спрятанные глубоко в чащах зачарованные гроты и послушать странную тишину, о которой писал в своих книгах сам Корлис Велларион.
Залезть на скалы страны Джоргвин и увидеть скелеты легендарных каменных великанов.
Увидеть залив Левиафанов, куда каждый год, в день когда Солнце дольше всего светит на небосводе, со всего мира приплывают левиафаны. Говорят что только там они усмиряют свой бурный нрав, становясь тихими и мирными, ведь именно там у них происходит зачатие и появление нового потомства.
Послушать легенды жителей Тысячи островов.
Спустится в подземелья Тайного города.
Понять похожа ли Моссовия на мою старую родину или это просто совпадение?
Искупаться в Красном море, которое состоит не из воды, а из крови самой земли.
Своими глазами увидеть шрайка, полулегендарное создание, обитающие в ледяных пустынях Серых Пустошей. Говорят что они выглядят как полулюди-полуящеры с зеленой чешуйчатой кожей, выделяющие яд при укусе. Но так ли это на самом деле?
Побывать в Пяти Крепостях, итийском аналоге Стены, каждая из которых по размерам превосходит даже Харренхолл.
Земли бескровного народа.
Город Крылатых людей.
И многое, многое другое, что мог предложить этот неизведанный волшебный мир. Все это манило меня со страшной силой и лишь обязанности перед женой и семьей заставляли сидеть на месте и делать все, чтобы никто никогда их не тронул.
— Вы и вправду похожи на главного героя книги. — Вырвал меня из фантазий голос Дейнерис, смотревшей на меня все с тем же любопытством и легким восхищением. — Но мне другое интересно, лорд Темпер. Вы говорили что у вас есть причинЫ не рассказывать про мою племянницу. Первую я узнала. Какова же вторая?
А вот и тот момент, из-за которого мы все время говорили на других языках, почти не используя андалос.
— Ваш «племянник», ваше величество. — Ответил я, впервые обратившись к ней по титулу. После рассказа о Фиоре и ее драконе, Дейнерис меня точно не отвергнет, так что можно было понемногу переходить на официальные обращения, вписываяся в ее подсознание как подданный, а не чужак. — Я видел его труп двадцать лет назад. Помню его серебряные волосики. Маленькие слабенькие ручки. И раздавленную об стену голову. Я не верю, что мальчик мог спастись.
— Эйгон и его воспитатель, Коннингтон, говорили что его вынесли из замка перед самой осадой, подменив на младенца из местных трущоб. — Перестав улыбаться и вновь став серьёзной, сказала королева.
— Блошиного конца. — Вспомнил я название самой большой помойки Королевской Гавани. — Только это невозможно, ваше величество. После поражения Рейгара на Рубиновом броде, Элию держали в Твердыне Мейгора, самой защищенной и крепкой части замка, куда не ведет ни один тайный ход или лазейка. Их замуровали еще во времена Эйгона II, после того как крысолов по имени Сыр и мясник Кровь проникли в замок и убили принца Джейхериса. — Хотя за столько лет эти ходы могли восстановить и даже прорыть новые, но королеве это знать ни к чему. — Никто не мог незаметно протащить туда маленького ребенка. К тому же, около маленького Эйгона всегда были либо Элия, либо моя сестра. Они не могли пропустить момент подмены.
— Вы хотите сказать? — Нахмурившись сказала Дейнерис.
— Он самозванец. — Прямо ответил я. — Не знаю, кто он, тот же мальчишка из Блошиного конца или сын какого-нибудь аристократа из Черного города, но крови Таргариенов в нем нет.
— Это опасные утверждения, лорд. — Заметила Таргариен, немного наклонившись вперед. — Хоть ваши слова и разумны, но этому прямых доказательств нет. Я не собираюсь ссорится с тем, кто привел под мою руку десять тысяч профессиональных бойцов, ради простой догадки.
— Вы правы, прямых доказательств нет. — Согласился я. — Но их можно легко получить.
— И как же? — Заинтересовалась Дейнерис.
— Оседлать дракона. — На удивление мой ответ не стал для нее неожиданностью. На красивом лице не дрогнул ни один мускул. — Ваш род не зря называют драконьими владыками. Любой, даже бастард во втором поколении, способен оседлать дракона, как было во времена Танца.
Но вместо ожидаемого согласия, я услышал громкий и неожиданный смех.
— Ха-ха-ха-ха-ха… — Таргариен смеялась долго, иногда хватаясь за живот и вытирая слезы, выступившие на уголках глаз. Будто я рассказал ей самый смешной анекдот, а не древний случай, специально найденный моими людьми в библиотеке Цитадели.
— Ваши слова мне кое-кого напомнили. — С усмешкой ответила мне королева, просмеявшись и несколькими движениями приведя себя в порядок. — Несколько месяцев назад, когда мы только захватили город, ко мне тайно прибыл один юноша. Крепко сбитый, коротконогий и коренастый, с тёмными волосами цвета вскопанной земли. — Очень знакомые черты, слишком знакомые. — У него был высокий лоб, квадратная челюсть и широкий нос. Приятный в общении, благоразумный, здравомыслящий и ответственный, как его весьма верно охарактеризовал сир Барристан. И он тоже вел разговоры о попытке оседлать дракона…
— Говоря что в нем тоже течет капля драконьей крови. — Закончил я ее фразу, пока в голове крутилось совсем другое предложение.
«Пеклов Доран, ты все же не послушал меня и отправил Квентина в Дорн!»
Квентин Мартелл был старшим сыном Дорана и Мелларио, младшим братом Арианны и старшим Тристана. Всю его жизнь можно было описать двумя словами — постоянные переезды. Еще с того момента, как ему исполнилось восемь лет, он был отправлен к одному из самых могущественных и враждебных домов северного Дорна — Джордейнам. Требор всегда отличался замкнутостью и очень не любил, когда его выдергивали из библиотеки.
О… тайная библиотека Тора. О ней можно рассказывать долго, ведь род Джордейнов почти с самого его основания только и занимался тем, что собирал и хранил знания со всего мира. Во времена моей учебы в Цитадели даже шутили, что все архимейстеры вместе взятые уступают знаниями лордам этого дома. Не зря же даже их герб выглядел как золотое перо на поле в тёмно- и светло-зелёную клетку, а девиз вообще был оксюмороном для средневековья.
Да будет написано.
Очень интересный дом,
