— А я что? Решать-то все равно тебе. Но я бы не спешил отказываться. Ты, конечно, не любишь советы, но просто выслушай. Тебе стоит показать, что слухи о связи со светлой — это только слухи. А отношения с другой как раз этому поспособствуют.
— Да неужели?
— Можешь не спать с ней, если не хочешь. Но покажи интерес. Тем более что дочка Тепера давно тебе глазки строит, — уверенно произнес Дик, и они вошли в большой зал, который занимал практически весь первый этаж башни и служил еще и столовой.
Покажи интерес!
И все ради чего? Чтобы кто-то поверил, что все хорошо, что закон находится под защитой? Что нарушения не было?
Только это все неправда.
Было нарушение.
И привязка была. Только односторонняя.
Прав Дик и остальные: дурак он.
Пожалел девчонку и лишь себя привязал. На узел. Крепкий, что лишь смерти разорвать.
И зачем так сделал, сам не понимал. Можно же было просто попробовать залечить раны, восстановить. Да, риск не справиться возрастал в разы, но так было бы правильно.
А если уж решился на преступление, то надо было и девчонку привязать. Разделить эту боль на двоих, тогда бы и тяга уменьшилась, и жить стало легче.
Но Коннор не стал.
Свою жизнь не жалко было. Сколько ему осталось, никто не знал, но власть над Эфиром давалась тяжело. Еще немного — и не справится, погибнут оба. Сердце -то у них одно на двоих.
Но сначала... сначала он укрепит купол, вернет спокойствие в мир.
— А вот и мы! — торжественно произнес Дик, привлекая всеобщее внимание.
Зал традиционно делился на две части. Левая сторона принадлежала светлым, правая — темным. В центре располагалась кухня и раздаточный стол. Даже здесь Монрей и Хоторны были по разные стороны.
Коннор сразу же нашел взглядом Питера. Молодой мужчина сидел в одиночестве в дальнем углу и в упор смотрел на него. Впервые за долгое время открыто показав интерес и не отворачиваясь. Даже когда понял, что темный его заметил.
«Интересно, чтобы это означало?»
Мужчина первым отвел взгляд и отправился к друзьям, которые уже ждали за одним из столиков.
— Мы вас заждались, — заметил Рейн, который сидел у окна.
— Аппетит нагуливали.
— И как?
Мелисса пристально наблюдала за ним и гляделки с Питером Монрей точно заметила.
— Отлично. Все хорошо.
— Ой, как вы вовремя. А я как раз обед разогрела. Лепешек напекла, — выступила вперед дочка Тепера, привлекая к себе внимание.
«Как же ее зовут? Забыл».
— Балуете вы нас, Снежа, — выдал Дик, присаживаясь напротив Мел.
Улыбка блондина разбила не одно женское сердце, и девушка не смогла устоять, смущенно потупив взгляд.
Точно. Снежа. Он еще удивлялся при знакомстве. Самое сердце степей, а у девушки имя такое странное и зимнее. Снежа.
Словно холодом потянуло и морозной стужей со Северных стойбищ.
Коннор сел за стол и впервые за все время пристально взглянул на девушку.
А внешность у нее степная. Высокая, стройная. Глаза слегка раскосые и темные. Волосы черные, прямые. Она заплела их в две длинные косы и украсила пестрыми лентами. Из одежды — блуза белая, с тесемкой и широкими рукавами, да юбка длинная, красная. Темно-синий передник подчеркивал тонкую талию.
Молодая, красивая.
У степняков иные обычаи и традиции, что Хоторну сейчас было лишь на руку. Снежа легко смирилась бы с официальной женой, с радостью став второй, любимой.
... Вот только любимой ли?
Отец давно просил присмотреться, а сейчас даже требовал. Свежая кровь клану не помешает. Да и Монрей со степняками ссориться не стали бы. До совершеннолетия навязанной жены осталось недолго. Что будет потом — не знал никто.
Коннор и сам это прекрасно понимал.
Вот только как быть с этой нитью, которой мужчина сам привязал себя к другой. Она никуда не делась. Как и воспоминания о той, другой девушке. С глазами цвета моря, густыми волосами и ямочками на щеках...
— Эй! — Дин шутливо ткнул друга локтем. — Так и дырку в девушке проделать можно.
