— А мои часы? Я дала ей поносить свои часы!
— Они в сумочке.
— Ну, тут что-то не вяжется… Она сбежала и оставила свою сумочку, Рон? Она бы никогда такого не сделала!
— Ну, прямо сейчас я больше ничего не знаю, Шелби.
— Что ж, тебе лучше задать Марку несколько вопросов. Может быть, Марк знает, где она?
В течение следующих трёх дней Рон Пул почти ежечасно звонил Шелби и спрашивал о Сьюзен Смит, но у той никаких данных не было. Как ни странно, Марк Патнем не звонил. До этого он звонил Сьюзен из Флориды. Сейчас он находился в Пайквилле и провёл с ней несколько дней в мотеле, но не пытался связаться с ней. Шелби заподозрила, что Марк где-то прячет Сьюзен или возможно, даже отправил её во Флориду.
В среду Пул сказал Шелби, что они с Патнемом пошли поесть, и он расспросил Марка об исчезновении Сьюзен. Патнем утверждал, что в последний раз видел Сьюзен в среду, 7 июня, но Шелби не поверила, потому что Сьюзен звонила ей из номера мотеля Марка в четверг, 8 июня. В тот день Сьюзен рассказала, что Марк уехал из номера весь в слезах. Шелби поняла, что Марк лжёт, и сказала об этом Рону. Она спросила Пула, действительно ли он задавал Патнему вопросы.
— То есть вы сели, и ты задал Марку вопрос? — спросила Шелби.
— Мы с Марком поговорили об этом, — ответил Рон. — И он сказал, что Сьюзен собиралась с Томми Эстепом повидаться с кем-то в Чикаго. Он предложил отвезти её в Принстон, но она якобы отказалась.
— Нет, такого не может быть. Как Сьюзен доберётся до Принстона? Она же без машины. Рон, скажи Марку, чтобы связался со мной по телефону. Сьюзен уже целую неделю нигде не видно.
Видимо, Пул передал об их разговоре Патнему, и на следующий день у Шелби зазвонил телефон. На линии был Марк Патнем. Он пытался говорить спокойно, но Шелби слышала панику в его голосе.
— Сьюзен там? — спросил Патнем.
— Нет, Сьюзен здесь нет, Марк. Я как раз у тебя и хотела спросить: где она? Сьюзен должна быть с тобой, но она не вернулась домой. Что происходит?
— Ну, я только знаю, что Сьюзен собиралась поехать с Эстепами. Я предложил, чтобы Рон или я подбросил её до Принстона, но она отказалась. Сказала, хочет ехать сама, потому что думала, что я могу арестовать их за хранение всех этих тяжёлых наркотиков. Я велел ей обязательно позвонить мне, когда доберется туда, но она так и не звонила.
— А как она собиралась попасть в Принстон? Кто-то её забрал?
— Наверное, Эстепы её забрали и подбросили до туда.
— Откуда им известно, что она в Пайквилле? Я им этого не говорила, Марк.
— Наверное, Сьюзен звонила им отсюда. Разве ты не говорила ей, что они звонили тебе в поисках её? Она мне так говорила на днях.
— Да, звонил Томми Эстеп, но он сказал, что не хочет ехать сюда. Он хотел, чтобы она сама приехала к нему в Принстон.
— Ну, наверное, она договорилась с ними, пока я был в Лексингтоне. Больше я ничего знаю. Я не знаю, когда она ушла, потому что, когда я вернулся, её уже не было. Мы не виделись со среды. Она сказала мне, что если поедет, то на некоторое время останется там, в Чикаго.
— Что ж, спасибо, что позвонил, Марк.
— Сьюзен должна позвонить мне сюда, в Пайквилл, так что дам знать, когда получу от неё весточку.
— И попроси её, пожалуйста, позвонить мне! Я ужасно волнуюсь!
— Я скажу ей, чтобы она позвонила тебе, как только она выйдет на связь. Надеюсь, с ней всё в порядке, Шелби. Уверен, что с ней всё в порядке.
На мгновение звонок Патнема успокоил Шелби, но через некоторое время она задумалась над несоответствиями в его ответах и испугалась больше, чем когда-либо. Она закурила и принялась расхаживать взад-вперёд, пытаясь всё хорошенько обдумать. Казалось странным, что Сьюзен вдруг сбежала. Кроме того, что ей делать в Чикаго? В этом не было никакого смысла. Эстепы жили в Милуоки. По идее, она могла остаться разве что с ними. Сьюзен больше никого не знала в Чикаго.
