Он не помнил, как в их семье появился перепуганный внезапный Армагеддоном девятилетний сирота из детского дома. Но, так вышло, что когда осиротел весь мир, то сам Славик обрел семью. И пусть совсем не надолго, но полноценную. С отцом матерью и младшим братиком. Но вскоре не стало матери, а отец стал уходить в далекие рейды. И остались они вдвоем, и было так всегда…
Он сейчас снова остро ощутил боль оттого, что забыл в своем подвале фотографию отца. И больно было, что он совсем не помнил мать. Он помнил только те жуткие похороны в противогазах. Он думал о матери, вслушиваясь в голос Луи Армстронга и вспоминая шествие людей, идущих закапывать тех, кто умер от черного дождя. Мрачная колонна людей в противогазах идут среди деревьев, усыпанных почерневшими и скрученными листьями. Идут и молчат. Только шипят их маски от дыхания или слез. И тянут они трупы к погребальной яме. А этот человек поет о прекрасном мире…
Он и не заметил, как в его сознании поселилось жуткое откровение. Откуда-то он внезапно стал знать, что умерла не просто его мать. Она ждала ребенка. Она была беременна младшим братом Николая. Или нет… Сестрой… Да! Сестрой. Васнецов почувствовал, как ком подкатывает к горлу, а слезы к глазам. Да. Мать потеряла ребенка из-за страшного стресса и вскоре умерла сама, попав под радиоактивные осадки. Но перед этим родители приютили Славика. Хоть какое-то утешение. Какой бы была его сестра в том случае, если бы родилась на свет? Такой как Рана? Такой как Табита? Ему повезло родиться до ядерных ударов. Но всем, кто пришел в этот мир после дня перечеркнувшего историю всей планеты на «ДО» и «ПОСЛЕ» предстояло пройти страшный отбор в дьявольской лотерее. Одна нога короче другой? Две головы? Отсутствие глаз? Несвертываемость крови? Масса вариантов. Но только один мизерный шанс родиться нормальным… Но ведь настанут времена, когда все измениться? Когда дети будут смеяться и бегать друг за другом, купаясь в лучах теплого солнца под чистым небом. И будут кататься на качелях и их скрип не будет пугать… Качели… Черт возьми, довольно ждать. Чем раньше сделать дело, тем скорее…
Алиллуя всем будущим детям!
Allegretto
Вот и пришло к концу наше долгое путешествие. И я знаю, что я сделал правильный выбор. Если не верить в то, что все не напрасно, то для чего тогда все это нужно было? Я верю, что все не зря. И ни смотря, ни на что, я верю в человека. Верю в бога в человеке. Я верю в вас.
Жив ли мой дядя, начавший писать этот дневник? Жив ли мой отец, отправившийся искать его, своего брата… Мне уже никогда не узнать. Но я знаю одно. Если они погибли, то очень скоро я их встречу. Но если они живы. То у них будет шанс жить и дальше, сколько на роду написано, а не ХАРПом предписано. Мой дядя не знал, каким будет человек будущего, в чьи руки попадут эти строки. Тем более он не мог себе представить, что этим человеком буду я. Николай Васнецов. Сын его брата. Но я дописываю этот блокнот с полной уверенностью в том, что мои строки, обращенные к будущим поколениям, найдут своего читателя, ибо эти поколения будут непременно. Будет солнце и весна. Будет жизнь. Будут дети. И не приведи вас господь забыть о том, что натворили ваши предки. Не забывайте этого! Пусть вам будет страшно! Но только так вы поймете ценность жизни вашей. Ценность вашего хрупкого мира и единственной планеты. Одной на всех. Она одна, как мать. Она дает вам жизнь. Она любит вас. Так помните об этом. Вы, новые поколения будущего, не станьте неразумными великовозрастными чадами, утопающими в своих низменных страстях и комплексах. Не станьте теми, кто убивал себе подобных и воевал с природой, мня себя ее венцом и повелителем. Беря от планеты все и не отдавая ничего взамен. Рано или поздно придется платить по счетам. Наша цивилизация заплатила страшную цену. Так пусть такая цена с лихвой окупиться вашим разумом, способным понять, что у вас всего одна жизнь. Один мир. Одна планета. И посему всего один шанс. ВТОРОГО ШАНСА НЕ БУДЕТ! ПОМНИ ОБ ЭТОМ, ЧЕЛОВЕК!
Я заканчиваю свое короткое обращение к тебе, читатель. Знай. То, что я сделал, я сделал ради тебя. Ради всех вас. Ныне живущих и еще не родившихся. Ради тех, кто погиб уже и стоит на краю гибели. Ради человека и волка, крысы и медведя. Ради той искорки жизни, которая однажды вспыхнула на этой планете и не должна погаснуть только из-за того, что появился в этом мире человек. Заклинаю тебя — ПОМНИ ВОЙНУ!
29.06.20…..г… Николай Николаевич «Блаженный» Васнецов.
* * *
Он вложил химический карандаш между страниц дневника и бережно положил его на койку Варяга.
— Прощай Варяг. Прощай братишка. Не обижайтесь.
* * *
Он знал, что Табита не спит. Часовой спал на своем месте, сгорбившись за столом, а вот девочка сидела в своем кресле и гладила жутковатую куклу по голове. Часовой забормотал что-то. Поднял голову. Но Николай тут же прижал к его лицу кусок материи пропитанной эфиром. Дело сделано. Человек закатил глаза и распластался на своем стуле, рискуя упасть. Васнецов осторожно подхватил его и уложил на стол.
— Nicolay? — прошептала Табита.
— Да. Это я.
Девочка улыбнулась и протянула худые ручки.
— Nicolay. Nicky. Savior.
— Да. Я спасу вас. — Он осторожно взял ее ладошки в свои.
— Save us…
— У меня для тебя есть кое-что.
— What?
И Васнецов вложил в ее руки плюшевого медведя. Того самого. Одинокого и покинутого. Найденного в разбитом поезде. И Людоед дал иголку с ниткой, чтоб пришить бедолаге лапку…
— Это мишка. Он теперь твой.
— Mishka? Russian Mishka?
— Да. Рашшен Мишка. — Коля улыбнулся.
Девочка прижала плюшевого медведя к себе, нежно обнимая и дрожащим, едва не плачущим голосом прошептала:
— Love you, Russian Mishka. Love you, Nicolai…
Поцеловав медвежонка в пропитанный каплей эфира нос, она тут же уснула. Пусть спит. Просто прощания он не вынес бы. А проснется она уже спасенной…
* * *
Он шел в темноте, держась за трос. Была ночь. Где-то вдали мерцало красное зарево ХАРПа. Николай очень надеялся, что мерцает оно последнюю ночь. Завтра мир станет другим. Без этого убийцы созданного человеком для самоубийства. Точнее, для контрольного выстрела после свершившегося много лет назад самоубийства. Подъем на холм был не простым. Ведь он не взял снегоступы. Он просто не подумал, что в том деле, которое он задумал, они ему понадобятся. Ну да ничего. Идти не так много. Можно и потерпеть неудобства связанные с проваливающимися в снег ногами. Он брел, тяжело дыша и глядя вперед. Впереди пост. Там человека два. В ангаре еще двое. Эфира должно хватить. Но вот сложно усыпить сразу двоих. Непросто. Но, черт возьми. На кону сейчас стоит абсолютно ВСЕ! Надо постараться. Надо во что бы то ни стало сделать это.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