От его пристального взгляда Снежа раскраснелась, но не отвернулась. Лишь подбородок чуть приподняла, радуясь, что смогла привлечь внимание почетного гостя, о котором столько слышала и которого так мечтала добиться.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— А мне не жалко, — улыбнулась девушка, убирая косы на спину. — Смотрите, сколько хотите. Раз нравится.
Коннор кивнул и притянул к себе тарелку.
Снежа немного потопталась, наводя порядок на столе. Бросив на него заинтересованный взгляд, девушка отправилась на кухню за едой, соблазнительно виляя бедрами.
— Хорошо, — выдал Дик, проводив Снежу заинтересованным взглядом.
— Кобель, — мрачно заметила Мелисса и не забыла пнуть мужчину под столом ногой.
— Злюка, — не остался тот в долгу.
— Дураки вы. Девица шустрая, просто так в постель не прыгнет. Ей гарантии нужны, — продолжила девушка.
— Я думаю, что Коннор об этом знает, — проницательно взглянув на друга, заявил Рейн. — Сегодня вечером у костра будут танцы. Ты бы спросил, не пригласил ли кто Снежу. Может, еще и успеешь.
Коннор взял ломоть хлеба и кивнул, не поднимая глаз.
Друзья правы, пора прогнать мысли о Светлой, сжать зубы и выполнять долг!
— Я чего-то не знаю? — тут же насупилась Мел.
— Ее отец выбрал.
— Как и десяток других. Эта чем угодила?
— Сроками.
Девушка поджала губы, но промолчала.
— Цветы не забудь, — вставил Дик. — Девушки это любят.
Мел фыркнула и закатила глаза.
— Нормальные девушки, — тут же поправился светловолосый мужчина, подмигнув ей.
— Я понял. Танцы, цветы...
Пригласить Снежу на танцы оказалось совсем несложно. Девушка только этого и ждала, и даже отнекиваться не стала.
Коннор глубоко вдохнул, чувствуя облегчение. Ему словно стало легче дышать. Будто камень сняли с сердца.
А может, не так и страшна эта привязка.
Помучился месяц, и все прошло.
«Дурак», — проворчал Эфир, который наблюдал за всем с ленивым равнодушием.
Пусть так. Главное, чтобы образ светлой в памяти потускнел. И нить, которая привязывала его к ней, ослабла, исчезло то мучительное притяжение, что не давало ему жить и дышать спокойно.
Все стало понятно значительно позже.
— Кажется, к нам гости, — заметил Рейн, стоя у окна.
— Что за гости? — вскакивая с кровати, спросил Дик и встал рядом с другом. — Хм, действительно. В рядах Монрей очередное пополнение.
— Интересно, с чего вдруг? Может они нам чего недоговаривают — произнесла Мелисса.
Они традиционно делили одну комнату на четверых. Но для Мел всегда отгораживали ее постель, создавая видимость уединения.
— Это вряд ли, — рассмеялся Дик. — Ничего так. Хорошенькая.
Коннор вздрогнул.
«Нет! Этого не может быть!»
— Ого. Да она не одна. Эта еще интереснее. Жаль, светлые. Красивые, но кислые, как ягоды чернобины.
Хоторн медленно подошел к окну.
И сразу же увидел ее.
Стройная девушка в светлом платье и широкополой шляпе. Лица не разглядеть, да и фигуру тоже. Но Коннор сразу ее узнал. Сердце отозвалось болезненным ударом.
Рин.
Она здесь!
Нет!
Нет, этого не может быть!
Но глаза не обманывали, как и собственные чувства. И Эфир, который, сбросив лень, жадно всматривался в девичью фигуру.
Рин... Рин. Рин!
— Интересно, зачем они здесь? Никогда не видел, чтобы светлые таскали своих жен по миру. Тем более что здесь небезопасно, — заметил Рейн.
Его голос, как и голоса Дика и младшей сестры, казался приглушенным и каким-то далеким.
— Говорю же, они что-то от нас скрывают.
— Тебе всюду мерещатся заговоры, Мел, — вздохнул Дик, из-за плеча бросив взгляд на девушку.
— А ты просто не можешь признать, что я права. Хоть раз в жизни взять и признать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Рин продолжала стоять на месте, даже не делая попыток осмотреться. Просто замерла и ждала, когда выгрузят их багаж.
Интересно, она чувствовала его? Знала, что они снова встретятся в этом крохотном, продуваемом всеми ветрами городке?
