таким образом, чтобы не оставить заметных следов предстоящего боя в этой части леса. Хочу хотя бы на время отвести интерес приматов к конкретно этой полянке. А всё потому, что здесь находится единственный на данный момент доступный нам способ пробраться в домен. Так если мы хотим и дальше свободно перемещаться сюда, то нужно обеспечить безопасность портала, что приводит меня к необходимости отвести интерес приматов к данной локации в лесу. Особой веры в то, что мне удастся отвести взор населяющих домен приматов от поляны под которой располагался портал у меня не было. Но всё же попытаться это сделать я посчитал нужным.
«Как я и думал!»
Никаких попыток со стороны обезьян выйти с нами на контакт и договориться не последовало. Недолгое замешательство от встречи с неизвестными им представителями фауны, то бишь с нами — людьми, продлилось у них не недолго. Всего десяток секунд потребовалось предводителю этой стаи «бандерлогов», дабы прийти к решению нас уничтожить. Причём это было сознательное и обдуманное решение. Главарю наткнувшихся на нас групп здешних «царей» животного мира, а судя по отсутствию даже малейших намеков на страх перед неизвестным противником и уверенным действиям приматов, обезьяны считали себя доминирующим в домене силой и им было абсолютно плевать на то, как выглядит их «жертва». Их гастрономический взгляд обращённый в нашу сторону не предвещал нам ничего кроме как участи оказаться содержимым желудка обезьян. Вот только на этот раз приматы конкретно так ошиблись с выбором жертвы. С сегодняшнего дня в этом домене власть вновь перешла к людям.
Следуя команде прозвучавшей как рык от главаря, всего его подопечные одномоментно запустили в нас свои копья. Щит Гюнтера они прошили словно бумагу, но до нас так и не добрались. Как я и предполагал, копья обладали невероятной пробивной способностью и с лёгкостью разрушали любые магические конструкты, в том числе энергетическую вязь барьера, который сразу же как только на нас напали приматы воздвиг вокруг нашей группы мой дед. Не долетели же до нас копья по причине уплотнившегося воздуха, в котором они увязли словно мошки в вязкой смоле. Уж против моей астральной магии метательные орудия приматов оказались бессильны. Я ведь посредством своего астрального дара воздействовал на саму суть вещей и процессов в них проистекающих, чуть ли не с концепцией работал.
Неудавшееся на нас нападение, в котором мы по плану бандерлогов должны были оказаться нанизанными на копья и чего не случилось, если и вызвало замешательство у приматов, то очень кратковременное. Впрочем, вся заслуга за мгновенное принятие решений и понукание к незамедлительным действиям была полностью на главаре обезьян. После того, как первая атака и второй бросок копий не принёс ожидаемого результата, а метательные орудия по моей воле осыпались на землю перед нами, главарь шайки сдёрнул с пояса сосуд из какого-то полого и высушенного местного фрукта заткнутого пробкой, который он затем швырнул в центр нашего расположения. Вот только я не был намерен допускать разбития сосуда с какой-то подозрительной жидкостью внутри и в непосредственной близости он нас, так что ещё на середине полета подхватил тару астральной магией воздуха. Но главарь шайки опять меня неприятно удивил своей разумностью. Увидев, что его снаряд оказался обезврежен, он выхватил из-за плеча копьё и запустил его в сосуд. Да только это снова не возымело никакого эффекта. На этот раз я не стал ловить копьё, а просто отклонил его слегка в сторону, так, чтобы оно избежала попадания в сосуд или нас.
И на этом, собственно говоря, активность со стороны приматов закончилась. Всё что мне хотелось увидеть, я увидел, а потому более не стал оттягивать момент с устранением угрозы. Сорок две воздушные иглы возникли позади затылков врагов, чтобы тут же оказаться вбитыми в их головы, пронзая мозг. Лишь одного из сорока трёх противников я оставил в живых — главаря. А так как ему была уготована участь стать нашим пленником, то я посчитал излишним оставлять его в целостности. Четыре серпа из плазмы отсекли у примата все его конечности. Руки по локоть, а ноги чуть выше колен. И если сорок две убитые мною обезьяны, которые помимо моих игл в затылок получили от моей группы поддержки самые разнообразные летальные заклинания и проклятья, повалились с высоты кулём к земле, сшибая по пути вниз ветви деревьев, то главаря я спустил к нашим ногам очень бережно.
— Убитых обезьян собрать и закинуть в пространственные артефакты, — Никто и не подумал противиться моему решению. Ведь каждому из нас было любопытно изучить наши охотничьи трофеи. А я тем временем, покуда мои родичи чуть углубились в лес и были заняты сбором «даров леса», то бишь убитых приматов, принялся сноровисто упаковывать своего пленника в антимагические кандалы. Цепи были сделаны из улучшенной гоблинской стали, тогда как сами браслеты кандалов состояли из нескольких составных частей с включением хладного железа. Даже мне не под силу сломать изделие из гоблинской стали, при том что в своих попытках это осуществить, я пользовался всеми доступными мне способами увеличения своих физических кондиций. В ход шло абсолютно всё: моя природа драконорождённого, зелья с эликсирами, техники йоги, магия крови, но творению кузнечного гения гоблинов всё было нипочём. Так что я был уверен в несокрушимости оков, ведь в добавок к своей прочности, они ещё лишали своего носителя возможности пользоваться магией. Хладное железо делало из волшебного примата просто очень сильную обезьяну, сковывая его магический дар.
Облачал я своего пленника в металл со всей осторожностью, придавив того к земле созданным повышенным давлением воздуха, тем самым уберегая себе от попыток примата вцепиться мне в глотку. Налитые яростью глаза главаря уничтоженной нами банды бандерлогов обещали мне самые мучительные муки, да только меня его злобные взгляды абсолютно не трогали. Наоборот, я был несказанно рад, что обезьяны даже не подумали вступать с нами в контакт и совершили в отношении нас акт агрессии. Так мне было намного проще сладить и договориться со своей совестью, ведь в скором времени мне предстоит устроить самый настоящий геноцид данного вида в своём домене.
Для надёжности, после того, как пленник был упакован в кандалы, я силой влил в горло примата напиток Живой смерти. А как только убедился, что он подействовал, закинул обездвиженное тело в свою персональную реальность.
— Какие наши дальнейшие действия?
Спросила у меня Дора, после того как вся группа вновь оказалось в сборе.
— Вначале необходимо постараться скрыть следы нашего присутствия в лесу и произошедшей «битвы». Это
