А что вы считаете своим самым ценным имуществом, что можно было бы поместить в верхнем ряду списка вашего Истинного чистого капитала? Вероятно, вы не ответите сразу на этот вопрос, но размышления о том, как вы могли бы ответить, тоже были бы полезными. А если ваши дети достаточно большие, чтобы понять эту концепцию, то вы можете также предложить им завести дневники, если, конечно, они найдут эту идею интересной. (Но если ваши дети еще очень маленькие, то вы сами знаете, что является их самым ценным имуществом: одеяльце, плюшевая зверюшка или другая обожаемая игрушка, ради которых вы развернули бы свой автомобиль и проделали в обратном направлении сотню миль, если бы, отправляясь в отпуск, забыли эту игрушку дома.) Для детей постарше вопрос об их Истинном ценном капитале может привести к полезным размышлениям над истинными ценностями. Например, при случае, где-нибудь поближе к середине долгого утомительного полдня, в конце школьных каникул, вы можете спросить у своих детей, что они хотели бы сохранить, если бы, в силу каких-то причин, им пришлось избавиться от всех вещей в своей комнате. И посмотрите, что они решили бы сохранить. Вы можете дать им картонную коробку и попросить попробовать выполнить эту задачу.
Это упражнение очень полезно, потому что помогает ребенку отделить понятие ценности от понятия цены. В итоге он подводится к предположению, что есть такие формы реального богатства, которые не могут быть заменены деньгами.
Но одновременно не следует вкладывать в детскую голову мысль, что деньги ничего не значат (если бы у меня в комнате лежала толстая пачка денег, я без колебаний бросил бы ее в эту коробку), а побудить их подумать о самых глубинных источниках, которые доставляют в их жизни подлинную радость.
Что делает вас самым счастливым?
Кажется, это простой вопрос, но на деле все не так-то просто. Например, у меня есть три или четыре любимые книги, которые я перечитываю каждый год. Если бы я их потерял, то мог бы заменить новыми экземплярами или заказать копии в библиотеке. Но если бы эти книги никогда не были написаны, уровень моего счастья в целом был бы ниже, чем он есть сейчас.
Конечно, если бы мне понадобились деньги, то радостная улыбка на моем лице от удовольствия, полученного от этих книг, не склонила бы банковского служащего на выдачу мне большего займа. Но тем не менее, читая и перечитывая эти книги, я вношу подлинный вклад в мой Истинный чистый капитал. Потому что благодаря им моя жизнь становится намного богаче.
Не знаю, стоит ли говорить об этом, но в настоящее время моего сына самым счастливым человеком делает игра на электрогитаре. (А когда он был совсем маленьким, он с огромным удовольствием складывал дома из конструктора «Lego».) Саму по себе гитару можно было бы легко заменить на другую, если бы с ней что-нибудь случилось, поэтому ее нельзя считать самой ценной вещью, которой сын владеет. Но если бы он составил список из основных источников счастья в своей жизни именно сейчас, то, вероятно, в верхней строчке этого списка стояла бы его способность играть на гитаре и радость, которую он от этого получает. Другими словами, в данный момент игра на гитаре является, пожалуй, одним из самых важных компонентов его Истинного чистого капитала.
Подобные чувства я испытывал от гольфа, в который начал играть десять лет назад в возрасте 40 лет и с тех пор играю 2-3 раза в неделю. Сейчас большинство моих близких друзей — это партнеры по гольфу, и основная часть моих самых счастливых воспоминаний за последние десять лет связана с поездками, имеющими отношение к гольфу, или соревнованиями, в которых я хорошо сыграл, а также товарищескими состязаниями, которые мы затевали с друзьями. Из-за этого я даже перекроил свою карьеру и сегодня, наверное, пишу больше о гольфе, чем о чем-либо другом. Десять лет тому назад я вообще не думал об этой игре; а теперь мало думаю о чем-либо другом. Поэтому гольф, несомненно, значился бы в первых строчках моего списка Истинного чистого капитала. Если бы я получил какую-нибудь высокооплачиваемую работу, которая потребовала бы от меня такой жертвы, как не ходить на гольф в течение рабочей недели, то мой финансовый чистый капитал возрос бы, но зато уменьшился Истинный чистый капитал.
Каждое лето моя семья проводит пару недель на острове под названием Мартас-Винъярд. Мы возили туда детей, когда они были еще крошечными, но до сих пор они каждый год с нетерпением ждут, когда мы вновь туда отправимся. Самые счастливые моменты моей жизни связаны с пребыванием на этом острове, и я думаю, что наши дети сказали бы то же самое и о себе. Наши отпуска обходятся не очень дорого и, следовательно, не являются фактической денежной ценностью (то есть деньги, которые мы сэкономили бы, перестав туда ездить, не много прибавили бы к нашему капиталу и, конечно же, за них мы не смогли бы купить много ценных вещей), но, тем не менее, эти отпуска вносят огромный вклад в наш Истинный чистый капитал. Если бы мы уже не могли проводить там отпуск (или, что еще хуже, если бы у нас не осталось больше воспоминаний об уже проведенном там времени), мы стали бы беднее во всех отношениях, за исключением финансовых.
Так как все нефинансовые источники жизненных ценностей такого рода трудно или невозможно определить в количественном отношении, люди имеют тенденцию игнорировать их при принятии, как они склонны считать, основных финансовых решений. «Следует ли мне вернуться в учебное заведение?» «Следует ли мне купить более красивый современный дом?» Все эти вопросы имеют важный финансовый подтекст, но их самое большое влияние на жизнь людей часто имеет мало общего с деньгами. Если бы я перевез мою семью на Западное побережье, с тем чтобы, например, получить более высокооплачиваемую работу, то нам было бы трудно, если не сказать невозможно, совершать наши обычные летние поездки на Мартас-Винъярд. Какое прибавление в доходе могло бы компенсировать эту потерю в Истинном чистом капитале?
Пару лет тому назад в один из осенних дней мы с моим другом Биллом, как это часто делали в середине недели, закрыли в полдень свои офисы и провели остаток дня за игрой в гольф. Билл — юрист и знает, что мог бы заработать больше денег, работай он на какую-нибудь большую фирму в большом городе, а не в маленьком офисе адвоката-одиночки в маленьком городке, точно так же как и я знаю, что мог бы зарабатывать больше денег, если бы не проводил так много времени в гольф-клубах с такими парнями, как он. В тот день мы обсуждали этот вопрос и пришли к очень разумному выводу. «Если бы мы работали в Нью-Йорке, — сказал Билл, — то никакие деньги не дали бы нам возможности уйти с работы в двенадцать, а уже в 12:05 оказаться у метки для первого удара на поле для гольфа. Поэтому мы богаче, чем любой игрок в гольф в Нью-Йорке, включая Дональда Трампа».
