Назначенные для этого войска были посажены на суда в разных местах и, в середине июля, 4 отдельных экспедиции покинули южные порты, чтобы собраться у Пуэрто-Рико в числе 11 000 человек под начальством генерала Майлса.
На этот раз все пошло гораздо лучше, благодаря накопившемуся опыту; флот и армия работали дружно и согласно. В конце июля Майлс высадил свои войска, по непонятным причинам, в разное время и в разных местах на юге острова, занимающего площадь в 10 000 квадратных километров и насчитывавшего тогда один миллион жителей. 8 августа он начал наступление и занял в скором времени всю западную часть острова. Через четыре дня пришло известие о заключении перемирия для начала мирных переговоров. До этого времени американцы потеряли всего 5 человек убитыми и 28 ранеными. Приобретение ими Пуэрто-Рико было вполне обеспечено.
Военные действия на Филиппинах
Когда возникла возможность войны с Испанией, Америка сосредоточила в одном месте все свои суда, находившиеся на Дальнем Востоке. В Гонконге собрались под начальством коммодора Девея 4 больших бронепалубных крейсера, водоизмещением в 3 000-6 000 тонн – из них крейсер «Олимпия» был флагманским – 2 мелких крейсера, один вооруженный пароход для траления мин и угольный транспорт.
С объявлением войны Девею пришлось перейти в соседнюю бухту – Мирсбай. Главной его задачей являлась охрана американской торговли, которую легче всего было выполнить, уничтожив испанские морские силы на Филиппинах. Поэтому он покинул Мирсбай уже через несколько дней после объявления войны и подошел в ночь на 1 мая к Манильской бухте.
Филиппинские острова занимают по долготе пространство от 5° до 21° северной широты. Главный остров Лусон лежит в северной части группы. На середине его западного берега находится большая Манильская бухта, врезывающаяся на 25 миль в берег. Вход в бухту шириной в 10 миль образуется островами Коррехидор и Кабалло. У южного берега бухты лежит маленький островок Эль-Фраиле.
Город и крепость Манила лежат в глубине бухты, на ее восточном берегу и на обоих берегах реки Пазиг. В 7 милях к юго-западу от города лежит на длинном узком полуострове укрепленный порт Кавите с небольшим морским арсеналом. Защита Манилы с моря состояла из 4 отдельно поставленных 24-сантиметровых крупповских пушек и из нескольких 16-сантиметровых пушек. Кавите защищалось тремя старыми 16-сантиметровыми пушками; на мысе Санглей, лежащем немного севернее, находился земляной форт с 2 крупповскими 25-сантиметровыми пушками. В самый последний момент испанцы насыпали еще батареи на островах у входа, вооружив их восемью 12,5-сантиметровыми пушками. Поставить в проливах минные заграждения оказалось невозможным из-за их слишком большой ширины (2,5-6,5 миль) и глубины (25-90 метров); у Кавите, и также у самого входа, было поставлено несколько мин, но так неумело, что большинство их лежало на дне.
Контр-адмирал Монтохо располагал главным образом, небронированными судами; его силы состояли из: 2 крейсеров в 3 400 тонн, 3 – в 1 100 тонн, 2 бронепалубных крейсеров в 1 000 тонн, 6 канонерок и 4 судов специального назначения. Из 7 крейсеров только 5 могли считаться боевыми судами.
Таким образом, против 6 американских судов с 10 пушками крупного, 43 – среднего и свыше 50 – мелкого калибра, испанцы могли выставить только 5 судов без крупной артиллерии и всего с 36 орудиями среднего и 34 – мелкого калибра. Но их положение становилось еще невыгоднее от того, что против 73 скорострельных орудий противника они имели таковых только 20. Американские суда, за исключением одного 12-ти узлового крейсера, развивали ход от 16 до 21 узла, испанские же от 13,5 до 16 узлов.
Девей получал самые точные сведения о противнике, взяв к себе на суда некоторых предводителей инсургентов. Монтохо знал о перевесе в силах американцев и намеревался принять бой под защитой береговых укреплений, но к северу от Кавите, чтобы не подвергать опасности Манилу. Два самых слабых крейсера он поставил на двух якорях, остальные стали рядом с ними; канонерки он поставил к востоку от Кавите для их большей безопасности.
Несмотря на лунную ночь, Девей прошел полным ходом, и почти незамеченным, через пролив; когда его наконец открыли, с берега было сделано три выстрела, на которые несколько судов ответили. Эта стрельба не имела ровно никакого успеха. Эскадра вошла в бухту малым ходом и взяла в 5 часов утра курс на открывшиеся испанские суда. Монтохо немедленно снялся с якоря со своим флагманским кораблем «Рейна Кристина», другим небронированным крейсером и двумя бронепалубными крейсерами.
