Следующие полчаса я с комфортом провела в Юлькиной роскошной ванной. Квартира у подруги так себе, ничего особенного, простая хрущевка. Юля вообще, в отличие от нас с Дианой, большими деньгами никогда не обладала. Всем, чего она добилась в этой жизни, подруга обязана только самой себе, и никому больше. Замужем Юля еще ни разу не была, наследства не получала, приехала в город из деревни после окончания десятилетки с одним фанерным чемоданчиком и кучей амбиций. К своим тридцати четырем годам она смогла добиться довольно многого. Имела свой прибыльный бизнес, хорошую машину, пусть не шикарную, но довольно приличную отдельную квартиру. Мужчины Юле попадались совершенно разные, порой — состоятельные, и она, не привередничая, охотно пользовалась их заботой и материальной поддержкой. Потом все могло кардинально измениться, и место богатого импозантного господина в сердце Юли внезапно занимал нищий, вечно голодный студент. Юля из тех немногих женщин, которые чувства в отношениях ценят намного выше любых материальных благ… Когда-то, в те времена, когда в ее ярых поклонниках числился парень, владеющий строительной фирмой, она затеяла в квартире перепланировку, сломала практически все стены и поставила новые в удобных для себя местах. В результате трехкомнатная малогабаритная квартира превратилась в двухкомнатную с большой ванной и вполне приличной кухней. Отделкой ванной занимался все тот же ухажер со строительным уклоном, а вот поработать в других помещениях он не успел, так как строптивая подруга отмочила какой-то очередной финт, и перспективный жених напрочь исчез с ее любовного небосклона.
Потом у Юли был длительный период неудач и разочарований, так что остальная квартира была все же отремонтирована чисто, но предельно дешево и на скорую руку.
Опустив свое усталое тело в джакузи, я на некоторое время постаралась отключиться от волнений и забот последних двух дней. Так приятно было лежать в теплой пенящейся воде, ни о чем не думать, просто наслаждаться комфортом и спокойствием… Когда я, чистая и изрядно посвежевшая, вышла из ванной. Юля в компании своих добровольных помощников уже накрыла на стол и, сгорая от любопытства, поджидала меня чуть ли не под дверью.
— Ну, слава богу, — искренне воскликнула подруга, когда увидела меня в белоснежном махровом халате и с замысловатым тюрбаном из полотенца на голове, — ты снова стала похожа на нормального человека! А то, когда ты появилась на пороге моей квартиры, я, честно сказать, слегка напугалась твоего внешнего вида.., да и глаза у тебя были какие-то.., тусклые, что ли…
— Просто уставшие, Юль. — Я улыбнулась. — Почти двое суток я только и делала, что носилась сломя голову по пересеченной местности, а как ночь провела, лучше вообще не вспоминать. — На меня вдруг так явственно повеяло холодом глубокого Сашиного погреба, что я невольно поежилась и передернула плечами. — Представь, я провела бог знает сколько времени в сыром подвале, сидя на алюминиевой кастрюле, в полной темноте, при температуре градусов пять, не больше…
— Ужас… — прошептала Юлька и обняла меня за плечи. — А крыс там не было? Я когда этих хвостатых тварей вижу, запросто в обморок упасть могу.
— Слава богу, там света не было…. — хладнокровно отозвалась я. — А то я тоже не больно всякую подземную живность уважаю.
— Я просто поражаюсь твоей смелости! — восхищенно призналась подруга. — И спокойствию. Я бы после такого, наверное, умерла… Или в психушку загремела, как минимум… Ну что, пойдем, подруга, обмоем твое счастливое спасение. Илья с Петей уже давно за столом ждут…
— Как отмечать, так они первые, а как спасать… — пробурчала себе под нос я.
— Что? — не расслышала Юлька.
— Да так… Говорю, переодеться бы не мешало, да и волосы подсушить…
— Брось, ты и так прекрасно выглядишь, — заверила меня подруга. — Пошли скорее, а-то все остынет.
На кухне наше появление вызвало шумный вздох облегчения.
— Наконец-то! — воскликнул Сергеев. — Еще пять минут, и мы с Петром просто скончались бы от голода и неизвестности. Правда? — Он ткнул локтем куда-то в бок Ивакину. — Ты чего молчишь? Сам же говорил, что проголодался, как волк…
— Елизавета Анатольевна! — не обращая никакого внимания на слова соседа по столу, восхищенно протянул Петр Петрович. — Я уж начал забывать, какая вы изумительная красавица… После ванны вы просто похожи на чистый белоснежный цветок…
— Лилию болотную, — с насмешкой добавил Илья. — Хватит комплиментами разбрасываться. Быстро все рассаживайтесь за стол и берите в руки рюмки и вилки…
Он ловко откупорил стоявшую на столе бутылку вина и разлил его по фужерам, приготовленным заботливой Юлей.
— Ну что, товарищи, поднимем свой первый тост за избавление от страданий и восстановление доброго имени Лебедевой Елизаветы Анатольевны… — стоя, торжественным голосом то ли сказал, то ли спросил Илья.
— Ошибаешься… — печально вынуждена была признать я. — До этого еще слишком далеко… Магнитофон украли, Штепсель сбежал…
Вам хоть Вована-то удалось задержать?
— Конечно! — немедленно бросился в объяснения Ивакин. — Гражданин Перцев Владимир Евгеньевич задержан и с весьма похвальным энтузиазмом дает показания по интересующему нас вопросу…
— Петь, не части, — перебил его Сергеев. — Давайте сначала выпьем немного, закусим как следует, а потом вернемся к нашим баранам.
Я автоматически опрокинула шампанское в рот и попросила:
— Петр Петрович.., расскажите, пожалуйста, все, что вы смогли узнать об убийстве моего мужа… Вы понимаете, для меня это очень важно… намного важнее выпивки и закуски… — Я мельком глянула в сторону активно набивающего салатом рот Ильи. — Вы уже знаете имя убийцы?
— Нет, к сожалению… — Ивакин виновато посмотрел на меня и положил вилку на стол. — Человеком, который лично знал того, кто убил вашего мужа и заказал ваше похищение, был Шорохов Олег Степанович… Штепсель. Вы его знаете под этим именем. Но он, как вы правильно заметили, сбежал, испарился… Его ищут по всей области, все посты ГАИ предупреждены, патрульным даны ориентировки… Как только он появится в пределах их видимости, мне непременно сразу же сообщат… Но, честно сказать, я не слишком надеюсь на это. Такие прожженные парни, как Шорохов, мастерски умеют заметать следы… Но и показаний Перцева, вкупе с магнитофонной записью, достаточно для того, чтобы полностью снять с вас обвинения в убийстве Павла Артуровича Лебедева, вашего мужа…
Теперь вы смело можете возвращаться домой и вести привычный, достойный такой красавицы образ жизни… — Последние слова он произнес с явной печалью в голосе.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
