- Тебе плохо? – еще сильнее испугался я.
- Нет, - опять всхлипнула она.
Живот Эрики под моей рукой был мягкий, температуры не чувствовалось. Тогда что? Она опять что-то придумала? И, раз не хочет говорить, это связано со мной.
Я силой развернул ее к себе и включил прикроватную лампу.
- Посмотри на меня, - ласково, но твердо сказал я. – Что ты себе еще придумала?
Эрика упрямо сжала подрагивающие в уголках рта губы и отрицательно покачала головой, не желая встречаться со мной взглядом. Мне опять пришлось силой заставить ее сделать это.
- Выкладывай, любовь моя. Я уже извинился за испорченный вечер, но могу и еще раз, если тебе будет легче. Я и сам не в восторге от того, что в мою машину въехал какой-то придурок, честное слово. Ну, проблема исчерпана? – с надеждой спросил я, не представляя, что еще могло заставить Эрику тихо плакать. К сожалению, я не угадал. Моя любимая, вместо того, чтобы согласиться, прижаться ко мне и спокойно уснуть, отчаянно замотала головой, и крупные слезы вновь покатились из ее глаз.
- Ну что случилось? - вздохнул я, прижимая к себе теснее стройное тело.
- Ты больше не хочешь меня, - уткнувшись в мое плечо, прорыдала она.
- Что? – не веря своим ушам, переспросил я, отстраняясь и заглядывая в заплаканные глаза моей невесты.
- С тех пор, как я узнала, что беременна, ты больше не хочешь меня, - дрожащими губами, но почти твердым голосом высказалась Эрика, дав слабину лишь на последних словах.
- Эрика! – простонал я, запуская руку в ее пышные спутанные волосы. – Как ты себе представляешь занятия любовью, когда за стеной орет годовалый ребенок?
- Дженни хорошо спит уже третью ночь подряд, - шмыгнув носом, заявило мое солнце.
- Радость моя, - смутился я. – Я просто боюсь… повредить тебе… и малышу.
- Беременность – не болезнь! – обиженно заявила Эрика. – И врач разрешил. Мог бы и у меня спросить.
- Да, тут я сглупил, - признался я и, не теряя больше времени, нашел губы Эрики. Она ответила почти мгновенно. Эмоции захлестывали меня. Как она вообще могла подумать, что я ее больше не хочу? Убедительное доказательство того, что она не права, находилось в пределах досягаемости Эрики. Мы оба простонали: я – от острого желания, Эрика – счастливо и удовлетворенно, когда ее шаловливая ручка скользнула вниз, между нашими телами, и коснулась этого самого «убедительного доказательства».
- Подожди.
У меня мелькнула мысль, и я оторвался от любимой.
- Ты куда? – недовольно и обиженно возмутилась она, протягивая руки ко мне.
- Ты мне доверяешь? – Я слез с кровати, поспешно перерывая сброшенную одежду. Да где же она?
- Кейн, если ты полез за презервативом, то хочу напомнить – уже поздно, - хихикнула Эрика.
- Закрой глаза, - потребовал я, повернувшись к ней спиной, чтобы она не видела, как я достаю кольцо из коробочки.
- Зачем? – заинтересовалась она, но послушно закрыла. – Это игра, да? – Все происходящее ее явно забавляло.
- Нет. – Я был серьезен, как никогда, возвращаясь в постель и садясь на колени у нее в ногах. – Это не игра, - повторил я, беря тонкую руку Эрики и надевая ей на палец кольцо. Оно изумительно смотрелось на бледной коже, как я и предчувствовал.
- Эрика Ивлин Эванс, ты уже дала согласие стать моей женой, и я хочу, чтобы у нас все было правильно. Невеста должна носить кольцо, подаренное женихом… - Мой голос, вначале твердый и уверенный, снизился к концу до еле слышного шепота…
Эрика молча рассматривала свою руку. Я с тревогой ждал ее реакции. Ей не понравилось? Я ошибся, и вместо сапфиров надо было купить бриллиант размером с голубиное яйцо?
Эрика подняла голову. В ее глазах опять блестели слезы, но на этот раз от счастья.
- Кейн, оно замечательное… - севшим голосом прошептала она. – Ты за ним ездил, да?
Я молча кивнул, только сейчас понимая, что подозрения, которых я опасался, все-таки возникли, и проблема была еще и в этом. Эрика, абсолютно счастливая, приподнялась и потянулась ко мне.
Через долю секунды мы сжимали друг друга в объятиях, жадно целуясь.
- И ты даже стоял на коленях, надевая мне кольцо, - хихикнула в мои губы Эрика. Я представил, как это смотрелось со стороны, и тоже не удержался от смеха.
- Я люблю тебя, - шептал я, укладывая Эрику так, чтобы нам было удобно.
- Я люблю тебя, - стонала она, выгибаясь под моими ласками.
- Ты моя, и только моя… - Произносил ли я это вслух, или эти слова пылали в моей голове, когда я, сгорая от страсти, ласкал желанное тело?
- Я твоя, и только твоя… - Мне казалось, или Эрика на самом деле шепчет это искусанными от попыток сдержать стоны губами?
Но, двигаясь в безошибочно узнаваемом ритме в теле моей будущей жены, сжимая ее в объятиях, не желая выпускать даже на мгновение, я знал, что это – правильно. Чувствовать, как будущая мать моего сына дрожит подо мной в судорогах оргазма, тиская простыню тонкими пальцами, на одном из которых тускло блестело обручальное кольцо – было правильно. И взрываться через несколько мгновений в собственной кульминации, падая без сил рядом со своей невестой, которая теперь официально носила это звание – правильно.
- Я люблю тебя… Ты моя… И я - только твой…
- Я люблю тебя… Я твоя… И ты – только мой…
********************
Глава 7.
Эрика.
Я была счастлива. Абсолютно, совершенно, беззастенчиво счастлива.
Кейн любил меня. Он не просто любил меня. Он хотел меня.
Он хотел меня, несмотря на мои глупые выдумки, что у него может быть другая. Он весьма убедительно доказал мне это прошлой ночью. Трижды. После третьего раза мы оба отключились, продолжая обнимать друг друга. Но даже во сне, глубоком, без сновидений, из которого меня не смог вытащить даже утренние настойчивые напоминания Шира и восторженные восклицания Дженни, приветствующей новый день, я чувствовала невесомую тяжесть кольца на пальце.
Кейн угадал. Как всегда, он точно знал, какое кольцо я бы хотела. Никаких бриллиантов – меня раздражало их напыщенное сияние. Темно-синие сапфиры, так напоминающие цвет глаз моего будущего мужа. Не яркое, бросающееся в глаза золото, а «скромная» платина. Не огромный камень, который будет цепляться за волосы, собачью шерсть и все, что можно – а небольшого размера, чуть выступающие за ободок кристаллы. Меня уже даже не пугала предстоящая свадьба. Пусть Картер устраивает все, что хочет, для меня главное – это то, что в конечном итоге мой муж, а, значит, и я, будем счастливы.
Я выползла на кухню, когда часы на тумбочке показали девять утра, и мне надоело прятаться от солнечных лучей, проникающих в нашу спальню.
