Читаем без скачивания Некомбатант - Сергей Васильевич Лысак

Наконец удобный случай представился. Родители уехали в гости в Гатчину в субботу, и прихватили с собой обеих мелких — Машку и Катьку. Вернутся не раньше понедельника. Звали и меня, но я увильнул, сославшись на необходимость готовиться к выпускным экзаменам. Причина более чем уважительная. Так что, никто меня не побеспокоит. Вечером, оказав Лизе «знаки внимания», велел не будить меня утром, пока сам не встану. После чего запер дверь и приготовился к старту. То есть открыл форточку и улегся в койку, дав команду Гансу забрать меня. Снова зависание на несколько секунд в центре комнаты, и АДМ бесшумным призраком исчезает в ночном небе.

Наконец-то снова вокруг чернота космоса, усыпанного золотистыми звездами! Как мне этого не хватало все последнее время. Ганс переводит АДМ на параболическую орбиту, удаляясь от Земли. Зонд сейчас остался над противоположной стороной планеты, и не может нас обнаружить при всем желании. Мы специально выбрали точку, с которой начали резко набирать высоту, чтобы исключить малейшую вероятность обнаружения. Хоть и не верю я в сверхчувствительность аппаратуры старого разведывательного корабля-автомата, но береженого бог бережет. И вот Земля остается позади. Ганс сканирует все частоты, но кроме периодических сигналов радиомаяка зонда и пакетов информации от наземных радиомаяков, да еще обычного космического «шума», в эфире ничего нет. Излучения чужих радаров тоже нет. Мы переходим на эллиптическую орбиту и совершаем один полный виток вокруг Земли, не приближаясь к ней ближе, чем на двенадцать тысяч километров. Теперь можно с уверенностью сказать, что в околоземном пространстве никого, кроме нас и зонда, нет. О чем и доложил Ганс, запросив дальнейшие инструкции. Я решил проверить еще и три ближайших точки Лагранжа — места между Землей и Луной с взаимно уравновешивающим притяжением. В таком месте очень удобно ставить наблюдательные космические аппараты. Не надо особо тратиться на энергию для коррекции орбиты. В точках L4и L5 оказался обычный космический мусор — пыль и мелкие камни, случайно попавшие в эти тихие «космические заводи», да так здесь и оставшиеся. Точка L1, наиболее близко расположенная к Луне со стороны Земли, оказалась пуста. В течение всего полета между Землей и Луной мы не встретили ни одного объекта искусственного происхождения. И тут меня накрыл исследовательский зуд.

— Ганс, а не слетать ли нам на Луну? Не так уж и далеко осталось. Сколько там запас энергии?

— Да энергии полно, девяносто девять и девятьсот семьдесят четыре тысячных процента. Если «тапку в пол» не давить, то хватит до Плутона и обратно слетать. Еще и останется больше половины. Точнее пока сказать не могу. Как будем пояс астероидов пересекать.

— Нет, до Плутона пока не надо. Слишком много времени займет, а мне к девяти ноль ноль следующего утра надо в свою тушку вернуться. А вот на Луну — полетели!

— Принято! На круговую орбиту, или совершить посадку в конкретной точке?

— Пока что на круговую орбиту в десять километров. Потом снизиться до одного километра. А потом видно будет…

АДМ увеличил скорость, и впереди начал быстро расти белесый шар Луны. Сейчас лучше поторопиться, чтобы осталось больше времени на исследование земного спутника. Ганс точно вывел АДМ на круговую орбиту на высоте десять километров и начал съемку лунной поверхности. С такой высоты видимость была прекрасная. Крохотный АДМ несся над лунными хребтами и «морями», я внимательно наблюдал за окружающей обстановкой, а Ганс сканировал эфир и вел запись. Но мы были одни в окололунном пространстве. Никаких заметных отличий от Луны в моем старом мире пока что не находилось. Ганс это подтвердил.

— Командир, никаких больших отличий с нашей старой Луной не выявлено. Небольшая разница в местоположении кратеров может быть обусловлена различными метеоритными потоками в этом районе космоса. Меняем наклонение орбиты?

— Да. Как следует посмотрим с этой высоты, а потом снизимся до километра.

— Принято.

АДМ накручивал виток за витком в окололунном пространстве, и я уже собирался дать команду снизиться, как Ганс неожиданно доложил.

— Слева тридцать. Объект предположительно искусственного происхождения на грани зоны визуального обзора. Для более точной идентификации необходимо включить аппаратуру на излучение.

— На излучение не включать! Иди как можно ниже с огибанием рельефа! Курс на объект! Ближе двух тысяч метров к объекту не приближаться!

— Принято!

А вот это сюрприз! Поскольку для аборигенов космические полеты — пока что научная фантастика, то данный артефакт вполне могли оставить ребята из Службы глубинной разведки Космофлота. Это в лучшем случае. А могли и их «коллеги» из Управления разведки Северо-Американского Альянса подсуетиться. Иначе, с чего было прятать эту железяку на противоположной стороне Луны, которую никогда не видно с Земли? Ладно, сейчас узнаем…

Если бы я не был знаком раньше с манерой пилотирования Ганса, то точно пришел бы в ужас. АДМ резко нырнул вниз, сбрасывая скорость, и выйдя в горизонтальный полет над лунной поверхностью на высоте в двести метров. Дальше торопиться не надо. Под нами проносились острые скалы стен кратеров и относительно ровное дно «морей», но цель пока еще скрывалась за горизонтом. По мере приближения к цели Ганс уменьшал скорость и высоту. И вот интересующий нас участок — Море Мечты. Ровная поверхность, местами покрытая отдельными камнями. Вдали виднеется горный хребет. Но нас интересует не он, а маленькая точка, постепенно увеличивающаяся в размерах, и явно чужеродная среди этого пейзажа. АДМ скользит над лунной поверхностью, включив защитное поле в режим мимикрии. Заметить нас визуально практически невозможно даже на очень близком расстоянии, а на излучение наша аппаратура сейчас не работает. Еще несколько минут, и Ганс сбрасывает скорость до нуля. АДМ зависает на высоте в несколько сантиметров, укрывшись на фоне небольшого камня и повторяя его текстуру. А я оторопело смотрю на обнаруженный объект.

Уже ясно, что это не «государевы» службы постарались, а какая-то хитромудрая гоп-контора, ведущая двойную бухгалтерию, и занимающаяся чем-то не совсем законным. Перед нами застыл малотоннажный гиперпространственный грузовик. Вроде хорошо мне знакомой «Катарины», выгоревшей дотла на Дельте-14. С которой собственно и начались мои приключения. Только этот еще более старого типа и более потрепанный. Такие кораблики очень любят те, кто предпочитает проводить грузовые операции не в официальных космопортах. Ганс тут же подтвердил мои догадки.

— Малотоннажный гиперпространственный грузовой корабль типа «Маркус» фирмы «Боинг». Последний корабль серии вошел в строй сто четыре года назад. Корабли данного типа окончательно исключены из списков Регистра пятьдесят восемь лет назад. В настоящее время не эксплуатируются. Осталось двенадцать экземпляров