглядного Елизаветиного Алешеньки подписала уже сама Анна Леопольдовна. Успех был тем же – нулевым. И только тогда, когда за дело взялся фельдмаршал Миних, дело сдвинулось с мертвой точки – его нашли где-то на Камчатке. Шубину нужно было проехать 15 тысяч верст, чтобы добраться до Петербурга. Дорога тогда занимала не месяц и не два, а иногда целые годы! В общем, к тому времени, когда Шубин прибыл в столицу, Елизавета уже стала императрицей. Он был ласково встречен Елизаветой, но это был уже другой человек – одичалый и нервный, хотя сохранил на своем лице следы былой красоты. Лиза произвела его в майоры Семеновского полка и генерал-майоры по армии за «невинное претерпение». Алексей Шубин хотел было снова занять место фаворита при Елизавете, но потерпел неудачу. Во-первых, против этого был личный врач Елизаветы Жано Лесток (наверняка читатели знают его по фильму «Гардемарины, вперед!»), к которому она очень прислушивалась. Дело в том, что Лесток был косвенно повинен в ссылке Шубина в Сибирь при Анне Ивановне. Но, главное, место фаворита было уже занято Алексеем Разумовским (о нем речь пойдет впереди). Быстро смекнув, что при дворе ему делать теперь нечего, он, награжденный орденом Александра Невского, уехал в пожалованные ему имения в Нижегородской губернии и больше в столицу не возвращался. Умер Алексей Шубин в 1765 году, пережив Елизавету на четыре года. А какая была у них любовь!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
