— Ты бы записала имя и адрес мальчишки, пригодится для съемок следующего эротического фильма, — подтрунивал над Джильдой Шеридан.
— На роль мальчика я возьму тебя. — Она смеялась еще несколько секунд, а потом поперхнулась смехом, оборвав слишком вольную беседу. В конце концов, они же собирались ограничить свои отношения чисто профессиональными рамками.
Темп работы тоже разительно отличался от нью-йоркского. Если там царила лихорадочная беготня, то здесь все делалось расслабленно и не спеша, с отпечатком местной лени.
— Один только Дональд так до сих пор и не заметил, что мы на Карибском побережье. — Джильда метнула взгляд на режиссера, привычно неистовствовавшего на съемочной площадке. — Может быть, кому-нибудь стоит ненавязчиво напомнить ему, где мы находимся.
— Почему бы тебе не взять на себя эту благородную задачу? — Шеридан импульсивно положил руку ей на плечо и слегка притянул к себе. — Я не знаю никого, кроме тебя, кто обладал бы таким даром убеждения. Ты смогла бы уговорить любого человека, что прыжок без парашюта с Крайслер-билдинг благотворно отразится на его здоровье… Поверь мне, я знаю, о чем говорю.
Девушка слегка прижалась к нему и посмотрела Уорду в глаза.
— Я запомню твою идею насчет Крайслер-билдинг и воспользуюсь, если ты начнешь неправильно себя вести.
Шеридан рассмеялся в ответ, но смех этот тоже длился недолго. Он понял, что их совместное подтрунивание над режиссером и друг над другом не вмещается в рамки чисто профессиональных отношений, и так решительно отпрянул от Джильды, словно ее руки обожгли ему плечи. В мгновение ока актер оказался на съемочной площадке с револьвером в руке. Снималась сцена, в которой он должен был швырнуть оружие в окно.
Джильда прошла за кулисы. Ее слегка знобило после шутливых объятий с Шериданом. Вдруг она увидела, что за кулисы летит револьвер, она поймала его на лету и швырнула обратно. На площадке возникло впечатление, что некая сверхъестественная сила вернула оружие. Раздался гулкий звук, когда револьвер стукнул Шеридана по затылку. Все рассмеялись, один только Уорд сохранил полную серьезность.
— Надо удалить с площадки всех посторонних, — мрачно произнес он, потирая ушибленный затылок.
Джильда, смеясь, просунула голову в бутафорское окно.
— Господи, так он еще и начисто лишен юмора, бедняга!
Она нисколько не удивилась, что при этих словах Шеридан буквально взвился на дыбы от злости. Более того, это укрепило ее в желании возобновить с ним роман.
Гнев Шеридана быстро угас, стоило ему только покинуть студию, и он начал раздумывать, не начать ли ему с Джильдой все сначала. Но как это было трудно! В таком состоянии духа находился актер, когда сотоварищи пригласили его поздним вечером устроить на пляже небольшой пикник с выпивкой.
— Боже, ну и видок у тебя! — На следующее утро Шеридан, вопреки своим стараниям, все же попался на глаза Джильде и получил свою порцию. — Ты же выпил столько, что этим можно было заполнить океан!
— Я старался. Думаю, что рыбы поблагодарят мня за шампань-поммери… Я лил его в океан галлонами!
— Французское шампанское в Гаване? — Брови Джильды взлетели вверх. — Да здравствует вечный коммунизм!
Последние сцены фильма снимались несколько недель спустя на Бермудах. Джильда и Шеридан ходили друг около друга, как кошки вокруг горячего мяса. Обоим было ясно, что если сейчас они не сблизятся вновь, то их пути могут навсегда разойтись.
— Джильда. — В горле Шеридана застрял ком, когда он, стоя на пороге ее гостиничного номера, увидел, что на кровати лежит раскрытый чемодан, который Джильда как раз паковала. — Я… я…
Боже мой, ну почему он всего-навсего актер, а не сценарист, который всегда, в любой ситуации, находит нужные, самые подходящие слова?
Вид беспомощно заикающегося Шеридана помог Джильде собрать в кулак все ее мужество.
— Если ты хочешь… Если тебе… — Господи, если он сейчас скажет «нет», то все будет кончено раз и навсегда. — На Ямайке… Ну, в общем, в Кингстоне у меня есть домик! Если хочешь, мы можем полететь туда вместе и провести там отпуск… и…
— Да!
Совершенно обессиленная, Джильда уставилась на Шеридана. Она не ослышалась? Он действительно сказал «да»?! Неужели все так просто и гладко?
Шеридан поспешно кивнул и расплылся в широчайшей улыбке.
— Да! Да! Это было бы чудесно, сказочно, грандиозно!
Он не помнил случая, когда бы столь поспешно отвечал: «да»!
— Отпуск и… — На его губах заиграла торжествующая улыбка, на щеках обозначились ямочки. — Что ты имеешь в виду, говоря «и…»?
Защищаясь, Джильда вскинула вверх руки.
— О нет, Шеридан, прекрати. Это «и» мы оставим до Ямайки!
Он умоляюще посмотрел на нее.
— Я не могу так долго ждать, а ты не можешь быть такой жестокой!
Она подошла к нему и, прежде чем выставить в коридор, запечатлела на его губах крепкий, но быстрый поцелуй.
— Я не жестока, просто, если мы хотим попасть на Ямайку сегодня, нам надо через несколько часов быть в аэропорту. Следующий самолет только через три дня!
Шеридан бросился к себе в номер и мгновенно уложил вещи. По дороге в аэропорт он все время держал руку Джильды, которая была необыкновенно горяча и не только от жары. Ей так не хотелось выпускать из своей ладони руку любимого. Короткий полет на небольшом самолетике до Ямайки и поездка к маленькому домику Джильды превратились для обоих в настоящее испытание.
Шеридан склонился к Джильде, когда они вышли из старенького такси на пустынной улочке.
— Какое это было приятное покачивание — туда-сюда…
Она нежно прикрыла его рот ладонью, глядя на возлюбленного голодными глазами. Было такое впечатление, что они по три года провели на необитаемом острове в полном одиночестве.
Дом был действительно небольшим и стоял в тени деревьев на самом берегу океана. Джильда, открыв дверь, ринулась в гостиную к широкой кровати. Все дальнейшее происходило как в тумане. Они не понимали, кто кого раздевает и кто быстрее стремится попасть в постель. Она слышала, как Шеридан стонал от едва сдерживаемой страсти, как он, словно в горячке, произносил ее имя, как мир потонул в неистовых ласках, как померк свет и как потом, после неизъяснимого наслаждения, она вновь очнулась в его объятиях.
Смеясь, Джильда откинула со лба его волосы, открыв его мокрое, разгоряченное лицо. Глядя ей в глаза, Шеридан непрестанно целовал любимую.
— Я люблю тебя, — тихо повторял он. — Ты знаешь об этом?
— Именно поэтому я и позвала тебя с собой, неужели ты не догадался? — прошептала она нежно, хотя была несколько уязвлена.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
