— Хороший признак, выздоравливаешь, — констатировал Аргент.
— Да куда денусь.
— Вообще-то, заставил ты нас поволноваться, — Элиор поставил еще одну тарелку и уставился на брата.
Теперь, когда опасность миновала, оба засмущались.
— Ты на мать похож.
— Ты на отца похож, — хором произнесли они, не зная, с чего начать разговор.
Засмеялись немного натянуто. Снова повисла пауза, которую нарушало только шипение мяса на сковороде. Наконец, Элиор спросил:
— Ну, так как к тебе обращаться? У тебя минимум три имени. Коля, Кайл и Даниэль.
— Могу сказать то же про тебя, — слегка улыбнулся Николай. — Алексей или Элиор?
— Элиор. Алексеем я никогда не был.
— В самом деле? — обиделась Евдокия.
— Доська! Ты же знаешь, о чем я.
— Не называй меня так, — тут же смутилась Ева.
— Да брось ты, все свои, — отмахнулся Элиор. — Ну, а тебя как? — он обратился к брату.
— Здесь Коля, там — Кайл. Я, напротив, никогда не был Даниэлем. И, наверное, не стану.
— И все же я буду звать тебя Дэнни, можно? Так привычнее.
— Как хочешь, — Коля пожал плечами.
— Спасибо. И это, слушай, — Элиор присел за стол. — Аргент ввел меня в курс дела. Я решил, что пойду с тобой. Туда.
Коля нахмурился, повертел в руках вилку, поковырял ею скатерть и, наконец, сказал:
— Уверен? Анделор умирает. И там нет ничего…
— Это наш дом, — Элиор подался вперед, в глазах загорелся мальчишеский задор. — Мы должны его вернуть.
— Все не так просто.
— Не будь занудой, а?
— Я не зануда. Я просто хочу, чтобы ты реально смотрел на вещи. Возможно, нам не удастся спасти Анделор. Тогда мы погибнем.
— Дэнни, я реалист, каких мало, — помрачнел брат.
Обида тронула эльфийские чувства:
Конечно же, реалист, жизнь научила. Она била с самого детства. В детдоме приходилось бороться за место под солнцем, потом держать планку лидера, что не всегда удавалось. Когда фортуна повернулась к нему лицом, и брошенный мальчишка обрел семью, судьба снова ударила. Жестоко и исподтишка. Лучше бы он еще раз наткнулся на нож маньяка, по крайней мере, та боль прошла очень быстро. А эта терзала душу и по сей день. Никогда не забудется телефонный звонок, побелевшее лицо сестры, взявшей трубку. И последующий мрачный калейдоскоп событий. Какие-то люди, какие-то бумаги, а перед глазами только обгоревший остов разбитой машины. У родителей не было шансов, так сказал инспектор. Пьяный водила со встречки — обычное дело для милиции, и крутой жизненный поворот для него и Евы.
Денег перестало хватать. Евдокия зарабатывала копейки, но даже с дополнительными занятиями зарплаты катастрофически не хватало. Сам он пытался устроиться, но в приличные компании без опыта работы никто не брал, так что пришлось довольствоваться грошовым заработком продавца-консультанта в одном из сетевых супермаркетов.
Жизненная несправедливость и ранняя смерть родителей резко изменили характер оптимиста-сказочника. Элиор замкнулся. Он метался, как зверь в клетке, старался выбраться из болота рутинной жизни, бесполезных поисков нормальной работы. Смотреть в глаза сестры, одной вытягивающей их скромное хозяйство, становилось все больнее, а собственная никчемность бесила до дрожи в руках, до черных точек в глазах. Он потерял веру в себя, а детские мечты теперь казались не более чем выдумкой детдомовца, отчаянно грезившего о семье. И когда уныние достигло апогея, появился шанс выбраться из ямы безысходности. Ему предложили денег. Много денег.
Талант к игре проснулся еще в детдоме. Карты слушались его, будто зачарованные. Но, несмотря на природное везение, он никогда не злоупотреблял необычным даром. А тут друг по фэнтези-клубу, рассказал про подпольные игрища. Возможность выиграть большую сумму подворачивалась редко, и Элиор согласился. Прошел игру от начала до конца. Но не чувствовал вины, когда очередной конкурент пускал себе пулю в лоб. Сам он был готов на все. Чем дольше играл, тем больше охватывал азарт. А нависшая угроза смерти накачивала кровь адреналином, которого не хватало в обычной жизни. Самое главное, за игрой он забывал все проблемы, забывал, что он, Алексей, обычный студент-неудачник. Потому что в игре он, Элиор, владел ситуацией, им восхищались, ему аплодировали, его победы ждали. И слишком поздно понял, в кого превратился. В шута. В клоуна, развлекающего толпу тем, что приговаривает другого человека к смерти. Стало дико и страшно. Но одновременно появилось желание довести дело до конца, забрать выигрыш ради того, чтобы раскошелить кучку зарвавшихся негодяев.
То, что организаторы никогда не отдадут деньги, он знал. Как и то, что его никогда не отпустят живым. Слишком глубоко "везунчик" увяз в этом жутком болоте. Однако успел подготовиться. Сбежал с деньгами через форточку в винном погребе, а, спрятанная заранее веревка, помогла перебраться через высокую стену. Выигранные деньги он быстро перевел на счет детдома, где воспитывался. Потому что не хотел, чтобы другие подкидыши спали под застиранными до дыр одеялами и играли в разбитые игрушки. Потому что хотел достойной жизни для людей, работающих за копейки. Потому что несправедливость и хапужничество довели до предела, и захотелось просто обломать зарвавшихся толстосумов.
На самом-то деле, обломали и его тоже. Схватили, бросили в подвал, избивали, пытаясь вернуть деньги. И в самый последний момент, когда до смерти оставались считанные часы, судьба вдруг смилостивилась и подарила еще один шанс.
— Прости, — Коля виновато отвел взгляд, ругая себя за неосмотрительность. — Мне повезло больше. Я попал в хорошую семью и рос в лучших условиях. То есть… Ева, ты понимаешь, о чем я.
— Да, понимаю, — оторвалась от готовки Евдокия. — Кстати, о семье. Я позвонила твоей матери, чтобы не волновалась. Мобильный остался в машине.
— Спасибо тебе, — Николай благодарно кивнул.
— Угу. От вас, мужиков, внимательности не дождешься. До седых волос доведете.
— Ой, Доська, вечно ты все драматизируешь, — Элиор повернулся к брату. — Какие у нас планы на будущее?
— Для начала найдем "Око ночи", — Коля бросил вертеть вилку в руках. — Помнишь, ты еще подменил его? В картине?
— Конечно, помню, — Элиор хитро улыбнулся. — Я ж не дурак, чтобы сразу раскрывать правду Фаридару. Не знаю, правда, зачем ему камень понадобился. Но если уж он устроил такое… В общем, "Око" я вделал в рукоять ножа, а когда прибыл сюда, закопал неподалеку от того самого места. То есть, сначала у меня его отобрали, потом я отобрал его назад, и схоронил под кустом. Надо же…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
