По её щекам струились слёзы. Девушка была молода и красива, очень красива. Лишь глаза, покрасневшие от слёз, припухли. В них была такая грусть, такая глубокая непереносимая тоска, что юношам стало не по себе.
В этом взгляде было отчаяние смертельно раненого животного. И вдруг они услышали, совершенно явственно услышали её мысли!
Девушка смотрела на них, только смотрела, губы не шевельнулись, она не произнесла ни звука, но в их мозгу отозвались и навсегда запечатлелись её гневные слова:
— Вы пришли за моей любовью? Вы всё-таки отважились нарушить наш покой?! Любовь ушла. Ушла давно… Ушла в иной мир вместе с Эхтоном. Ещё никто, никто не осмеливался придти сюда. Вы первые! Но вы будете и последними! Чтобы больше никто и никогда нас не тревожил, вы умрёте… сейчас, немедленно, – девушка поднялась с колен и шагнула к ним.
Внезапно Торби попятился и с диким воплем через парапет с огромной высоты рухнул вниз.
Кир с Сердом переглянулись и шагнули ей навстречу. Как обычно, Кир заговорил первым:
— Мы не искали и не ищем твоей любви, Ифея. От только что погибшего товарища мы узнали легенду о вашей с Эхтоном беззаветной любви… Мы с другой планеты, мы с Овры…
Затем Кир рассказал девушке историю их появления на Ярте, крушения корабля и о встрече с Торби.
Ифея помолчала, и они снова уловили её мысли:
— Спускайтесь вниз и больше сюда не приходите. Здесь мой мир, здесь моё прошлое, моё настоящее и моё будущее. А вам, вам я помогу…
Кир с Сердом стремглав бросились вниз. Только у выхода из дворца перевели дух. Ночь провели в саду почти без сна. Их мучил вопрос: чем объяснить, что девушка до сих пор молода и прекрасна, а Эхтон давно умер? Причём умер древним стариком. Это как-то не укладывалось в голове, выходило за пределы понимания. Тем не менее друзья обошли вокруг дворца в поисках останков Торби. Однако ничего не обнаружили.
Девушка из легенды не появлялась. Кир и Серд больше не рисковали подниматься наверх и всё время проводили на первом ярусе дворца и в саду.
Небо потемнело, заволоклось тучами. Начался сезон дождей. Между тем плато оставалось сухим. Было ясно видно, как потоки льющейся с неба воды обтекали невидимый шатёр, прикрывающий гигантское пространство. Казалось, они находились в прозрачном сосуде, из которого можно было спокойно наблюдать за сполохами далёких молний и почти не слышать грозных раскатов грома.
В росписи залов первого этажа они увидели жанровые сцены. Эти картинки изображала судьбу Эхтона и Ифеи. Вначале они оба были молодыми и красивыми. Затем постепенно от картины к картине можно было заметить, как менялся Эхтон: становился старше, затем превращался в глубокого старца. Вечно молодой оставалась лишь Ифея. Серия картинок оканчивалась необычным изображением. Над группой внешне похожих на Ифею людей висел огромный серебристо-голубой шар.
В стороне рядом с Эхтоном стояла Ифея. Эхтон подталкивает её к этим людям, скрывающимся за завесой ослепительно ярких лучей, бьющих из нижней части шара. Ифея с грустью смотрит им вслед. И шар исчезает.
Кир, осмотрев галерею, не преминул заметить:
— Нарисовано здорово, но непонятно!
Уже кончался период дождей, а Ифея не приходила. Кир предложил Серду поискать другой выход с плато.
Серд согласился. Они пересекли несколько живописных уголков сада, пока не дошли до обрыва. Перед ними зияла невероятной глубины пропасть, причём противоположный край ущелья скрывался далеко за горизонтом и был едва виден.
Чтобы измерить её глубину, Кир бросил вниз камень – тот полетел вниз, но где-то на полпути застрял на скалистом выступе.
И вдруг изо всех щелей к нему потянулись, заскользили, извиваясь, разноцветные живые ленты. Они облепили осколок так, что он превратился в многорукий шевелящийся безобразными отростками бугор. Зрелище было настолько омерзительным, что оба в ужасе отпрянули от края пропасти.
Вскоре в один из погожих Дней появилась Ифея. Взглянув на друзей лучистыми синими глазами, она мысленно сказала:
— Пора прощаться. Сейчас вы забудете, что видели меня живой. Вы навсегда забудете сюда дорогу, а в вашей памяти лишь останется легенда о нашей любви с Эхтоном. Я всё выяснила. Вы мне сказали правду, поэтому выбирайте, где вам хочется оказаться. В большом, селении, где вас давно считают погибшими? На корабле, где ваши друзья везут последнюю группу девушек с южного материка? Или на одиноком острове, где с белокурой девушкой живёт красивый юноша. Их часто навешает добрый великан с рубиновыми глазами.
— На корабль! – не сговариваясь ответили юноши.
Ифея приблизилась. Провела ладонью по лбу Кира, затем Серда. Сняла с шеи серебристый диск и, направив на них, нажала на ребро…
Глава восемнадцатая
Похищение младенцев
Через мгновение юноши оказались на борту корабля рядом с центральной мачтой..
Герон от неожиданности чуть не выпустил штурвал. После некоторого замешательства весь экипаж набросился на друзей. Их чуть не задушили в объятиях. Каждый считал своим долгом хотя бы дотронуться до них пальцем. Сидевшие на корме девушки с изумлением наблюдали за радостной встречей.
Рассказов, как и весёлых, так и грустных, вполне хватило до прибытия судна к родному берегу.
Всё селение во главе с капитаном Баром вышло на берег встречать долгожданных гостей.
Старый Гор переходил от одной девушки к другой, напряжённо вглядываясь в их лица. Подойдя к слепой Наре, он долго смотрел на неё, на шею, где висел жетон с номером, затем взял за руку и повёл в своё жилище.
— Я буду твоим отцом, – сказал он ей.
К прибытию оставшейся партии девушек в селении появилось много новых жилищ. Большое впечатление на Кира и Серда произвела встреча с тёмнокожей аборигенкой, – у неё была малютка на руках.
Как она оказалась в селении, они достаточно хорошо помнили из рассказа Торби, устроившего её побег.
— Пожалуй, это самый лучший поступок в жизни бедняги, – заметил Кир.
Сама туземка была немая, зато её дочь быстро научилась говорить. Девочка прекрасно танцевала и пела. Мать знала много пригодных в пищу кореньев и трав. Во всяком случае к обеим все очень хорошо относились, а девочка стала любимицей поселенцев.
Селение разрасталось. Семейным, как правило, строили отдельные хижины. Мужчины охотились и ловили рыбу. Женщины занимались хозяйством и сбором плодов: делали запасы к очередному сезону дождей.
Почти каждый нашёл своё семейное счастье. Только Гор по-прежнему грустил о своём Ирте.
Наре было хорошо в доме старого штурмана. По вечерам в их хижину приходили Гери и Юрда. Они часто рассказывали о первых днях жизни на Ярте, о Рэч и её жестокости.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
