— Я не хочу… — шепнула в стенку душевой я.
Мое сердце замерло в ожидании неизбежного: сейчас мой сладкий сон рассыплется на тысячи осколков, разбиваясь о грани реальности. Эмре отстранился от меня на несколько мгновений, а в следующую секунду…
— Аахааа… ах! — вскрикнула я от неожиданной жгучей ласки, потому что он накрыл мой сосок ртом и лизнул, стягивая сорочку ниже.
Мои рефлексы сработали быстрее мыслей: я зарылась пальчиками в шелке волос и потянула за них, стараясь отстранить мужчину от себя. Он выпустил мою грудь из плена, но я и пискнуть не успела, как мои губы накрыли властным и глубоким поцелуем. Эмре целовал так неистово: до головокружения, до ватных ног и бабочек внизу живота, что если до этого мгновения мои мысли метались, то отныне в голове наступила абсолютная тишина. Мои гормоны напрочь перекрыли кислород мозгу — он просто отказывался думать!
— Лгунья… — шепнул этот провокатор, прервав поцелуй только тогда: когда я уже дышать была не в силах.
Дракон так жадно на меня смотрел, таким хищным взглядом глаз цвета темного изумруда — что в этот момент я жаждала каждой своей клеточкой тела покориться, принадлежать ему. У меня никогда даже в самых бредовых мыслях не возникало: что можно хотеть чувствовать себя добычей. Все ли драконы такие мощные в своей энергетике и властности — я не знаю, но сейчас точно знаю одно: хочу его, и ничего не могу с этим поделать…
— Эмре, давай сначала поговорим, — сделала я последнюю попытку предотвратить безумство.
— Позже… — он склонился и приник губами к шее, выписывая на ней влажный узор кончиком языка.
Больше я не нашла для него слов, как и для себя хоть какой-нибудь возможности остановиться, да и не хотела я их искать… Мое тело плавилось под литыми мышцами, ощущая приятную тяжесть. Мои инстинкты вопили подчиниться и покориться сильному мужчине — чего еще со мной не случалось, хоть в моей жизни и были любовники. Мои тараканчики в голове притихли и даже не пытались воззвать к разуму. И я сдалась…
Я сама одной рукой притянула Эмре за шею и впилась поцелуем в мужские губы, переплетая наши языки в безудержном танце. Сама обхватила ножками его бедра, стремясь оказаться ближе, ощутить даже через ткань каждый сантиметр мощного рельефного тела на себе и его желание между собственных ног.
— Ммм… — промычала я, потому что он толкнулся, и по моему телу пронеслась жаркая волна возбуждения.
Сжав ножками его бедра крепче и инстинктивно поддаваясь, на языке тела я просила повторить. Мою просьбу исполнили незамедлительно: звук врущейся ткани, резкое скольжение и долгожданное чувство наполненности.
— Ааахх… — запрокинула голову я, стараясь выгнуться под мощным телом.
Эмре подсунул ладонь мне под поясницу, слегка приподнял и резким толчком вошел глубже, наполняя меня не только собой, но и чистым наслаждением. Несколько медленных и тягучий скольжений, и, убедившись: что я капитулировала окончательно и лишь крепче обхватываю ногами его бедра, он вновь припал губами к моей шее… плечикам… губам… Не существовало больше ничего: только жар по телу, лава в венах и мое персональное искушение, перед которым я была не в силах устоять и отвечала со всей страстью, на которую была способна.
Ласки стали требовательнее, толчки резче, мои стоны громче. Еще несколько минут мне потребовалось, чтобы дрогнуть под моим искусителем, и чистейшая эйфория заполнила мое сознания, разливая по телу негу и сладкое томление. Ощутив мой финал, он еще несколько раз резко ворвался в меня и замер.
Сколько мы так пролежали: не знаю, но в какой-то момент я стала приходить в себя. Снова ощущались ледяные капли душа, жаркое тело Эмре и его полная боевая готовность, упиравшаяся в набухшие и влажные складочки.
— Я требую свои проценты, — промурлыкала я и скрестила ноги, не выпуская из их кольца задолжавшего супруга, который собирался отстраниться.
