сюда доберутся к сроку? Тогда отсутствие разведчиков в том блиндаже может сорвать задуманную операцию. Поэтому у вас задача остается прежней — наблюдение. Тем более наверху принято решение оставить все как есть и ждать. Так что, планы не меняются. Ни для нас, ни для тебя. Понял?
— Понял.
— Тогда все — я поехал к себе, а ты, если какие новости появятся, сразу выходи на связь.
— Есть!
Гусев пожал мне руку и уже направился к выходу, но, пройдя два шага, остановился и спросил:
— Тебе точно бойцов подкинуть не надо?
— Не, и так справимся. Абы кого я ведь не возьму, а «невидимки» все при деле. Да и зачем там еще люди нужны? Мешать друг другу? Лучше уж мы сами…
— Ну как знаешь. И про доклады помни — выход на связь каждые четыре часа.
— Не забуду.
— Тогда — счастливо!
Серега хлопнул меня по плечу и, загрузившись в свой джип, покатил к аэродрому, а я, свистнув своих ребят, принялся навьючиваться вовсе не легким багажом. Одни аккумуляторы весили столько, что здоровый Змей только покряхтывал, пристраивая вещмешок поудобнее. Я тоже, нацепив свой груз и представив дальний путь по лесу, при котором то, что висит за спиной, с каждым шагом становится тяжелее и тяжелее, коротко матюгнулся и приказал:
— Потопали. Нам еще сегодня запасной выход с того «схрона» найти надо будет, поэтому шевелим ногами шибче.
И мы пошли, практически сразу затерявшись в густом ельнике.
Глава 12
— Наблюдаю движение…
Тихий шепот Гека вывел меня из полудремы, заставив вскинуть голову и, подслеповато щурясь, уставиться в сторону блиндажа. Сначала ничего не увидел, но, проморгавшись, заметил какое-то шевеление в том районе. Вопреки моим опасениям небо не было затянуто тучами, поэтому в рябом, из-за листвы, лунном свете достаточно хорошо различил выползшую на поверхность черную фигуру.
Фу-у-ух! Вот и замечательно! Я до последнего момента опасался, что в ту ночь, когда мы оставили этот схрон без присмотра, его обитатели могли просто уйти, поэтому облегченно выдохнул и от избытка чувств лягнул лежащего рядом Жана. Даурен этот тычок воспринял правильно и, блеснув в улыбке полоской зубов, показал в ответ оттопыренный большой палец. Тем временем появившийся человек пару минут постоял, прислушиваясь к окружающей обстановке, а потом, бесшумно закрыв люк, довольно резво направился куда-то вверх по склону.
— Ты — на месте, — шепнул я и, пихнув Леху в бок, взмахом руки приказал ему следовать за собой.
Подхватив ПНВ, Гек, пятясь, выполз из-под куста и неслышно пристроился в паре шагов сзади.
А блиндажный житель тем временем уже почти поднялся на вершину холма. Ну теперь и нам можно двигать. Ведь весь прикол в чем — по лесу совершенно бесшумно могут передвигаться только индейцы, да и то исключительно в кино. Нормальный человек, как ни тренируйся, один черт обязательно наступит на скрытый сучок или зашуршит опавшими листьями. И хоть ногу я старался ставить на всю стопу, чтобы приглушить звук, пару раз под подошвой хрустнуло. Хорошо, преследуемый был достаточно далеко и ничего не услышал.
Но в этом «далеко» присутствует огромный минус. Если я его сейчас из вида потеряю хоть на несколько секунд, то считай все — фиг потом найдешь. И ведь следом не побежишь — вдруг он не просто в сторону свернул, а затаился и проверяется? Одно утешение — на нашей стороне чудо советской техники «Сова-2», поэтому я волновался не очень сильно. Единственно, уточнил у Пучкова:
— Ночник включен?
— Да.
— И не выключай.
Вот так вот. Пусть лучше аккумуляторы в ПНВ будут садиться, чем в самый ответственный момент мы будем его «заводить», имея все шансы упустить объект наблюдения.
Но пока — тьфу-тьфу-тьфу — все идет нормально, и поднявшись на холм, мне даже не пришлось задействовать «Сову», чтобы обнаружить идущую среди деревьев фигуру. Вот только куда он так резво скачет? Аэродром в другой стороне, хутор Ломзицкого градусов на тридцать левее… Что у нас в тех местах вообще находится?
Я начал вспоминать карту, но так ничего и не вспомнил. Лес там сплошняком и все… Так, хорошо, лес и что? Осторожно пронырнув под веткой, я машинально почесал затылок, но мыслей, куда мог направиться фигурант, не возникло. В тех местах не было ни заброшенного жилья, ни старых торфоразработок, ни даже каких-нибудь покинутых землянок. В общем, никаких видимых ориентиров. Может, еще один схрон? М-да… очень даже может быть. А если этот схрон не просто схрон, а полноценный бункер, здоровенный и бетонный? Могли поляки перед войной такую закапушку сделать? Да вполне могли! И разместиться в нем могут человек тридцать. А если он там не один такой? Ого, что получается!
Я в возбуждении чуть было не шмыгнул носом, но в последнюю секунду сдержался и, взяв себя в руки, стал соображать более спокойно. Блин! Если, к примеру, там несколько больших замаскированных бункеров, то часть недостающих поляков вполне могла, просочившись мелкими группами, уже прибыть на место. А та сотня, что наблюдается нашей разведкой — просто для отвода глаз. Паны ведь тоже не дураки и контрразведка у них работает неплохо. Они вполне могли предположить, что сбор большой группы АКовцев поставит «СМЕРШ» на уши, вне зависимости от целей этого сбора. А так получается — выход малых групп и концентрация людей под носом у противника в скрытых убежищах. Хм… с другой стороны, там ведь не подземный город? О таком строительстве стало бы известно еще до войны. Значит, берем по минимуму — три-четыре больших законсервированных бункера. Это значит сто — сто двадцать боевиков…
Вспоминая же мою идею про смертников — такого количества вполне хватит для атаки аэродрома. Ну, по их задумке. А по нашим раскладам… Так, так, так… исходя из диспозиции и кратчайшего пути к советско-американской базе эта сотня выйдет с северо-востока — от болот. И если наше начальство решило действовать, как
