самые мощные Тёмные Заклятия и направил их на эти щупальца, чтобы они коснулись щупалец вместо меня.
Вспышка от столкновения энергий выбила меня из магического зрения. Надеюсь, щупальца я уничтожил.
Но у меня были проблемы помимо Альбуса.
Остальные маги не сидели без дела. В меня летело огромное количество заклинаний и сырых волн силы. Пусть арсенал их не дотягивал до моего уровня и не блистал разнообразием, их число было слишком велико даже для меня. Было бы их человек двадцать, можно было попытаться что-то сделать, но сейчас шансов на победу не было. Они выплеснули больше силы, чем у меня есть и не думали на этом останавливаться — просто бесконечный дождь магии. Я бы умер, но заклинания были не летальные и не Тёмные, только это давало мне призрачную иллюзию продержаться хотя бы секунду, дождавшись Нагайны.
Я пытался наколдовать перед собой трансфигурированные объекты, чтобы они приняли хотя бы часть заклинаний, но трансфигурация развеивалась, не успев сформироваться.
Я почувствовал, как ослабляется моя защита, как я теряю контроль над полетом и камнем впечатываюсь в пол. Творя самые мощные защитные чары, которые знал, я звал Нагайну. Я берег её для последнего раунда, но боюсь он уже наступил.
— Птичка моя, давай быстрее. Для меня эти доли секунды сейчас очень важны, — сообщил я Нагайне.
Альбус, не переставая колдовать стандартные заклятия, обрушил на меня очередное заклятие с подвохом. Нечто напоминало обычный Петрификус Тоталус, только его структура состояла из сотен сплавленных между собой парализующих, оглушающих и обезоруживающих заклятий, сцепленных чем-то между собой, как гигантский паззл. И Магии в этом было больше, чем в Адском Огне в моём исполнении. И летело это прямо в голову.
Я добавил защитных чар, прикрылся левой рукой, которая держала вытащенный из кармана активированный защитный артефакт, и используя всю кровь в левой руке, наколдовал ещё один Щит Крови.
Заклинание ударилось в Щит Крови. Разбилось. Но каждый его фрагмент продолжал жить своей жизнью и атаковать! Это заставило меня напрячься на грани возможного. Это как если бы на меня кинулся волк, я бы его застрелил, а потом на меня напала каждая клетка волка! Более того, блокируя это мозаичное заклятие заклятие я был вынужден принять на защиту второе заклятие Альбуса, как оказалось ещё менее приятное.
Оно остановилось и словно прилипло к магической защите, будучи по-прежнему активным. За одно это можно было падать перед Дамблдором на колени и умолять его взять в ученики. А потом Заклинание начало просачиваться под мою защиту, не обращая внимания ни на что, даже на активный Щит Крови. Попытки затормозить его ничего не дали. Это как защищаться от муравьёв при помощи костюма пчеловода — муравьи меньше и просто пройдут через сетку. Клятый Альбус, что дальше? Заколдованные нейтрино? На всякий случай я сделал единственное, что могло иметь смысл — убрал энергию со всех магических каналов в левой руке, несмотря на то, что это навеяло ассоциации с накручиванием нервов на палку.
Заклятие вцепилось в мою левую руку и больно её обожгло. Я перестал чувствовать левую руку совсем.
А заклинания всё сыпались и сыпались, я чувствовал себя расстреливаемой из артиллерии стеной.
Казалось, хуже уже быть не может. Я стоял на полу, борясь с чьей-то трансфигурацией пола. Но всегда может быть хуже, любое дно может быть пробито. Это я понял, когда я получил Круциатус.
Было больно, очень больно. Словно каждый миллиметр тела протыкали раскалённые ножи, словно внутрь заливали расплавленный металл.
Всё, на что меня хватило — не потерять сознание и стоять столбом, вкладывая свою энергию в свою же защиту.
Это как в уличной драке упасть на землю и кататься, прикрыв голову руками — может сразу не запинают.
Последнее, что я почувствовал — как тело отказывается слушаться и хруст собственных рёбер. И вспышка света. Палочка бы вылетела из рук, если бы я недавно не приклеил её беспалочковым заклятием Вечного Приклеивания — удалось просто отделаться вывихом и двойным переломом правой руки. Надеюсь, я очнусь не в зале суда…
Очнулся я дома в своей кровати. Второй раз за день получаю Круциатус и теряю сознание — надо что-то менять в своей жизни.
Я лежал, люстра слепила глаза, а мои домовики — Тони и Габи, суетились вокруг. Я был обложен какими-то железками, в которых узнал амулеты с прикреплённым исцеляющим заклинанием, в левой руке торчала капельница. Внешне я напоминал иллюстрацию к пособию по оказанию первой помощи.
Забавно. Домовики давно порывались мне помогать. Чтобы они отстали, я просто дал им медицинские справочники и велел учить. Не думал, что пригодится…
Нагайна сидела на подоконнике. Защитных артефактов — колец на лапах, шее и прочего было вполовину меньше, чем раньше.
— Что случилось? — спросил я у Нагайны на змеином.
— Я едва не опоздала, хозяин, — сказала мне Нагайна. — Мне удалось переместиться к Вам за спину и схватить вас лапами за руку в последний момент. Благодаря навешенным на меня предметам меня не оглушило. Мы сбежали.
— Мне срочно надо на собрание Пожирателей, — сказал я.
Домовики завизжали:
— Хозяину плохо! — вопил Габи.
— Хозяину надо отлежаться! — орал Тоби.
— Хозяин полчаса назад выпил костерост! — теперь вопль был синхронный.
А говорят, что любить может только собака. Врут. Если тебя никто не любит — заведи домовика. Интересно, мозг домовика можно засунуть в череп мага?
Я наложил на себя диагностические чары. И то что я увидел, мне не понравилось.
Смотря на результаты диагностического заклинания, я ощущал смутное беспокойство, хотя не мог сказать, почему. Я силился понять, что именно в результатах, выданных заклинанием мне не нравится. Я смотрел на висящую в воздухе гроздь наколдованных мной цветных шаров — визуализация заклинания. Что-то в этих шарах не то, вот этот и этот не должны так светиться…
Попытки вспомнить, что это свечение значит не увенчались успехом, так как именно здесь и сейчас все было таким интересным. Что-то не так.
Внезапно у меня возникло ощущение, что свои критические способности я потерял в пути, потому что не мог сосредоточиться на аномалиях, обязанных, как я чувствовал, здесь быть. Я знал, что увлечен мгновением; и я не мог четко разглядеть того, что мне казалось
