— А что Майер? — спросила она неловко, чтобы загладить вину.
Дядя Фима кивнул на припаркованного рядом робота-исследователя. Уселся на выпяченной членистой ноге, посверкивающей металлом, и похлопал по ней: садись. Она села рядом.
Охранник посветил фонариком в закоулки дальнего дока. В полутьме очертания покрытых брезентом машин и транспортеров казались чужими.
Он помолчал. Смотрел перед собой в пустоту и размеренно тер ладонями колени. Бой-Баба тихонько сидела рядом и ждала. Дядя Фима опустил голову, взъерошил одной рукой седые волосы. Посмотрел на нее. Наконец разлепил губы и проговорил:
— Если Майер тебе ничего не рассказывал, то, наверное, и мне лучше не надо. Это не моя тайна. Хотя какая тайна, — усмехнулся охранник. — Просто сил уже нет смотреть, как Йос его доводит. Забыть никак не может.
Он помолчал.
— Простить Йос Майера не может, — наконец проговорил он.
Дядя Фима уселся поудобнее, прислонившись спиной к оранжевому корпусу робота.
— Устраивайся, красивая. История это долгая.
* * *
— У Майера всегда хватало завистников, — начал дядя Фима, — но ты же его знаешь: все у него хорошие, все порядочные. Поэтому, когда ему предложили регулярную халтуру возить поселенцев на базы Общества Соцразвития, Тео только обрадовался. Помогать людям будет! — усмехнулся охранник. — Покажет им космос! Они даже планировали прогулки в космос для пассажиров устраивать. Майер очень удивился, когда никто из них не захотел лезть в скафандры.
Охранник смотрел перед собой, вспоминая.
— Они — ты, конечно, знаешь, — на Троянце тогда ходили в космос. На самом первом. Майер, Йос, Кок — царство ему небесное — и Питер Маленький.
— А Рашид? — спросила Бой-Баба.
— Рашид! — дядя Фима возмущенно взмахнул руками, чуть не потеряв при этом равновесие. — О Рашиде и речь. — Он помедлил. — Но не сразу. Я тогда не собирался работать с Майером, — продолжил он после паузы. — У меня были свои дела, с другими людьми. Люди эти платили очень хорошо. Это я сейчас охранник-мордобой, а тогда ты бы меня и не узнала. Кстати, оно и к лучшему. Потому что кто меня тогда узнавал, долго после этого не жил.
Он помолчал. Потер ладонями колени, подбирая слова. Наконец заговорил снова:
— Майер был мне другом, только и всего. Но когда он мне рассказал, что собирается возить поселенцев, я навострил уши. Слухи, видишь ли, об этом Обществе Соцразвития уже тогда ходили нехорошие. Даже не слухи, а так — догадки. Так что, когда я моим работодателям вскользь упомянул про новую халтуру Майера, они насторожили уши. А с их подачи и я, конечно.
Охранник взял Бой-Бабу за локоть, показал рукой перед собой в темноту.
— Вот представь: посадка, космодром Сатиш Дхаван. День был жаркий, Индия как-никак. Собралось их на космодроме — мамочки мои! — Охранник схватился за голову. — Дети ревут, женщины перекрикиваются, одни мужики стоят равнодушно и пиво потягивают. Им что биржа безработных, что космос, лишь бы от дела закосить.
Он помолчал, переводя дух.
— Я стою, провожаю Майера. И он вокруг себя оглядывается и спрашивает: а где, мол, корабельный врач? А с ними за медика должна была лететь такая Сарью Тиммонен. Мы с ней потом пересекались… впрочем, неважно, — оборвал он сам себя. — Главное, что подходит такой весь из себя в шелковом костюмчике и говорит: господин капитан, доктор ваша то ли заболела, то ли забеременела — неважно, — так что придется без нее. Майера чуть припадок не хватил, — продолжил дядя Фима. — Два часа до отлета, где взять врача посреди космодрома? И тогда этот в шелковом костюмчике говорит: не волнуйтесь, мол, господин капитан, у нас случайно — «случайно», заметь себе, — сверкнул он глазом на Бой-Бабу, — есть наш специалист. Тренированный. Берите и летите!
Бой-Баба посмотрела на дядю Фиму.
— Только не говорите мне, что это был Рашид, — выдохнула она.
— Он самый! — воскликнул охранник. — Короче. Погрузились, полетели. В полете то у детишек понос, то у женщин внеплановая беременность — но Рашид справился. Надо отдать ему должное, — убежденно кивнул охранник, — жулик он, конечно, был большой, мир праху его, но в медблоке — бог. — Дядя Фима поджал губы. — Это все мне Майер потом рассказал. Но ты же Троянцев знаешь. А теперь я и сам в этом убедился, когда того, на базе, увидел. В общем, Троянцу компания не понравилась. И он начал доставать Рашида.