— Будут тебе проценты, маленький спекулянт… — усмехнулся он. — Призови магию и отправь ее поток ко мне. Я уловлю, — странное указание, но я сейчас была на все согласна. — И опять ничего. Совсем не ощущаю, но этого просто быть не может! Тем более: сейчас! — нахмурился Эмре. — Попробуем иначе. Визуализируй поток силы как я.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Дракон переплел свои пальцы с моими на здоровой руке. По его руке от локтя до подушечек пальцев спиралью кружили капельки темно-бордовой сырой силы. Я исполнила его просьбу, и по моей руке заскользили точно такие же, но алого цвета. Я вдруг заметила: что вязь брачного узора у него черного цвета, взглянула на свои рисунки — тоже почернели. Эмре прикрыл глаза и неслышно зашептал — только по губам это и было понятно. Я наблюдала: как его сырая сила принялась словно смешиваться с моей, а затем и вовсе алый цвет полностью сменил темно-бордовый, и тут я ощутила это…
В меня как будто по крупице вливали энергию. Я чувствовала: как она проникает в меня, но не переполняла мои энергетические каналы, а словно разогревала их. Жарко стало моментально, прохладный душ и холодный пол не сильно остужали. Я заметалась под мужем.
— Потерпи, малышка… Тише, — навалился он сверху, предотвращая мои потуги отползти.
— Я как будто горю… — простонала я хриплым голосом: даже в горле пересохло от нестерпимого жара.
— Это драконья сущность.
— Ты меня что: одракониваешь? — опешила я. — И чешуя повылазит? Не надо. Не хочу. Не надо меня драконить!
— Успокойся, этот ритуал проходят все супруги других рас, — засмеялся Эмре. — Я замкну сейчас часть своей сырой силы в тебе, и она будет циркулировать семь-восемь лет. Твое старение замедлится, регенерация в разы возрастет, а именно сейчас произойдет мощный рывок усвоения новой энергии — это позволит твоей руке регенерировать.
— Какое в бездну старение, мне всего лишь двадцать три! Меня на службе и без того в серьез не воспринимают, а я еще на семь лет такой останусь?
— Айрин, это единственный сейчас способ справиться с твоей травмой. И старение не остановится, а замедлится.
Я притихла. Все: что мне оставалось: ждать, пока жар пройдет. Жаль только: что разгоряченное тело на мне вот совсем не способствовало моему охлаждению, а наоборот. Во мне совсем не угасло желание, не смотря на страстно проведенные минуты. Я хотела его также: как и до всего свершившегося. «Интересно, и что за голодняки на меня напали ни с того, ни с сего? Да: он до одури брутален, но таких мужиков в гарнизоне каждый четвертый: многие воины мускулисты и рельефны. Да: именно для меня он эталон мужской сексуальности и красоты — но это еще не повод лужицей растекаться. Впрочем: а почему бы и нет, он же мой муж…»
— Ну, как ты? Что чувствуешь? — прервал мои размышления мой персональный соблазн.
— Странное ощущение, — прислушалась я к себе. — Как будто ты с меня сейчас встанешь, и я взлечу от легкости. Словно мешок крупы несла и резко сбросила с плеч.
— Так и должно быть. Проверим, — подхватил меня Эмре и поднялся с пола вместе со мной на весу. — Давай-ка снимем с тебя лишние тряпки, — поставил он меня на ноги и размотал свою рубашку с моей руки, не удержавшись лишь на моей талии, и сорочка скользнула на пол.
Я повела конечностью, прощупала ее везде, согнула руку в локте — ничего не болело, а гематомы словно и не было, даже синяка не осталось.
— Очешуеть… Я теперь всегда смогу так… эм… самоисцеляться?
— Не так быстро, но регенерация у тебя теперь будет проходить в разы быстрее, чем у обычного человека, — ответил он и вдруг резко подхватил меня и усадил на свою талию. — Значит: проценты… — предвкушающее улыбнулся Эмре с хищным блеском в глазах и зашагал со мной навесу вон из купальни.
Чтобы не упасть, я намертво вцепилась в мужские плечи и чисто инстинктивно обхватила ногами его талию. «Кто там размышлять пытался? Я? И даже могла?». У меня словно по щелчку пальцев вновь выветрились абсолютно все мысли из головы, оставляя мои бедных тараканчиков с прискорбью наблюдать за властвованием неукротимого вожделения. Теперь: когда рука не была больше препятствием между нами, и я полностью притиснулась к мужскому телу своим, мое яркое желание вспыхнуло спичкой с разгоном в одну секунду.