Манильские батареи открыли огонь с дистанции 7 000-6 000 метров, не попадая, впрочем, в противника, между тем как два снаряда с «Олимпии» долетели до них. В 5 час. 40 мин. Монтохо открыл огонь; подходивший с северо-запада Девей повернул у мыса Санглей влево и начал отвечать сильным огнем, уничтожившим два испанских баркаса, приблизившихся на 2 000 метров. Две мины взорвались перед носом «Олимпии», не причинив никакого вреда.
Девей прошел параллельным курсом мимо испанцев на расстоянии около 3 500 метров, повернул на мелководье на 16 румбов влево и повторил этот маневр еще 4 раза; последний раз он сблизился на 1 800 метров, ближе он не мог подойти из-за недостаточной глубины. Строй испанцев вскоре пришел в беспорядок; несколько судов выбросилось на берег, охваченные пламенем.
Монтохо пришлось перенести флаг; его бывший флагманский корабль вскоре выбросился на берег. Оба бронепалубных крейсера выбросились горящими на южный берег и открыли кингстоны.
Одолев неприятельские суда (хотя это еще не было вполне ясно видно), Девей прекратил бой, чтобы дать команде «позавтракать»; кроме того, сильная жара заставляла желать небольшого перерыва. Приблизительно через три часа он вернулся.
Четыре крейсера с наименьшей осадкой подошли возможно близко к укреплениям и открыли огонь по ним и по судам, заставив их наконец замолчать. В 12 час. 40 мин. бой кончился, и Девей стал на якорь перед Манилой. Самый маленький американский крейсер взял на абордаж оба выбросившихся на южный берег крейсера и сжег их, не имея к этому никакого разумного повода. Все 12 испанских судов были уничтожены; как и отчего последовала их окончательная гибель, не удалось установить, потому что они затонули на слишком глубоком месте.
Американцы выпустили всего 5 900 снарядов – количество чрезмерно большое, принимая во внимание их небольшие запасы и слабость противника. Девей, как говорят, и прекратил бой, получив сведения о малом количестве оставшихся снарядов, особенно на флагманском корабле, и решил подождать прихода транспорта со снарядами.
Но когда на совещании с командирами выяснилось, что произошло недоразумение с донесениями о большом расходе снарядов и стали получаться сведения о пожарах и гибели испанских судов, то Девей немедленно решил возобновить бой. Суда его эскадры получили всего 19 попаданий. Только на «Балтиморе» было ранено 8 человек.
Испанцы потеряли 170 человек убитыми и 260 ранеными, в том числе много туземцев, составлявших половину судовых команд. В Америке немедленно раздули свыше всяких пределов этот первый крупный успех, достигнутый в самом начале войны.
Успешные действия Девей вызвали чрезвычайно одобрение и признательность со стороны правительства и его сейчас же произвели в контр-адмиралы. Его быстрый и решительный образ действий действительно заслуживает одобрения; он обождал только прибытия американского консула в Маниле, давшего ценные сведения, и через несколько часов вышел в море. Что испанские минные заграждения не могли иметь никакого значения, было ему вполне ясно. Он сумел нанести своему слабейшему противнику решительное поражение, немедленно уничтожив его, ничего не потеряв и не рискуя своими судами.
Способ атаки – многократное прохождение мимо стоящего на якоре противника – получался сам собой из данной обстановки. В смысле артиллерийской стрельбы американцы не сделали ничего выдающегося, да и вообще их артиллерия вовсе не находилась на такой высоте, как они всюду утверждали; многие гранаты не разрывались. Трудно решить, была ли тут ошибка в конструкции или в снаряжении их. Огонь был недисциплинированный, управления огнем, собственно, и не было; что касается попаданий, то результат в этом отношении был довольно хороший.
Гораздо хуже стреляли испанцы, сделавшие всего 4 попадания. Одно из их орудий опрокинулось при первом выстреле. Как их тактика не дала ничего замечательного, исключая отчаянно храброго поведения командира флагманского корабля, так и стратегия Монтохо оказалась неважной. Имея несколько быстроходных крейсеров, он мог бы нанести серьезный ущерб неприятельской торговле и заставил бы противника разделить свои силы для поисков и уничтожения этих крейсеров.
Самые разнообразные обстоятельства не дали испанцам и в Восточной Азии совершить какого-нибудь крупного дела; они вполне безучастно ожидали развития событий. Гибель двенадцати судов произвела большое впечатление на туземцев. Испанское господство на море в Восточной Азии перестало существовать.
