Дверь тихо скрипнула, открываясь. Мы с Мирабель одновременно обернулись. Рэйзельд удивленно осмотрел открывшуюся картину. Он прошёл в комнату, поставив поднос с едой на столик и немного оторопело произнес:
— Извини, я вынужден был задержаться.
Я с интересом посмотрела на поднос.
— Ой, ты же голодная, да? — спохватилась Мирабель, а потом обернулась к герцогу: — Пап, давай не пойдём сегодня ужинать в столовую. Пусть нам сюда принесут! Я уже тоже проголодалась, а тут так тепло и уютно у камина.
Рэйзельд смотрел на нас растерянно, но все же кивнул:
— Хорошо, сейчас распоряжусь.
— А ещё там противная Стелла, — пробурчала Мирабель, когда герцог вновь удалился в коридор.
— Вот и пусть сегодня ужинает одна, — согласилась я и растрепала волосы маркизы. Она возмущенно пискнула, пытаясь поправить вьющиеся локоны, но я тут же снова их взъерошила.
— Ну что ты делаешь, Арэли? — сопротивлялась девочка, пытаясь отодвинуться от меня. Запуталась в одеяле и чуть не упала на пол. Я успела подхватить ребёнка и аккуратно уложить на лопатки, а тогда уже принялась щекотать. Комнату наполнил звонкий смех и крики Мирабель о пощаде, к ним примешивались и угрозы страшной ментальной расправы, но я не особо обращала на них внимание. Навеселившись, я отпустила девочку и она отползла от меня, пытаясь выглядеть невероятно обиженной, но смех все равно прорывался через ее насупленный вид. Зеленоглазый взгляд удивленно переместился мне за спину. Я испуганно обернулась. Рэйзельд стоял, подпирая спиной закрытую дверь и скрестив руки на груди. Он наблюдал за нами со странным выражением глаз. И давно это он так стоит? Заигравшись, я не услышала как мужчина вернулся. Я почувствовала смущение и скорее поправила одежду и волосы. Мирабель тоже пригладила локоны и степенно села возле меня, подняв книгу.
В комнату постучались.
Мирабель подскочила на ноги и накрыла меня с головой покрывалом. Я послушно замерла, слушая как отворилась дверь и внутрь вкатили тележку. Рэйзельд поблагодарил, но служанку в комнату не пустил. Из такого положения я не смогла понять кто именно заходил к герцогу.
— Ужин подан, — возвестила Мирабель, выпуская меня из-под одеяла. Я обернулась к столику, поднялась и взялась расставлять тарелки. Мирабель, подумав, стала неуклюже помогать мне.
После этого принялись за еду. Я искоса наблюдала за тем как девочка степенно ест, в совершенстве выполняя все правила этикета. Она словно была уменьшенной копией истинной леди. Друг менталиста был прав: она слишком серьезная. Я украдкой глянула на герцога. Он словил мой взгляд и вопросительно поднял бровь. Но ничего объяснять я, конечно, не стала.
Следя за реакцией менталиста, я потянулась к пирожному и кончиком пальца взяла немного крема. Рэйзельд ничего не предпринимал, только удивленно наблюдал за движениями моей руки, а я обернулась и мазнула пальцем по носу Мирабель. Девочка, получившая на кончик носа сладкий крем ошарашено замерла, скосив глаза. Я ожидала ее дальнейших действий и девочка выдала:
— Так нельзя вести себя за столом.
— Мы же не в королевском дворце, — я пожала плечами, а потом проделала тот же трюк, только оставив след на щеке девочки. Рэйзельд оперся о подлокотник и просто смотрел на нас, изогнув уголки губ в насмешливой улыбке.
Мирабель едва не задохнулась от возмущения, а потом быстро потянулась к пирожному и ткнула пальцем мне в лоб. Взамен у неё появилось джемовое пятно на другой щеке. Эсперу это возмутило, и она макнула целую ладошку в варенье и со злорадным смехом потянулась ко мне. Я пыталась сопротивляться, но в итоге мы обе оказались перемазаны липкой темно-розовой субстанцией.
— Наелись? — поинтересовался герцог. После этого мы немного умерили пыл, вытерли лица и руки салфетками, и снова занялись едой. Но все же я снова не выдержала напускного величия и важности Мирабель и стащила из ее тарелки кусочек брокколи. Девочка в отместку перемешала мне в тарелке салат с мясом в одну кашу.
