Коля быстро нашел лестницу и кинулся вниз, перепрыгивая через несколько ступенек сразу. Притяжение росло, значит, он на верном пути. Скорее. Скорее. Нужно найти Элиора и выбраться до того, как перекрытия рухнут. Подточенные огнем, и под тяжестью аквариума, они долго не продержатся. Второй этаж. Но почему-то здесь лестница закончилась. Николай бросился по коридору, следуя зову, как компасу. В этом крыле, по всей видимости, находились номера. Через открытые двери просматривалась роскошная мебель, широкие кровати, высокие зеркала. Видимо, посетители любили развлекаться не только в главном зале. Лестница на первый этаж оказалась за поворотом. Николай ринулся вниз. Быстрее. Еще быстрее. Ноги едва касались ступеней, он почти летел. Вот и выход. В лицо пахнул сладкий свежий воздух, но ему не сюда. Ему нужен подвал. Он остановился, прислушиваясь. Тянуло куда-то вправо, но там стена, хотя… Коля подошел ближе и заметил закуток, в тени которого скрывалась узкая лестница. Ага. Подвал. Он обернулся и убедился, что за ним никто не следит. Да и кто? Обрадованные, что наконец-то нашли выход, люди выбегали на улицу, не обращая внимания на тех, кто остался. Коля исчез в темноте прохода.
В подвале стены заглушали даже крики и плач пострадавших. Обитые звукоизоляцией, они не пропускали ничего. Организаторы опасались, что узников услышат. Или же не хотели доставлять неудобства отдыхающим. После нагретого воздуха верхних помещений, кожа сначала покрылась мурашками — здесь царила влага и прохлада. В одной из комнат находился погреб с запыленными бутылями и внушительными бочками. Дальше находился пост охраны. Понятное дело, он пустовал. И никто, естественно, не потрудился освободить Элиора. Его оставили умирать, как собаку. Где же он?
Коля бросился к дальней двери, дернул ручку — закрыто. Долбанул ногой, сорвав дверь с петель. Вломился внутрь.
По голым, заржавленным стенам стекали ручьи воды, в потолке раскачивалась одинокая лампа, а в углу, скрючившись, сидел молодой человек. В точности, как в видении. Светлые волосы узника падали на лицо, на шее кровавой дорожкой запеклась кровь, рваная и грязная футболка клочьями повисла на худом теле. Сердце екнуло и сжалось.
Николай подошел ближе, тронул пленника за плечо. Тот дернулся, вжался в стену, замотал головой, промычал:
— Нннет, не надо… Прошу… Ннне бейте…
— Тише, тише, — только и выговорил Коля, в горле запершило, перекрывая дыхание. — Не бойся.
Парень поднял голову. Узкие скулы, миндалевидные зеленые глаза, чуть вздернутый нос, светлые пряди. Если сам он был похож на отца, то Элиор пошел в мать. Мягкие черты лица, полные губы, слегка оттопыренные уши.
— Я… — сглотнул комок Николай.
Элиор затравленно посмотрел на визитера, чуть прищурился, пытаясь хорошенько его разглядеть в мерцающем свете. Нахмурился. Так смотрят на тех, кого где-то когда-то встречали. Вроде и не знаешь человека, а какие-то смутные воспоминания тревожат душу.
— Вот и встретились, — хрипло заключил Коля, сжал плечо брата. Это он. Его семья. Родная кровь.
Зеленые глаза Элиора округлились, губы дрогнули, сам он подался вперед, жадно всматриваясь в призрак прошлого. Хотел что-то сказать, но испугался. Будто от произнесенной вслух догадки, появившийся из ниоткуда брат испарится или окажется всего лишь галлюцинацией.
— Это я, — Коля чуть улыбнулся, глаза почему-то заволокла мутная пелена. Это подарок, в конце длинных поисков, он все-таки нашел его. Считал мертвым, шел по пятам, воскрешал давние вехи из жизни близкого человека, возможно, единственного оставшегося в живых. И нашел.
И он тоже нашел. Узнал, кто стоит перед ним. Тихо, недоверчиво произнес:
— Д… Дэнни?
Коля кивнул, сморгнул пелену и сжал плечо еще крепче. И только сейчас заметил, что руки Элиора прикованы к батарее. Он дернул цепь, разорвал ее в одно мгновение. Аккуратно нажал на браслеты. Металл треснул и развалился, спадая ненужной шелухой.
— Как тебе…
— Потом, все потом, — Николай посмотрел на брата. — Надо убираться отсюда. Идти сможешь?
— Да, я, — Элиор попытался встать, но не получилось. Он обессилено облокотился на батареи. Сказались многочисленные побои и истощение.
— Дай руки, помогу.
Коля взял его за запястья, закрыл глаза, сосредотачиваясь. Блеклое свечение вырвалось из пальцев. Он погрузился в ауру брата. Здесь боль, здесь ломит висок, здесь ноет сломанное ребро. Магия поможет, вольет силы в изможденное тело, залечит ссадины и ушибы. Надо пропустить волшебство сквозь себя, подобно электрическому току, собрать в руках, направить в Элиора. Исцелять раньше не приходилось, но это требовало небольших усилий. На сей раз Николай не ощутил рвущейся через барьер мощи, но не обратил на ее отсутствие особого внимания. Не сейчас. Ему и нужна только капелька, чтобы вылечить близкого. Дать ему энергию, иначе отсюда не выбраться.
Элиор вдруг выдернул руки, закричал:
— Сзади!
Коля обернулся. Успел заметить охранника, вскинувшего автомат. Огонь вырвался из дула. Одна секунда, и две жизни на кону. Коля навалился на брата. Закрыл от выстрела. Рефлекторно выставил магический щит. Град из пуль остановился почти у самой цели.
Вот, подлец! И откуда он взялся? Как посмел стрелять? Злоба моментально взметнулась в душе, пули тут же отправились назад. Свинец впился в грудь стрелявшему, буквально изрешетив его. Охранник ударился о стену и сполз вниз, оставляя кровавый след.
— Ты цел? — Коля помог брату подняться. — Бежим, скорее, пока еще кто-нибудь не появился.
— Как тебе удалось? — Элиор ошарашено рассматривал мертвого охранника.
— Магия. Бежим.
Элиор бросился вперед. Коля следом, но вдруг споткнулся. Ноги стали ватными, тело отказалось слушаться. Он схватился за дверь, прислонился к ней спиной. Острая боль впилась в бок, расправляя жгучие щупальца. Предательское пятно крови расплывалось слева, чуть ниже ребер. Не успел, выходит. Щит не успел остановить все пули.
— Дэнни? — обернулся Элиор. — Дэнни!
В глазах потемнело, зашумело в ушах. Плохо. Очень. И после исцеления брата не осталось сил, чтобы восстановиться.
— Ты ранен!
Коля прижал руку к боку, останавливая кровь. Позвал магию, но глухо… Почему резерв пустой? Переиграл в героя? Надо собраться, надо бежать.
Громкий треск прорвался даже сюда, за толстые стены подвала. Донеслось дикое шипение, грохот. Здание тряхнуло, с потолка посыпалась штукатурка. Аквариум рухнул, а с ним и тяжелые балки, перекрытия. Особняк разваливался на куски.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
