— А я ей не скажу.
Он ухмыляется и протягивает бармену свою карточку.
— Умеешь хранить секреты?
Я наклоняюсь ближе и нежно шепчу, касаясь губами мочки его уха.
— Какой я тогда хранитель, если скажу? — допиваю свой напиток и хватаю Декера за галстук. — Пойдем, любимый. — встаю со стула и покачиваю бедрами, зная, что он ценит вид моей задницы.
От того, что я заставляю его возбудиться заранее, между бедер становится жарко. Прелюдия с Декером Коллинзом почти лучше самого секса.
Почти.
— Не хочу портить настроение, но Донован заходил ко мне.
— Да?
— Был недоволен тем, что я отменил иск.
Я останавливаюсь и разворачиваюсь к Декеру лицом.
— Я не хочу вставать между тобой и твоей семьей.
— Ты тут не причем.
Я ухмыляюсь.
— Да уж, уверена, что он хорошо отзывался обо мне.
— Безусловно. — подмигивает Декер.
Я качаю головой.
— Мне жаль. Тебе совсем не нужен дополнительный стресс.
Декер проводит рукой по волосам.
— Согласен. Хотя не вижу никакого способа его избежать.
Мы приходим в мой номер, и Декер откидывается на спинку дивана, пока я извиняюсь и иду в ванную, чтобы быстро принять душ. Встаю под струи воды и быстро намыливаюсь, решив помыть голову утром. Это наша первая ночь наедине с тех пор, как мы начали встречаться, и у меня на Декера есть планы. Я собиралась раскрыть свои чувства, но после того, что произошло между ним и Донованом, не уверена, что сейчас подходящее время.
Втираю в кожу лосьон и надеваю сексуальное нижнее белье, которое купила в торговом центре, пока Дженни с ее подругой примеряли платья. Это черный кружевной корсет и соответствующие стринги в паре с чулками и поясом с подвязками. Обуваю черные остроносые шпильки, встаю у зеркала и провожу пальцами по распущенным локонам, чтобы пригладить выбившиеся пряди. Чувствую себя сексуальной и уверенной. Декеру предстоит ночь, которую он никогда не забудет. Выхожу из ванной, готовая к торжественному появлению, и обнаруживаю, что Коллинз храпит прямо на диване.
Сказать, что я разочарована, было бы преуменьшением, но я знаю, что в последнее время он Декер очень много работал. Он хочет поскорее закончить слияние, чтобы проводить больше времени дома с Дженни, и у меня складывается впечатление, что он попросит меня остаться после завершения сделки. Я стараюсь не мечтать об этом. Мне и так нужно о многом поразмышлять. О работе. О семье. И, когда провожу рукой по волосам Декера и вдоль его подбородка… То думаю, он стоит того, чтобы рискнуть.
Коллинз такой пылкий и сильный, когда бодрствует, но, когда спит, я вижу в нем мальчишку. Именно эту его сторону я люблю больше всего — когда он надевает фартук и готовит для Дженни или предлагает сбегать в магазин за продуктами, пока мы смотрим «Сумерки».
Разрываюсь между тем, чтобы дать ему поспать или разбудить. Прижимаюсь губами к его губам и не получаю ответа. Выбор прост. Ему нужен отдых. Я тихо снимаю свой сексуальный наряд и переодеваюсь в майку и удобные леггинсы для йоги, которые обычно надеваю в тренажерный зал. В последнее время я не тренируюсь, и это меня немного беспокоит, но, как и Декер, я тоже посвящаю работе сумасшедшее количество времени. Однако, с недавних пор у меня качественные кардионагрузки. Хватаю подушку с кровати, укладываю ее под голову Декера и накрываю его одеялом. Выключаю свет и иду спать.
* * *
Понятия не имею, сколько сейчас времени, но улыбаюсь, чувствуя, как Декер сильными руками раздвигает мои ноги. Леггинсы, в которых я заснула, уже куда-то исчезли. Коллинз целует полоску кожи между трусиками и майкой. Я провожу пальцами по его волосам, зеваю и одновременно говорю:
— Доброе утро.
На его лице появляется усмешка, когда он поднимает глаза, чтобы встретиться с моим сонным взглядом.
— Прости, что вырубился вечером. — он утыкается в мой живот заросшим щетиной подбородком.
