примерно, Никита продолжил говорить.
— Тебя я не знаю и товар пока не получу деньги, не отдам. — Поговорим сначала о цене, и очень надеюсь, что ты не будешь наглеть, я конечно изгой, но такой товар как я принес, тебе все равно нигде самому не взять. — Покажу чтоб ты не сомневался, потом жду деньги и только тогда все отдам, — сказал он твердо.
Травник обалдевший от перечисленного Никитой, долго смотрел на него, пытаясь сосредоточится.
— Нет, я тебе на слово верю, а с собой у меня ни маски не перчаток нет- пробормотал он огорченно, видно забыл взять или решил, что Никита не смог собрать ничего.
Затем поняв, что тот все-таки не шутит замялся, пытаясь все снова мысленно перевести в деньги, которые нужно отдать охотнику за работу. Понимал, что Никита цены знает, и обманывать его смысла нет, сезон трав только начинается, тем более только охотник может все лето добывать диковинки из плохой части леса. Но торговались они долго, и хоть сумма получилась внушительная, особенно для обычных людей, Никита понимал, что это копейки, но сам он все распродать не сможет, нет у него такой возможности и связей.
— Да ты и на эти деньги и лес и село себе выкупить можешь, — уже разозлился травник после часа жарких споров за каждую копейку, — и, кстати, меня Валентином зовут, и мы с тобой только начали работать, все лето впереди. — Слышал я про твою жадность, но чтоб так ты со мной торговался, даже не ожидал. — Ты столько можешь заработать и на квартиру в Москве и деньги на безбедно там же жить за сезон.
— Москва мне нафиг не нужна, — отрезал охотник, — и ты тоже не прибедняйся, ты только волосы с голов Кикимор поштучно продавать будешь, я же не считаю, сколько ты заработаешь на этом.
— А, у тебя и нет возможности продать то, — парировал травник Валентин, — а я тебе предлагаю постоянное сотрудничество и смогу помочь здесь легализироваться, не бомжом жить, а нормальным человеком, не боясь потерять дом. — И с настойками лекарственными помогу, тебе ведь лечится надо.
— С деньгами я и сам здесь легализируюсь и где надо подмажу, все оформлю при желании, — парировал Никита, — у меня уже свои связи есть.
— Ну да ты шустер как я погляжу, — выдохнул Валентин, — но поверь нам лучше дружить, моя помощь тебе тоже пригодится, все равно все необходимые именно тебе лекарства ты только можешь добыть только через меня, я здесь старший. — И зачем тебе столько денег наличкой — то, давай счет на твое имя открою в банке, могу быстро это сделать, есть у меня там подвязки, да хотя бы половину туда денег переведу, сам подумай я, что с мешком к тебе ходить буду, узнают, ограбят меня, запросто, лихих людей здесь в округе хватает.
Ругались, рядились, но договорились и не только на тот товар что добыл Никита, но и на будущее сотрудничество. Никита дал номер банковской карты, на которую Валентин должен был перевести большую часть денег, остальное он наличкой принесет завтра, или если успеет сегодня вечером. Тот обрадовался, что хоть в банке ему оформлением не заниматься. Никита был уверен, что Валентин и сегодня успеет обернуться, и не ошибся. Валентин хоть и знал, что сейчас кроме его травников в селе других нет, но очень боялся, что охотник еще кому-то перепродаст такие редкости. Вечером после заката, он не побоялся темноты, прибежал, проверил товар, упаковал, увидев, сколько собрал Никита кикиморки, Валентин аж побледнел. Чуть маску с лица не сорвал в волнении пока просматривал собранные травы, давно столько за раз не удавалось собрать никому на его памяти. Долго перебирал в молчании не веря глазам своим бледные стебельки цветов, поглаживая нежно пальцами невзрачные цветы. Несколько стебельков ухватить у Кикимор считалось большой удачей, а уж хозяйку болот вдобавок к цветам пустить на ингредиенты для редких зелий, так и подавно.
— Что ж ты второе сердце и остальные лапы там то оставил, — не удержался Валентин, жадно пожирая взглядом головы Кикимор, сердце и лапу, которые он тоже разложил прямо на полу терраски и уже несколько раз перебрал, проверил, словно боясь что они сейчас исчезнут.
— Ну ты, блин, умник, — вызверился Никита, — сам туда сходил, там их до хрена в одном месте, я двух уложил, а три еще остались, и я не уверен, что всех их увидел, даже не думал, что их в одном месте там столько окажется, сам знаешь, они поодиночке живут. — Повезло что они сонные были и за мной в погоню не рванули, я еле ноги унес оттуда.
— Ладно, ладно, не злись, — сбавил обороты Валентин, я придержу информацию что там их столько, а ты может мне еще принесешь, тебе ведь все равно их нужно будет ликвидировать, слишком их много, поэтому и цену полную не дам, потом еще подкину денег, когда окончательно все распродам. — Сам знаешь, что если все сразу на продажу все выставлю, цена упадет, одну голову обработаю да придержу пока, позже дороже продам, а тебе процент будет, обещаю.
Он кроме денег еще прихватил для Никиты карту, где произрастали нужные Валентину травы и корешки, календарь для сбора, даже тексты наговоров для редких трав, пузырьки для сбора росы.
Никита быстро проглядел карту, — а что сюда — то не ходите, — ткнул он пальцем, — здесь же вроде все чисто должно быть, лес же темным совсем не бывает, а здесь ни болот, ни оврагов.
— Да черт его знает, — почесал в затылке Валентин, — туда, сколько травников уже ушло, а ни один не вернулся, вот и я боюсь туда идти, и ты осторожней будь. — Эта часть леса сильно испортилась, никто не знает почему, и что там может быть, вроде то у нас и чудовищ в лесу никогда не было, в общем, темное дело и тебе с ним разбираться. — Ты давай то с календарем сверяйся, лето здесь короткое, успевать надо, отлежись еще пару дней, и сюда вот за росой и лопухом, ну и там глянь, что еще попадется. — Список трав я тебе оставил, запомни, а я через недельку загляну. — Тебя видимо само провидение сюда отправило, мы ведь давно сюда пытались охотников зазвать, да не спешат они к нам, что-то у вас в сообществе в последние годы в тоже неладное творится, а нежить тем временем разрастается, надо же сам не верю, что столько Кикимор на небольшое болото. — А чего удивляется, если подумать, там столько людей последние годы