Бой-Баба расхохоталась:
— Троянцы — они это умеют! Если им не нравится член экипажа… — она остановилась и с интересом посмотрела на дядю Фиму. — И что же он с ним делал?
Охранник сверкнул зубами в довольной ухмылке:
— Майер обрывками рассказывал… якобы по ночам Рашиду являлись райские гурии-девственницы, рассказывали сказки Шахразады.
— Уж не с тех ли пор он завел привычку порнографию в чемодане возить? Тоскует по гуриям-то! — фыркнула Бой-Баба и посерьезнела. — Я надеюсь, ничего серьезней? А то ведь Троянцы они несимпатичного члена экипажа и в космос выкинуть могут, с них станется…
Она помедлила, вспоминая своего Троянца. Улыбнулась.
— Они же не понимают, что такое смерть, — сказала она.
Дядя Фима вздохнул:
— Я не знаю — и Майер не знает, — случайность это была или действительно Троянец вступился за будущих поселенцев. Но однажды Тео шел на мостик, а Троянец его завел к отсеку Рашида. Как раз тогда, — охранник сделал вескую паузу, — когда тот обсуждал какие-то свои делишки с Обществом Соцразвития.
— Какие делишки? — с интересом спросила Бой-Баба.
Дядя Фима развел руками:
— Этого я не знаю. А Майер не говорит. Порядочный, — вздохнул охранник.
— А если по вашим каналам узнать? — рискнула спросить Бой-Баба.
Дядя Фима сердито свел брови:
— Каким таким «моим каналам»! Я человек простой, маленький… Нет у меня таких связей, чтобы Обществу Соцразвития в душу лезть… они уже все и всех под себя подгребли. В том числе моих бывших работодателей, — сказал он со значением. — Понимаешь?
Бой-Баба вроде поняла и на всякий случай кивнула.
— Так что в полете-то произошло? — потянула она охранника за рукав. Тот усмехнулся, вспоминая.
— Случился скандал. Майер вернул корабль на Землю вместе с поселенцами и наотрез отказался работать на Общество Соцразвития. Им это, конечно, по фонарю, — нашли себе других капитанов, не таких щепетильных, так что по большому счету Майер ничего не добился. Тео хотел идти в средства массовой информации — «рассказать всю правду», как он выразился, — но они же тоже из рук Соцразвития крошки клюют. — Дядя Фима крякнул. — Совсем списать Майера у них не получилось, конечно. Министерство авиации и космонавтики за него встало — они же никого не боятся, там народ сидит свой, некупленный, все бывшие астронавты — кто против них пойдет? Но Троянца у Майера отняли…
Он помолчал, рубя ладонью по колену.
— Ссадили нашего Майера с Троянского Коня…
— Понятно… — протянула Бой-Баба.
Дядя Фима замолчал, не глядя на нее. Вдруг он издал тонкий звук и торопливо поднес ладонь к лицу.
— Мне бы тогда встать за него… и чего я испугался? За статус свой испугался, вот как Йос сейчас. Не осмелился против них пойти… — он осекся.
Бой-Баба молчала, ждала. Дядя Фима посидел молча, отворачивая от нее лицо. Потом заговорил глухо:
— Я все эти годы ждал, чтоб Майер меня опять с собой позвал. Думал… ну, не искупить, — бросил он на нее быстрый взгляд, — но хоть поддержать его как-то, что ли… Но Майер — гордый…
— Это точно, — поддакнула она. — Только сейчас-то толку об этом говорить?
Охранник помотал головой. Взял ее за стальную руку.
— Сейчас-то как раз и надо говорить, — тихо сказал он. — У меня сердце не на месте. Как-то все одно к одному подобралось: опять и поселенцы, и Рашид, и Троянец… История повторяется.
Они сидели и молчали. Время от времени охранник включал фонарик и прорезал им темноту. Никого. Они были в грузовом доке одни.
— В какой-то мере я понимаю Йоса, — признался дядя Фима. — С собственным Троянцем нам бы сейчас сам черт был не брат. Отказала Земля — и шут с ней. С Троянцем можно куда хочешь двинуть. Но…
Бой-Баба почувствовала сомнение в его голосе.
— Что — но?
Дядя Фима хмыкнул в темноте:
— Как-то уж очень он к Троянцу рвется. И ни слова о поселенцах. Что он собирается с ними делать, заняв Троянца, вот вопрос.
А ведь он прав, подумала Бой-Баба. Йос ни разу ничего об этом не сказал. Со штурмана станется выкинуть зараженных голышом на мороз.
— Поэтому Майер и не хочет возвращаться на планету, — сказала она про себя.
— Ага, — охранник повернулся к ней. — А если нам удастся починить отражатель и повернуть назад на базу — Йос сможет посадить корабль? Один?