— Ты был без сознания. Я будила тебя, но ты казался таким умиротворенным. Стареешь, Коллинз.
— Ха! Что ж, спасибо, что дала мне поспать. Я не осознавал, насколько устал, пока моя задница не коснулась дивана.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Сколько сейчас времени? — не вижу часов, но быстро взглянув в окно, понимаю, что на улице все еще темно.
— Время раздеться и дать мне загладить свою вину за прошлую ночь. Я увидел твой маленький наряд и проклял себя за то, что заснул. Прости.
— Если сможешь угодить моим запросам, я когда-нибудь продемонстрирую его тебе снова.
— Чертовски верно, наденешь. — Дерек целует мой живот, приподнимая майку, чтобы уделить внимание груди. Засосав сосок в рот, он, похоже, закончил разговор и сосредоточился на том, чтобы приступить к делу.
— Хочешь позавтракать, когда мы закончим?
Декер смотрит на меня, словно на сумасшедшую, потому что я думаю о еде, пока он держит мою грудь во рту.
— Я планирую съесть киску на завтрак. Больше одной порции.
Только Декер Коллинз мог возбудить меня метафорой завтрака, включающей мою вагину. Он быстро вырывает меня из мыслей, встретившись языком с моим клитором. Он неумолим, и вскоре я начинаю извиваться, когда Декер доводит меня до оргазма только лишь языком и пальцами. Задыхаюсь и впиваюсь пальцами в его голову, когда он приподнимается и наблюдает за мной.
Дьявольская ухмылка расплывается на его лице, будто он восхищается своей работой и тем, что знает, как нажать на каждую из моих гребаных кнопок, чтобы я кончила.
— Как я справился? Кажется, это был рекорд по времени.
Хочу его шлепнуть, но мои конечности так устали от интенсивного оргазма, что рука тут же падает обратно на кровать.
Декер смеется.
— Ставлю твердую шестерку. Не уверена, что это достойно показа нижнего белья.
Он прищуривается, глядя на меня.
— Шесть, значит.
Я пожимаю плечами.
— Похоже, тебе нужно немного попрактиковаться, чемпион.
— О, да, то есть твое «Черт возьми, Декер! Вот так! Господи боже!» — это при шестибалльном выступлении?
Мои щеки вспыхивают, и я отвожу взгляд, ухмыляясь.
— Ну, ладно, можно поставить и семерку.
Дерек набрасывается на меня сверху и щекочет ребра, и я не могу вспомнить, когда в последний раз так веселилась.
Скатываюсь с кровати, глядя на время, и понимаю, что нужно вымыть голову и подготовиться к встрече с Алексис и ее подругами.
Декер лежит голый, если не считать простыни, прикрывающей его бедра. Он приподнимается на локте в позе Берта Рейнольдса, и трудно смотреть на него без желания прыгнуть обратно в постель.
— Куда собралась?
— У меня запланирован поздний завтрак с Алексис и ее подругами-мамочками.
Декер наблюдает, как я роюсь в своей одежде в поисках чего-нибудь подходящего.
— Ты не кажешься слишком воодушевленной.
— Так и есть.
— Так зачем идти? Пойдем в постель. Дженни не вернется домой до полудня.
— Заманчиво, но я обещала и пригласила Куинн. Будет невежливо уйти и оставить ее одну с совершенно незнакомыми людьми.
Он бросает на меня озадаченный взгляд.
— Мою помощницу?
Я закатываю глаза и хватаю свои желтые каблуки.
— Нашу помощницу. Она милая, и мне нужен союзник. Тот, кто не будет говорить о козявках и срыгивании.
Декер смеется и откидывает простыни, обнажая мощную эрекцию.
— У тебя снова стоит?
Он обхватывает рукой свой член и гладит его.
— Что тут сказать? Увидел, как ты наклоняешься за туфлями, и завелся.
Я пытаюсь игнорировать его, но он откидывается на кровать, выглядя как чертов Адонис во плоти. Его пресс подобен точеным кусочкам головоломки, а челюсти сжимаются с явной решимостью. Почему он так чертовски сексуален, когда дрочит? Декер впивается зубами в нижнюю губу, постанывая от удовольствия.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Борюсь с собой целых три секунды, прежде чем пересекаю комнату и сажусь на него сверху. Беру член в руку и опускаюсь на него.
Декер шлепает меня по заднице и впивается в нее пальцами.
