Читаем без скачивания Банда во временное пользование - Андрей Трушкин

Пока директор упражнялся в хлестких эпитетах, Владимир Геннадьевич потихоньку открыл коробку, в которую охранник вложил деньги, принятые в залог от неизвестных подростков за аренду компьютера. Ну чем могли помочь эти купюры несчастному инженеру, превратившемуся в детектива? Деньги они и есть деньги — как двое из ларца, одинаковы с лица… Стоп, а это что такое? На одной из крупных купюр шариковой ручкой была написана цифра. Владимир Геннадьевич чуть не поперхнулся. Именно такими цифрами кассир Организации помечал, сколько денег у него разложено в стопочках. Кассира этого за дурную привычку и ругали, и наказывали, и под-кладывали ему на стол блокноты для записей — все было тщетно, он продолжал писать цифры на банкнотах.

Да, но как купюра, помеченная кассиром Организации, могла попасть к подросткам? Случайно? Вряд ли. Эти подростки — дети кого-то, кто работает у них! Не исключено, что даже в самой лаборатории!

Настойчивый звонок по мобильному телефону прервал лихорадочные рассуждения Владимира Геннадьевича.

— Вы разрешите? — спросил он директора. — Вдруг что-то срочное по нашему делу?

Алексей Георгиевич запустил два пальца за узел галстука, ослабил его и лишь коротко кивнул.

— Алло, — приглушенным голосом, словно так его никто бы не услышал, сказал в трубку Владимир Геннадьевич. — Валер, это ты? Перезвони позже — у нас производственное совещание. Нет, какие проблемы, с чего ты взял? Так. Так. Так. Да. Но как ты узнал?!! Да. Да. Это точная информация? Да. Я тебя понял.

Владимир Геннадьевич отключился от телефонной сети и, хотя Алексей Георгиевич набрал полные легкие воздуха, чтобы разразиться очередной тирадой, рискнул его прервать:

— Только что мне звонили и сказали, что наш потерянный кейс с минуты на минуту будет передан милиции. Нам срочно нужно вытереть все данные с жестких дисков и уничтожить копии. Иначе неприятности могут быть самые серьезные.

— Да с чего вы взяли? — раздраженно спросил Алексей Георгиевич. — Как надо сохранить данные, никто и палец о палец не ударит. А как панику разводить, так…

Закончить фразу не дал на этот раз его собственный мобильник. Алексей Георгиевич тут же стал рыться по карманам и извлек свой новый аппаратик.

— Да, слушаю. Что? В ближайшие минуты? Я вас понял. Я понимаю, что о деталях по телефону не говорят. Это настолько серьезно? Да. Да. Спасибо за звонок.

Алексей Георгиевич аккуратно закрыл крышечку телефона и с интересом посмотрел на Владимира Геннадьевича.

— А я и не знал, дорогой мой, что у вас есть своя агентура в органах. — В голосе директора не чувствовалось теперь раздражения, а только некоторое уважительное изумление. — И что ваша агентура работает быстрее моей. В самом деле, нельзя терять ни минуты и всю нашу программу по записи звонков необходимо немедленно свернуть.

Понимая, что шеф прав и действительно нельзя терять ни минуты, Владимир Геннадьевич сунул помеченную купюру в карман, поднялся с места и направился к двери. Однако первым успел выскочить командир проштрафившейся группы захвата — чтобы не попасть под очередной шквальный огонь начальственного гнева.

— Да, Владимир Геннадьевич, — остановил директор Организации инженера уже в дверях. — Я уже давно думал, что вам пора работать на нашу фирму в новом качестве и, естественно, с новой, гораздо большей зарплатой.

— Знаете, что? — развернулся Владимир Геннадьевич к шефу. — Честно говоря, мне бы уже не хотелось заниматься никакими сомнительными делами, даже за большие деньги.

— Упаси боже! — замахал руками Алексей Георгиевич. — Какие сомнительные дела? Когда мы ими занимались? Нет, речь идет всего лишь о техническом центре, подготовке базы данных, ведении архивов, документации, написании программ. Вы ведь знаете, что мы открываем несколько отделений по локализации зарубежных компьютерных игр, по разработке программ для бухгалтеров, экономистов и юристов? В общем, поле для деятельности широкое.

— Ну что ж, если так, то я подумаю над вашим предложением. А сейчас, извините, мне нужно идти.

— Да, да, конечно, — не стал задерживать Алексей Георгиевич своего служащего, который сейчас был гарантом его безопасности. — Сколько времени необходимо на… э-э-э… приведение наших компьютеров в девственное состояние?

— Я думаю, не больше пятнадцати минут, — ответил инженер.

