рыдания. Догадалась: муж все понял и принял.
Пошарив в кармане штанов, Стокер вытащил что-то оттуда, присел на корточки, чтобы стать с мальчишкой одного роста, и протянул подарок на раскрытой ладони. Ребенок, шумно принюхавшись, чихнул, вытер черный блестящий нос о плечо и решительно двинулся к взрослому, на широкой ладони которого лежала небольшая яркая машинка. Почти белый, лишь на ухе и правой кисти два бурых пятна. Короткая жесткая шерсть, пушистый длинный хвост. И смышленые, живые карие глаза, полные любопытства.
Маленькие пальчики сомкнулись на красном корпусе машинки и щекотно покатили колесики по протянутой к нему руке, словно по дороге. Щенок рыкнул, имитируя звук мотора и замахал хвостом, все сильнее стуча им по бедрам:
— Спасибо!
— Пожалуйста. А теперь давай знакомиться? Я — Стокер! — и мышь широко улыбнулся.
— Я знаю. Мне Тэсс про тебя говоррила, — парень деловито шлепнул ладошку ему на запястье и сжал, как было принято у его народа. Стокер вежливо ответил, слегка тряхнув ручку, пальцам которой было не под силу обхватить его запястье. — Крролерр!
Он говорил на обычном марсианском, но некоторые буквы будто не произносил, а рычал, отчего его речь приобретала непривычный акцент.
Тэсс, глядя на то, как знакомятся дорогие ей мужчины, все-таки не сдержалась и всхлипнула. Ребенок тут же отреагировала на этот звук: сунул Стокеру обратно игрушку, подбежал, обнял ее колени и уткнулся лбом, успокаивая. Тэссен разрыдалась сильнее, подхватив его на руки.
— Ну не плачь, а? Чего плачешь? Ты хоррошая и кррасивая, самая лучшая, — забубнил мальчик, аккуратно вытирая ей слезы ладошками.
Сердце Стокера сжалось от счастья и уже к его горлу подкатил комок. Не одному ему теперь дорога его Тэсс. Очевидно, что пока он не вмешивался, эти двое успели прочно обосноваться в сердцах друг друга. А раз дороги друг другу они, то может ли он не полюбить мальчишку, который готов защищать ее, который готов, бросив игрушку, шептать ей добрый слова?..
Поднявшись, Стокер одной рукой подхватил легкую сумку, а второй обнял Тэссен за плечи, поцеловал в висок.
— И правда, чего плачешь? Успокаивайся давай. Прекращай сырость разводить, а то в доме плесень заведется. А нам теперь нельзя жить с плесенью — у нас ребенок!.. Ну-ка, парень, прыгай ко мне! Пошли выбирать тебе комнату и ужинать! Я мясо приготовил. Любишь мясо?
Тэсс рассмеялась сквозь слезы и прижалась виском к плечу Стокера, благодаря за поддержку. Благодаря за то, что согласился на ее безмолвную просьбу. Благодаря за то, что все понял без слов.
Крролерр закивал на предложение поужинать и ловко перебрался на руки к Стокеру, а Тэсс теснее прижалась к боку мужа. Он нашел ее хвост своим и сплел их, стараясь дать понять, что он совсем не против, что он всем сердцем поддерживает…
Обнявшись, они медленно побрели к дому. И каждый из них был счастливее, чем когда-либо прежде.
Сегодня у каждого сбылась мечта. Общая на троих.
Эпилог. Семейные узы
Спустя 19 лет после победы над Плутарком.
Этот юбилей разительно отличался от предыдущего.
Пять лет назад его праздновали с галактическим размахом, пригласив делегации из миров-стратегических партнеров, и Стокеру пришлось весь вечер любезно улыбаться незнакомым существам, вести светские беседы и украдкой чесаться, потому что парадная форма то натирала шею, то давила на основание хвоста. А поскрести зад под прицелом десятка камер было как-то неприлично. Поэтому тот день запомнился не как праздник, а как нудная пытка, которую скрасили лишь короткие минуты разговора с Тэсс, чье соблазнительно струящееся по телу красное платье однозначно дало ему понять, что первобытные инстинкты в нем еще не умерли. И тогда пришлось надеяться, что операторы не снимают гостей ниже пояса…
В этот же раз в кругу друзей ничего не мешало при малейшем желании касаться собственной законной жены. И даже прижимать ее к стенке в кухне и целовать в шею, пока никто не видит. Ввалившийся не вовремя Огонек лишь закатил глаза, пробормотал «Нет, ну снова! Ну сколько можно? Как школьники!», схватил миску с мясом для барбекю и удалился. Тесс фыркнула ему вслед и прижалась к мужу, требуя продолжить начатое… Впрочем, спустя пару минут совесть одолела желания, и пусть не очень молодая, но счастливая пара взяла себя в руки и вернулась к гостям. У них впереди еще годы, чтобы снова и снова заканчивать то, что они сейчас начали. Годы, в которые им нужно нагнать упущенное…
Сегодня все друзья собрались в доме Стокера и Тэссен. Детский смех и топот маленьких ног был слышен то тут, то там. Время от времени кто-то падал, а потом на всю округу разносился обиженный рев, перемежающийся нежным воркованием кого-то из родителей пострадавшего малыша. Впрочем, дом и двор были отлично приспособлены к тому, чтобы ребенок не мог серьезно пострадать: Стокер давно оборудовал доступное детям пространство так, чтобы те не могли получить серьезную травму.
Тем более, что уже год тут постоянно жил маленький марсианин.
Полуторагодовалые сыновья Винни и Огонька что-то сосредоточенно строили в песочнице под присмотром отцов, которые яростно спорили о том, как нужно правильно воспитывать наследника рода и будущего чемпиона по мотокроссу. Этот спор возникал снова и снова, если эти двое сходились вместе, и не раз, забыв о детях, они принимались выяснять в дружеской драке, кто же прав. Вот и сейчас все шло к ней: разговор велся на все повышающихся тонах, началу потасовки мешало только то, что мужчины сидели в неудобных для атаки позах на краю песочницы. Модо и Троттл уже приготовились разнимать папаш, когда за ворот Огоньку вдруг прилетела приличная горсть песка, а потом раздался дружный детский смех. Пока генерал марсианских войск пытался осознать, что пропустил атаку полуторагодовалого белого мышонка, а Винни пытался скрыть гордость за ловкую выходку сына, серый мальчик повторил тот же номер с альбиносом. Лица мужчин вытянулись, а наблюдавший эту картину Стокер расхохотался:
— Вот вам, спорщики! Лучше надо за детьми смотреть, а не бахвалиться! — Он спустился по ступенькам к семье, следя, как Винни с Огоньком, стащив одежду, отряхиваются и помогают друг другу вычистить шерсть на спинах. Матери малолетних хулиганов, лишь мельком глянув на безобразие, закатили глаза и продолжили общение.
Стокер привычно обшарил взглядом двор, чтобы убедиться, что с Крролерром все в порядке. Щенок, нетерпеливо перетаптывающийся с ноги на ногу и помахивающий хвостом, нашелся возле Наги, которая заплетала косички верткой девочке с огненным росчерком в волосах. Праймер пыталась сбежать к ожидавшему ее другу, чтобы затеять с