А как она могла попасть в Принстон? Томми Эстеп тогда категорически отказывался ехать во Фриберн, так с чего бы ему вдруг захотелось проделать весь этот путь до Пайквилла, затратив на него лишний час езды? Сьюзен всегда встречала Эстепа где-то в Западной Вирджинии; Эстеп никогда не ездил в Пайквилл. И Шелби просто не верила, что сестра могла сбежать с Эстепами, ничего не сказав об этом. Последнее, что говорила Сьюзен — что Марк собирается отвезти её домой. Она не упоминала об Эстепах.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Мысль о том, что Марк мог что-то сделать Сьюзен, приходила Шелби в голову, но она попыталась отогнать её. Однако прошел ещё один день, а от сестры не было никаких вестей. Шелби снова забеспокоилась о Сьюзен. Ей приснилось, что Сьюзен лежит на дне колодца, что она распростерта на кровати в мотеле — голая, мёртвая. К этому времени Шелби была совершенно растеряна. Она не могла уснуть. Она не могла есть. Она не могла выбросить Сьюзен из головы.
В последующие дни Шелби продолжала приставать к Рону Пулу с просьбой найти Сьюзен. Она была уверена, что Марк Патнем знал, где находится сестра, а поскольку Патнем по-прежнему находился в городе, она не хотела отпускать его без ответов на некоторые вопросы. Если он включил Сьюзен в программу защиты свидетелей, Шелби хотела знать об этом.
Когда она позвонила в офис ФБР около 9:00 14 июня, она услышала голос Патнема на заднем плане.
— Рон, как ведёт себя Марк? Не замечаешь ничего подозрительного? — спросила Шелби.
— Нет, насколько я могу видеть, нет. Марк, Сьюзен ведь так и не звонила, не так ли? — крикнул Пул.
— Пока нет, — сказал Патнем.
По тону Рона Пула она поняла, что в присутствии Патнема он не собирался слишком распространяться, поэтому подождала час и перезвонила Пулу снова. На этот раз Рон был в офисе один.
— Рон, что мне делать? — спросила она. — Позвонить в полицию или как? То есть, прошло уже больше недели!
— Вот что я тебе скажу. Позвони-ка ты лучше Терри Халсу, нашему руководителю, и скажи, что Сьюзен пропала. Я дам тебе номер в Луисвилле.
— Думаешь, он может знать, где она?
— Не знаю, — сказал Пул.
— Ему известно, что Сьюзен беременна от Марка?
— Вряд ли. Ты поговори с ним. Подожди несколько минут, я скажу ему, чтобы он ждал твоего звонка.
Шелби в панике набрала Халсу. Он ответил немедленно, и она начала криком рассказывать Халсу о романе Марка и Сьюзен, о том, что Сьюзен беременна, и обвинять Марка в её исчезновении. Халс был в ярости и наорал на Шелби по телефону, что только обострило ситуацию.
— Я хочу заявить о пропаже сестры и о том, что в последний раз она была с Марком Патнемом. Она была осведомителем. У них был роман в течение двух лет. Она беременна…
— Эй, эй, эй, юная леди, помедленнее. Прежде чем ты продолжишь, я что-то слышал, что твоя сестрица спала в Пайквилле со всеми подряд, — напомнил ей Халс.
— Послушай, приятель, ты с ней даже не знаком. А я говорю тебе, что она пропала, и её нет уже несколько дней. И я думаю, что Марк Патнем, возможно, что-то с ней сделал. Я думаю, он мог даже убить её.
— Знаешь, что я сделаю, когда твоя сестра появится? Я устрою ей обследование, чтобы выяснить, от кого ребёнок, и если он от Марка Патнема, мы примем меры. Мы заплатим за обследование — когда она появится, хорошо? Это всё, что мы можем сделать.
— Но её надо найти, — настаивала Шелби.
— Ну, как я уже сказал, если она появится, то через пару недель мы сделаем анализ, и если ребенок от Патнема, мы позаботимся об этом, — и Халс замолчал.
— Хорошо, поговорим позже.
Шелби повесила трубку в состоянии замешательства. Было очевидно, что Халс ей не верит а также что-то знает о Сьюзен. Возможно, он даже был в курсе того, что происходило между ней и Марком.
Шелби перезвонила Пулу.
— Он не захотел со мной разговаривать. Он вёл себя так, словно Сьюзен какая-то старая крыса-информатор, которая несёт всякие небылицы, а Марк – просто мистер Совершенство! И что мне теперь делать? — воскликнула Шелби.
— Ну, наверное, тебе лучше позвонить в полицию штата Кентукки и сообщить о пропаже человека. Наверное, другого выхода нет. Возьми карандаш, я продиктую тебе номер, — сказал ей Пул.