Но самым главным было то, что она улыбалась. Теперь она стала совсем похожа на семилетнего ребёнка, а не на фарфоровую куклу наряженную в дорогое платье.
Когда с едой было покончено, девочка отодвинула от себя чашку и сказала папе:
— Арэли заваривает чай намного вкуснее.
— Сегодня мы не можем попросить ее сделать это, — терпеливо произнес Рэйзельд. Мирабель горестно вздохнула:
— Я знаю.
— Переоденься, Бель, — попросил герцог. Он поднялся с места и быстро вывел в воздухе две руны. Повинуясь его воле посуда сама собой вскочила на тележку. Я только удивленно проводила ее взглядом. Маркиза покорно поднялась и пошлепала к себе в комнату, но перед самой дверью обернулась и спросила:
— Но ты ведь еще почитаешь мне, Арэли?
Я поднялась с места и замерла, глядя в зелёные глаза. Неуверенно посмотрела на герцога, а потом кивнула:
— Конечно, почитаю.
Девочка улыбнулась и выскочила в коридор. Я тоже осмотрела себя. На светлом платье ярко выделялись темные пятна от повидла. Рэйзельд отошёл к своему шкафу и достал оттуда несколько вещей, протянув их мне:
— Платьев у меня нет, но я достану завтра. Сегодня не хочу привлекать внимание Стеллы. Можешь переодеться в это.
Я растерянно приняла лёгкие штаны и белую рубашку. Герцог указал мне на неприметную дверь в ванную комнату, а сам вышел через ту, которая вела в его кабинет. Я ещё раз оглядела себя и решила все же последовать совету мужчины, уединившись в комнатке облачилась в его одежду. Она была мне велика, потому пришлось подкатать рукава и штанины. Кинула взгляд в зеркало и отобразившаяся картина — стройная брюнетка в мужской светлой рубашке и свободных штанах — неожиданно мне понравилась. Улыбнувшись своему отражению, я вернулась в комнату.
Вскоре примчалась Мирабель и вновь уселась перед камином. За окнами уже было совсем темно, но все так же продолжался дождь. Гроза словно зависла над Северным особняком.
Когда в спальню вошёл Рэйзельд мы с малышкой сидели в том же положении, в котором он застал нас в первый раз. Мужчина собирался сесть на кресло, но я недовольно мотнула головой. Он остановился, удивленно подняв бровь.
— Присядьте с нами, лорд Рэйзельд.
— Я… — от моего заявления герцог растерялся и даже не смог ничего сказать. Я пресекла его попытки отговориться, увидев как просияло лицо Мирабель.
— Вам просто нужно сесть рядом и не шевелиться.
Менталист пару секунд молча смотрел на меня, а потом действительно аккуратно опустился рядом на пол. Мирабель тут же перебралась ближе к нему, а я, придвинувшись, накинула на плечи мужчины второй край пледа. Так маленькая эспера оказалась будто в коконе. Я устроилась удобнее и принялась за чтение. Рядом трещал камин, а мой голос уводил в сказочные дали нереального королевства в котором бравый рыцарь сражался с чудовищем болотным, чтоб пробраться к возлюбленной принцессе, заточенной в далекой башне.
Вскоре Мирабель опустила голову на грудь Рэйзельду, прикрыла глаза и засопела. Я тихо закрыла книгу и несколько минут мы с лордом просто смотрели на спящего ребенка.
— Пора спать, — прошептал мужчина. Я подняла голову, столкнувшись взглядом с его притягательными глазами. Заставила себя кивнуть.
Лорд осторожно поднял дочь на руки. Он собирался отнести ее в комнату, но я кивнула на кровать. Мужчина не стал спорить и уложил девочку посреди широкого ложа. Я бережно укрыла ее одеялом и устроилась рядом.
Мирабель вдруг открыла глаза и слабо позвала:
— Папа?
— Я здесь, — Рэйзельд сел рядом с ней и позволил маленьким ручкам притянуть его ближе. Девочка смотрела в глаза отцу и вдруг произнесла знакомое мне слово:
— Рондат.
Я недоуменно наблюдала как мужчина и девочка на несколько секунд замерли, их взгляды расфокусировались. Постаралась вспомнить, что читала об этой руне: "способна перенести два разума в одно духовное измерение, где души могут касаться друг друга". Интересно, каково это?
Спустя пару мгновений, Рэйзельд словно оттаял. Он отстранился и произнёс:
