• зарегистрировать модель в базе данных Евросоюза;
• в течение 10 лет после публикации или ввода в эксплуатацию модели хранить техническую документацию по ней и предоставлять её по требованию в распоряжение национальных компетентных органов и так далее.
Если же фундаментальная модель предназначена для задач генерации контента, то её создатели должны, вдобавок ко всему вышеперечисленному, проектировать, обучать (и если планируется — развивать) модель таким образом, чтобы обеспечить «адекватные гарантии против создания контента, нарушающего законодательство Евросоюза», а также публиковать подробный отчёт о наличии в обучающих данных контента, защищённого законом об авторском праве.
Помимо этого, в июне 2023 г. Еврокомиссия предложила не только ввести маркировку любого контента, произведённого системами ИИ, но и создать технологии распознавания такого контента[3228].
К другим интересным документам, разработанным в Евросоюзе, относится ряд документов Совета Европы: «Технико-экономическое обоснование правовой базы проектирования, разработки и применения ИИ на основе стандартов Совета Европы»[3229] (2020), «Возможные элементы правовой базы по ИИ, основанные на стандартах Совета Европы в области прав человека, демократии и верховенства закона»[3230] (2021), «„Нулевой проект“ конвенции об ИИ, правах человека, демократии и верховенстве закона»[3231] (январь 2023) и др.
Сложно представить себе, что современные технологии ИИ смогут успешно развиваться при наличии столь тяжеловесного регуляторного обременения. Впрочем, кто знает, в какой редакции будет окончательно принят европейский Закон об искусственном интеллекте и на что будет похожа на деле практика его применения.
Коротко рассмотрим состояние дел с регулированием ИИ в других странах.
Канада, по аналогии с Евросоюзом, стала на путь ограничительного регулирования. Проект универсального «Закона об ИИ и данных» устанавливает ряд обязательств и запретов, относящихся к проектированию, разработке и использованию систем ИИ. Более значимые обязательства могут быть возложены на разработчиков высокоэффективных систем ИИ, оказывающих значительное влияние на общество. По состоянию на май 2023 г. проект прошёл второе чтение, однако, по последним сообщениям в СМИ, власти Канады заняли выжидательную позицию до принятия европейского закона[3232].
Власти Индии отказались от регулирования этой отрасли путём принятия единого закона. Индия не будет регулировать ИИ, поскольку ИИ является «движущим фактором» цифровой экономики и играет важную стратегическую роль для продвижения страны вперёд. При этом «Национальная стратегия ИИ» (2018) признаёт наличие этических проблем в этой области. Так же как и во многих других странах, на разработку систем ИИ в Индии влияет законодательство о защите персональных данных. Находящийся на стадии обсуждения законопроект о регулировании этой сферы, возможно, введёт определённые ограничения при сборе данных для обучения. Также рассматривается вопрос об определении и регулировании высокорисковых систем ИИ[3233].
Израиль, так же как и Индия, отказался от принятия единого закона об ИИ, сделав ставку преимущественно на стимулирующее регулирование. Впрочем, с 2021 г. Министерство юстиции ведёт сбор предложений и комментариев в отношении создания нормативных ограничений и возможного регулирования в области ИИ. Однако существующий проект политики регулирования и этики в сфере ИИ, выпущенный Органом по инновациям в 2022 г., исключает возможность регулирования с помощью отдельного закона и призывает содействовать регулированию в конкретных случаях на основе управления рисками, а также предпочтительно использовать мягкие инструменты регулирования[3234], [3235].
В Южной Корее в настоящее время обсуждается проект закона «О продвижении индустрии ИИ и основных подходах для создания ИИ, заслуживающего доверия». Основные его положения в текущей редакции: поддержка индустрии ИИ, защита пользователей услуг на основе ИИ путём обеспечения надёжности ИИ-систем, повышенные требования к высокорисковым системам ИИ, создание системы сертификации ИИ, которому можно будет доверять[3236].
В России наиболее заметным событием в области регулирования ИИ является Указ Президента РФ от 10 октября 2019 г. №490 «О развитии искусственного интеллекта в Российской Федерации»[3237], утвердивший «Национальную стратегию развития искусственного интеллекта на период до 2030 года» «в целях обеспечения ускоренного развития искусственного интеллекта <…> проведения научных исследований в области искусственного интеллекта, повышения доступности информации и вычислительных ресурсов для пользователей, совершенствования системы подготовки кадров в этой области». Сама «Национальная стратегия» — небольшой документ, содержащий всего 23 страницы. Он определяет цели, основные задачи и принципы развития ИИ в РФ, приоритетные направления развития и использования технологий, описывает механизмы реализации стратегии. Предполагается, что актуализация этого документа будет происходить приблизительно раз в три года.
Как показывает история с беспилотным транспортом, важным источником регулирования, затрагивающим технологии ИИ, являются различные отраслевые требования и стандарты. Например, Управление по контролю качества пищевых продуктов и лекарственных средств США (US Food and Drug Administration, US FDA или просто FDA) развивает собственные подходы и нормативную базу регулирования применения технологий ИИ в области здравоохранения[3238], [3239], [3240], предъявляя к разработчикам систем, содержащих ИИ-компоненты, достаточно жёсткие требования. Аналогичным образом поступают и отраслевые регуляторы многих других стран, например Национальная администрация медицинских продуктов (国家药品监督管理局) Китая[3241].
В 2017 г. Международная организация по стандартизации (International Organization for Standardization, ISO) совместно с Международной электротехнической комиссией (International Electrotechnical Commission, IEC) создала комитет ISO/IEC JTC 1/SC 42, предназначенный для разработки международных стандартов в области ИИ[3242]. В 2020 г. комитет выпустил отчёт ISO/IEC TR 24028:2020 «Информационные технологии. Искусственный интеллект. Обзор надёжности в области искусственного интеллекта»[3243], [3244], где анализируется, как оценивать и улучшать надёжность, доступность, точность, безопасность и конфиденциальность систем ИИ. Документ также рассматривает варианты снижения рисков от подводных камней в системах ИИ и описывает, как добиться доверия к системам ИИ через прозрачность, объяснимость, управляемость и так далее.
В 2018 г. Федеральное агентство по техническому регулированию и метрологии (Росстандарт) выступило инициатором создания национальных стандартов в области ИИ. Стандартизации было предложено подвергнуть технологии искусственного интеллекта в различных сферах: в системе общественной безопасности, в медицине, в сельском хозяйстве, на транспорте, в составе «умных домов» и так далее. В 2019 г. по инициативе Российской венчурной компании при поддержке Минпромторга России и Росстандарта был создан Технический комитет №164 «Искусственный интеллект», на сайте которого в 2021 г. были опубликованы первые редакции 36 проектов национальных стандартов в области применения искусственного интеллекта. Как говорится на сайте комитета, ТК 164 является «зеркальным» по отношению к международному подкомитету SC 42 «Artificial Intelligence» объединённого технического комитета ISO/IEC JTC 1 «Information Technologies» и берёт на себя функции постоянно действующего национального органа в ISO.