— Пятнадцать минут — это хорошо, — глянул на часы Алексей Георгиевич. — Хорошая штука, эти компьютеры? — взглянул он исподлобья на нового начальника технического центра. — Меньше получаса — и никаких следов — все стерто. Красота!

ТАКТ 28 «Если б вы знали, что раскопали!» Рыба идет ко дну. Серый волк в погонах

Полковник, с которым разговаривал Мишка, приехал вместе с группой оперработников. Он предъявил Мишке удостоверение и попросил посторонних очистить помещение.

— А здесь нет посторонних, — оглянулся Мишка на Валерку и Катю. — Это мои друзья. Без них у меня бы ничего не получилось, и мы бы с вами не разговаривали.

Полковник не стал спорить, а первым делом бросился к компьютеру-кейсу и попросил подсоединить его к монитору. Когда Валерка справился с задачей, полковник в окружении серьезных молодых людей, одетых и в милицейскую форму, и в цивильные костюмы, принялся увлеченно рыться в компьютере.

— Да-а, дела-а, — пробормотал он, поглядывая поверх очков на друзей. — Если б вы знали, что раскопали! Значит, так, — посмотрел он на своих подчиненных. — Если я узнаю, что информация об этих ребятах просочится хоть в какой-то мере, отвечать будет лично каждый из вас. А вы, ребята, если вдруг вам что-то покажется странным, вам будут звонить какие-то люди, угрожать, если заметите слежку или просто подумаете, что заметили слежку, — немедленно звоните мне. Договорились? А теперь, — скомандовал он подчиненным, — пакуйте технику и составляйте протокол.

После того как полковник ретировался с многострадальным кейсом, друзья наконец-то вздохнули спокойно.

— Ну вот, — потянулся Мишка, — теперь можно заниматься тем, чем мы и должны были: обзванивать радио, телевидение…

— Да, может, скоро станем известными, мороженое будем покупать ведрами.

— Конфеты тачками, — подначила Валерку Катя. — Не думайте, что все будет так просто.

— Посмотрим! — потер руки в предвкушении сложной и тяжелой работы Мишка. — Прямо завтра с утра и займемся.

Самое раннее утро, когда большинство людей, как обычно, торопясь, собираются на работу, Мишка благополучно проспал. Разбудил его надоедливый звонок. Если бы это был звонок будильника, Мишка бы на него не обратил внимания. Подребезжит, подребезжит и перестанет — батарейка сядет. Но на этот раз его принялся доставать звонок телефона. А это, если вы когда-нибудь общались с телефоном, самое надежное средство, чтобы вытащить человека к аппарату откуда угодно, даже из прогретой постели на мороз. Впрочем, передвижения в неблагоприятных атмосферных условиях Мишке не грозили. Ему всего лишь нужно было оторвать голову от подушки и нашарить рукой трубку радиотелефона.

— Алло, Миш? — послышался взволнованный голос Кати, и Мишка тут же вскочил с постели, как будто ему туда Ливану ли ведро холодной воды. — Включи телевизор немедленно.

— Что? Как? Зачем? Какой телевизор?

— Какой, какой? На транзисторах. А может, на лампах. Не знаю, я в ваш телевизор не заглядывала. Первый канал включай.

— …сейчас, — пробормотал Мишка и, шлепая пятками по линолеуму, прошел в комнату, где стоял телевизор. — Ну, включил, — отрапортовал он.

— Ну, смотри. Как передача кончится, мне перезвонишь.

Вначале Мишка ничего не понимал и даже подумал, что Катя просто-напросто его разыграла. По телевизору показывали заседание городской Думы. Депутаты рядами, словно студенты, сидели в зале, а один из них что-то горячо доказывал другим с трибуны. Но постепенно Мишка начал понимать, почему Катя подняла его с постели. В Думе обсуждался вопрос о лишении депутатской неприкосновенности депутата Рыбакова. Как Мишка понял из высказываний, сегодня утром стало достоверно известно, что Рыбаков занимался продажей оружия, финансовыми махинациями и даже имел непосредственное отношение к продаже наркотиков, доставляемых в Россию из Южной Америки.

Посидев перед телевизором и окончательно придя в себя, Мишка сообразил, откуда сегодня утром у депутатов взялся этот убийственный компромат. Долго смотреть передачу Мишка не стал, и так было видно, что Рыбакову каюк. Как только его лишат статуса депутатской неприкосновенности, ему предъявят обвинение и — аля-улю — из роскошного кабинета прямо в Лефортово — в камеру предварительного заключения. Впрочем, Мишке Рыбакова было ни капельки не жаль. Да и потом, у него были свои, более интересные дела. Поэтому он выключил телевизор, оделся, позавтракал, придвинул к себе телефон и принялся обзванивать радиостанции.