жили скромно, бедно даже, но мне всего хватало. Бабулина любовь компенсировала недостаток материальных благ.
Всё изменилось резко и в одночасье. Он появился в нашей жизни внезапно – весёлый, напористый, живой, улыбчивый. Мой старший брат по отцу. Влад.
Не знаю, как он нас нашёл, какие пазлы сложил, чтобы заявиться без предупреждения, ворваться, как ветер, в нашу размеренную и спокойную жизнь.
Мне было семь. Я только-только пошла в школу. В красивом новом платье, белом фартуке, с огромными бантами. У меня был самый красивый розовый ранец, гольфы почти до колен и туфли – красные, с лаковой застёжкой, на крохотном устойчивом каблучке.
Я в школу ходила как на праздник. А возвращаясь домой, грезила и парила, мечтала, когда уже настанет завтра. Время, как назло, тянулось медленно, но сил хватало ждать и терпеть.
В тот день мне не хотелось перескочить в «завтра». Я мечтала, чтобы «сегодня» не заканчивалось: слишком уж на большую сказку была похожа реальность.
– Ника, – сказала бабушка, как только я переступила порог, – с тобой кое-кто хочет познакомиться.
Выглядела она взволнованной, глаза блестели. Из-за её спины маячил мужчина, точнее, парень – высокий, красивый, с улыбкой, что освещала его лицо и заставляла останавливать взгляд.
– Привет, Ника. Я твой брат Влад, – сказал он, шагнув ко мне.
Помню, я засмущалась. Хотелось спрятаться за бабушку, чтобы выдохнуть. Не знаю, что я чувствовала тогда. Радость. Страх. Неверие. Но Влад… он умел очаровывать. Притягивал к себе, заставляя верить в чудеса.
– Отец просил найти. Перед смертью, – рассказывал он за обедом на нашей простой кухоньке.
Бабушка кормила нас борщом и вермишелью с котлетами. До сих пор помню. Такие детали врезаются в память навсегда – мелкие, незначительные, но из них складывалась картина счастья.
– Теперь всё изменится, – улыбался он мне и подмигивал. – Всё будет по-другому. Потому что ты не Зингер и не Зверева. Ты Астафьева.
– Может, ты ошибаешься? – волновалась бабушка и заглядывала Владу в глаза. – Столько воды утекло. Может, та женщина была совсем не наша Леночка?
– Нет, – прозвучало жёстко и весомо. И я тогда увидела совершенно другое лицо улыбчивого Влада, который умел быть серьёзным и сразу становился словно старше. – У меня есть фотографии. Это она. Я сразу понял, как только увидел портрет у вас в комнате. И потом… у Ники – наши глаза. Как у меня. Как у отца. Астафьева она, наша кровь.
Владу тогда было двадцать три. Совсем зелёный.
– Всё изменится. Вот увидишь, – снова повторил он на прощанье, и я верила ему безоговорочно. Как принцу, что нырнул к нам из сказки.
Он был другой. Пах вкусно. Одет вроде бы в те же джинсы, но я видела: не так, отличается во всём. И эта его машина во дворе… Привлекала внимание.
Он уехал рано утром, оставив на столе кучу денег. Баба Поля ходила вокруг неё кругами и качала головой.
– Знаю, что огорчу тебя, Ника, но ты бы не привыкала к нему, что ли. Знаю, он хороший, добрый, но молодой совсем. Может, и хочет что-то изменить для тебя, но жизнь – штука сложная. Всяко в ней бывает. Особенно в том мире, где живёт он. Думаю, его матери не понравится, что он тебя нашёл. И, наверное, нам всего этого, – обвела рукой деньги, – и не нужно. Леночке, видишь, счастья с этим человеком, твоим отцом, не было. Видать женатый был. Влад у него, разница у вас в возрасте большая.
Мне было семь, и я хотела верить в чудеса. В то, что у меня есть старший брат – красивый и не похожий ни на кого другого в том городишке, где мы жили. Но с бабушкой я спорить не смела. Только смотрела на неё с тоской, что разрывала грудь обидой.
Баба Поля никогда не лгала. Никогда не была жестокой. Всегда – справедливой и мягкой. Но в тот день мне казалось, что она хочет забрать у меня нечто ценное, что показалось, как солнце, и спряталось за тучи будней.
Я его ждала. А он исчез.
Видимо, бабушка была права, – думала я, но сердце упрямо не хотело верить.
Глава 26
Влад вернулся через месяц. Снова ворвался в нашу жизнь, как ветер. Лёгкий, улыбчивый, самый лучший. Мой кумир. Я готова была ходить за ним по пятам, заглядывать ему в рот и восхищаться.
В тот день, когда он во второй раз переступил порог нашего дома, я просто кинулась ему в объятья. Без слов. Расплакалась тихо.
– Ну, что ты, – гладил он меня по голове. – Всё хорошо. Я же обещал. Вот, приехал к вам.
Он привёз тогда кучу подарков. Нарядил меня, как принцессу. Радовался, глядя, как я кружусь в новом платье. Он так меня и называл: маленькая принцесса Ника.
И снова оставил много денег.
– Вам кажется, что я молод и легкомысленен, – озвучил он страхи бабы Поли, глядя ей в глаза. Взгляд у него – прямой и очень серьёзный. И лицо – снова другое, не похожее на улыбчивого и простого Влада. – Это не так. Наверное, это покажется странным, но… сложно объяснить всё сразу.
Я помню этот разговор. И то, как он мерил шагами нашу не очень большую комнату. По идее, я должна была спать и не слышать, о чём они говорят в ночи, но я не могла. Как можно сомкнуть глаза, когда он рядом, остался с нами, приехал снова?
Да, я подслушивала. Замирала от восторга и страха. Мне казалось: я имею право знать. Для меня было очень важно всё, что он скажет.
– Мы не очень ладили с отцом. По сути, и семьёй толком никогда не были. Правда, понял я это не сразу. И помню, как он попытался уйти из семьи, когда в его жизни появилась другая женщина. Я уже взрослый был. Почти. Но у
