потом спустился по лестнице. Ничего, ему вряд ли удастся далеко уйти, мы его найдем.
Снова раздался скрип, свет исчез, шаги на галерее стихли в отдалении. Анри поднял лохань и помог Мэрион выбраться.
- Как раз об этом я и хотела вам сказать, - она поправила сбившееся покрывало. – Что он одной стрелой поразил две мишени. Избавился и от Готерта, и от вас, Анри. Вас обвинят в убийстве, ведь никто не сможет подтвердить, что вы были в другом месте. Ни ваш отец, ни сама герцогиня вам не помогут. Потому что вы действительно были здесь. А моим словам никто не поверит. Что мы теперь будем делать?
- Мне надо как-то выбраться из замка. Но как?
- Останьтесь здесь, - решительно сказала Мэрион. – Я найду де Деньяна, и мы вместе с ним что-нибудь придумаем. Уж если он помог вам украсть мои браслеты, то и сейчас, думаю, тоже не откажется.
- Подождите, - остановил ее Анри. – Побудьте еще немного здесь. Ничего хорошего не выйдет, если кто-то встретит вас на лестнице. Возможно, ваш отец и тот, кто с ним, еще не спустились вниз.
Мэрион хотела сесть прямо на пол, но Анри остановил ее. Сняв сюрко, он сложил его вдвое и бросил на камень. Видимо, когда он поднимал лохань, повязка на груди сбилась, порез открылся и снова начал кровоточить. На рубашке проступили багровые пятна. Увидев их, Мэрион закусила губу и протянула руку, но тут же отдернула, побоявшись причинить ему боль. Анри поймал себя на мальчишеской мысли, что согласился бы получить тяжелую рану, лишь бы видеть на ее лице такое сострадание.
Наконец Мэрион ушла, оставалось только ждать ее возвращения. Анри сел на лохань и закрыл лицо руками, пытаясь поверить в то, как круто, в одно мгновение все переменилось. Мэрион призналась в своих чувствах к нему, но теперь его разыскивают как подозреваемого в убийстве шерифа. И доказать свою непричастность у него не получится. Не поможет ни отец, ни дядя, ни сама герцогиня Алиенора.
Больше всего Анри беспокоился даже не за себя, а за Мэрион.А вдруг Беннет поймал ее и запер? Иначе чем еще объяснить то, что она так долго не возвращается? Что касается себя, он вообще не представлял, что делать. Сбежать означало подтвердить свою вину. Остаться – быть схваченным и обвиненным в убийстве. Даже если Мэрион будет утверждать, что он был совсем в другом месте, с ней, кто ей поверит? Если только это подтвердит Хьюго… Но захочет ли он? Одно дело украсть вместе браслеты из купальни и совсем другое – лжесвидетельство перед судом присяжных. Или перед самим королем, если дело дойдет до этого. Их слова – против слов Беннета, приближенного Ричарда? Особенно если учесть, что Хьюго считают его приятелем, а Мэрион… нет, об это лучше вообще не думать.
Стало совсем темно, когда с галереи послышался шорох: кто-то шел, тихо, крадучись. Нет, двое. На всякий случай Анри отошел в дальний угол и прижался к стене. Дверца со скрипом открылась.
- Анри! – тихо позвала его Мэрион.
- Я здесь.
Нагнувшись, она проскользнула в комнату. За ней – Хьюго.
- Мы ждали темноты, - сказал он. – Нас могли увидеть снизу. Во дворе полно солдат. Все скверно, де Дюньер. Весть об убийстве Готерта дошла до короля. Он приказал найти вас и схватить. Замок охраняют на тот случай, если вы еще здесь, через ворота и мост не выйти.
- Если я убегу, то признаю этим свою вину, - Анри обхватил голову руками.
- А если вы останетесь в замке, вас рано или поздно найдут, - возразила Мэрион. - И тогда вас уже ничто не спасет. Ветер почти стих. Послезавтра утром король отплывает. Думаю, завтра здесь перевернут все до основания. Вам нужно бежать. Непременно. Добраться до отца и затаиться. Я обо всем расскажу герцогине, но сейчас медлить нельзя.
- Но как? – в отчаянье воскликнул Анри.
- Мы кое-что придумали, - Хьюго коснулся его плеча. – Но это непросто. Решитесь ли вы спуститься со стены замка по веревочной лестнице?
- Как королева Матильда?
Это снова было похоже на насмешку судьбы. Он с детства восхищался королевой Мод, жалел, что родился слишком поздно, чтобы стать ее рыцарем. А потом оказалось, что она – возможно! – приходится ему бабушкой. И теперь его – возможно! – единственный путь к спасению – повторить ее смелый поступок.
- А откуда взять веревочную лестницу? – спросил он.
- Я послал Уилла в гавань, чтобы он купил у матросов. Или украл. Стена высокая, понадобится связать вместе несколько.
- Хьюго, признайтесь, вы были уверены, что я решусь? – покачал головой Анри. – А если бы я струсил?
- Что?! – возмутился Анри. – Еще чего не хватало!
- Анри, пожалуйста! – взмолилась Мэрион. – Королева Матильда убежала из Оксфорда в мужской одежде, и никто ее не осудил. Если бы от этого зависела жизнь, я согласилась бы бежать даже голой. Может быть, вам будет легче, если я скажу, что это мое платье?
Хьюго то ли фыркнул, то ли кашлянул в кулак. И хотя момент был совершенно неподходящий, Анри почувствовал то же самое томительное возбуждение, которое испытал в купальне.
- Но разве я влезу в него? – пробормотал он смущенно.
- У блио по бокам шнуровка, - снисходительно улыбнулась Мэрион. В плечах будет узко, но можно распороть швы. Под плащом все равно не видно. И обязательно покрывало на голову. Да, и надо будет подложить что-то… сверху.
- О боже правый! – простонал Анри.
В этот момент снова раздались шаги, и в комнату пролез Уилл.
- Все готово, сэр, - сказал он, поклонившись. – Лестницы я связал и закрепил. Левее отсюда, чтобы не видно было снизу. Совсем немного не достало до низу, но вы спрыгнете на землю и скатитесь по склону в ров. А с другой стороны я буду ждать вас. Только подождите немного, мне надо вывести осла за
