в зале. — Иначе бы не собирал просто».
Совет Претёмных, чтоб его. Двенадцать представителей сильнейших родов государства. Тех, кто может не только колдовать, но и способен проводить силу великого князя. Тех, кому он безоговорочно доверяет.
Сейчас в совете только мужчины. Но только потому, что пани Субачская и пани Черченьская решили сами отойти от дел, посвятив себя семье. А если б остались, кто знает… Возможно, меня бы и не приняли даже. Слишком молод.
Золотистые блики высвечивали профиль князя. Резкий, словно высеченный из камня. И в то же время было в нем что-то от безумно красивых предков Успенских, которые считались одними из самых обворожительных ведьм в Речи Шветной. Ровно до того момента, как был заключен брак с демонами древней фамилии Шлях. Зато после этого сила их потомков взлетела настолько, что Шлях-Успенские взошли на престол. И вот удерживают его несколько веков. Да и силы в каждом из членов рода столько, в одном человеке она оставаться не может. Поэтому есть мы — Претёмные. Те, кто разделяет силы князя и его родственников.
— Как здоровье батюшки, пан Скорбута? — вдруг поинтересовался Вацлав.
— Спасибо, великий князь, идёт на поправку.
Ответ вышел скупым, но по внимательному взгляду я понял: этого достаточно. Только пауза затянулась. В глазах, как отшлифованный черный оникс, плясало алое пламя. Не зря говорят, что простые люди не могут смотреть в его глаза. Только ведьмы и ведьмаки. Ну и прочая нечисть, которой так полна наша прекрасная страна.
Черный кот, внахалку расположившийся на коленях Вацлава, громко заурчал и вытянул лапы. Белая рука с длинными ногтями погладила пушистого питомца по голове.
— Шановное панство, поздравляю всех с первым днем Дзядов. — Голос князя ядовитой змеей скользнул по каменному полу и стенам, отразился десятками шепотков от самых темных закоулков. — Временем, когда гуляем вволю не только мы, но и те, кто в любой момент готов проникнуть в наши владения.
Я чуть нахмурился. А вот это не очень хорошо. Как-то надеялся, что обойдется. Но, кажется, ведьмак полагает, а Дзяды сидят на звездах и хохочут в голос.
— Потому я собрал всех вас. Перед Выданьем мы должны позаботиться о безопасности прекрасных панянок, которые станут жёнами и получат часть моей силы.
За моей спиной раздался смешок.
Вацлав чуть склонил голову к плечу. Черные длинные пряди на миг полыхнули живой тьмой.
— Пан Змеевский, что вас так забавляет?
Смешков больше не было, но тут же раздался ответ:
— Ничего, великий князь. Я восхищён вашей заботой о юных красавицах.
Вацлав не удостоил его ответом, но по взгляду было понятно, что не умеющего держать язык за зубами пана ждет отдельный разговор.
Краем глаза я взглянул на него. Так-так, любопытный экземпляр. Вряд ли ошибусь, если скажу, что он во вкусе Виславы Каторжинской. Богат, импозантен, ухожен и вон как трепетно держит змею-фамильяра. Прелесть же!
Мысли о белобрысой тетке Алины испортили настроение. Пока я здесь, это стерва портит жизнь моей девочке. Конечно, последняя тоже отчебучила… Предложение. Обалдеть можно.
Видимо, решила показать, что осознанно сделала выбор и на всё согласна.
И надо бы радоваться, только есть какая-то чуйка, что… что-то не так. После ссоры с Виславой и попадании в лекарню Алина изменилась. Сильно. Меня перемены радовали, но… всё равно нужно разобраться в причинах.
— …напоминаю, что оба занимались этим до определённого времени, — прозвучал голос Вацлава, и я невольно вздрогнул, сообразив, что прослушал часть его речи. — И если первый просто мертв, то второй пропал. Пан Скорбута, может быть, перестанете витать в опочивальне своей невесты и побудете с нами?
«Зараза», — чуть не прошипел я, но вовремя прикусил язык.
— Простите, великий князь, невеста столь хороша, что в любую минуту на её честь могут покушаться, — выкрутился я с ответом. — Вот и не могу избавиться от мыслей про неё.
Длинные ногти Вацлава стукнули по гладкой крышке стола. Хорошего такого, широкого. На нем отлично и обедать, и душить врага.
— Мы рады за вас, пан Скорбута, — с непроницаемым лицом сказал он. — И непременно насладимся её красотой, но не ранее Выданья. Поэтому прошу всех спуститься на землю.
— Паразит, — еле слышно прозвучало за спиной, и я каким-то чудом признал Змеевского.
— Итак. У нас есть неделя, чтобы оградить Вайвельский замок от нежеланных гостей. Тадеуш Каторжинский неоднократно исследовал Ключи колдовства, которыми бургомистры запирают свои города, чтобы спрятать от враждебных нам сущностей. Но в то же время ему удалось отпереть… другой мир. Он пропал на несколько месяцев. Его супруга подняла на уши не только Мункач, но и дошла до меня с прошением помочь в поисках мужа.
— И что же с ним было? — поинтересовался седовласый ведьмак в синем, сидевший справа от меня.
— Никто не знает, — ответил Вацлав. — Его отыскал случайно черт из Палланка на краю леса. Тадеуша долго выхаживали и лечили. Когда он пришёл в себя, то ничего не помнил.
Я нахмурился, по залу пробежали шепотки. Толком эту историю никто не знал. Пусть я и жил по соседству с Анджеем и Алиной, но семейных тайн никто не спешил раскрывать. Да и старший брат пана Каторжинского никогда не появлялся у них. Я только от отца знал, что Тадеуш разругался со всеми и покинул семью.
— Он изменился? — вопрос сам сорвался с моих губ.
Вацлав откинулся на спинку кресла.
— Нет. — Пауза, потом усмешка. — Сразу не изменился. А вот потом, пан Скорбута, пошло что-то не так. Временами он замыкался в себе, становился раздражительным. Начал изучать черные заклятья, которые, по-хорошему, годятся только для некромантов. Ведьмак без искр смерти в крови не сумеет удержать нежить. И всё это может привести к очень печальным последствиям.
Я сцепил пальцы. Кончики тут же защекотало сиреневым пламенем. Так, никакого колдовства. По крайней мере, не здесь.
— Супруга пыталась его остановить. Вроде бы даже получилось, но потом при нападении на замок волколаков… в общем, нашли его обглоданное тело.
Все молчали. Так, ну хорошо, проблемы были у Тадеуша, начало что-то происходить. Потом — раз! — и смерть.
— А как с этим связан Анджей? — снова спросил седовласый ведьмак.
Вацлав медленно поднялся с кресла. Черный кот, как оказалось, давно уже перебрался к камину и там вылизывал лапы.
— Анджей в какой-то момент заинтересовался Ключами колдовства. При этом… начал интересоваться черными заклятьями так же, как Тадеуш.
Я потер подбородок. Кузяк, надо побриться, а то так сочтут за чудище из чащи.
— Это правда, что вы с ним поссорились, великий князь? — поинтересовался кто-то за моей спиной.
И снова пан Змеевский усмехнулся.
