у стенки диван стоит, на диване сидит толстый человек и тонкий. Толстый что-то рассказывает тонкому и руки потирает, а тонкий согнулся весь, глядит на толстого сквозь очки в светлой оправе, а сам на сапогах шнурки завязывает.
– Да, – говорит толстый, – написал я рассказ о мальчике, который лягушку проглотил. Очень интересный рассказ.
– А я вот ничего выдумать не могу, о чем бы написать, – сказал тонкий, продевая шнурок через дырочку.
– А у меня рассказ очень интересный, – сказал толстый человек. – Пришел этот мальчик домой, отец его спрашивает, где он был, а лягушка из живота отвечает: ква-ква! Или в школе: учитель спрашивает мальчика, как по-немецки «с добрым утром», а лягушка отвечает: кваква! Учитель ругается, а лягушка: ква-ква-ква! Вот какой смешной рассказ, – сказал толстяк и потер свои руки.
– Вы тоже что-нибудь написали? – спросил он старушку.
– Нет, – сказала старушка, – у меня чернила все вышли.
Была у меня баночка, от сына осталась, да вот теперь кончилась.
– А что, ваш сын тоже писатель? – спросил толстяк.
– Нет, – сказала старушка, – он лесничий. Да только он тут не живет. Раньше я у мужа чернила брала, а теперь муж умер, и я одна осталась. Нельзя ли мне у вас тут чернил купить? – вдруг сказала старушка.
Тонкий человек завязал свой сапог и посмотрел сквозь очки на старушку.
– Как чернила? – удивился он.
– Чернила, которыми пишут, – пояснила старушка.
– Да ведь тут чернил не продают, – сказал толстый человек и перестал потирать свои руки.
– Вы как сюда попали? – спросил тонкий, вставая с дивана.
– В шкафу приехала, – сказала старушка.
– В каком шкафу? – в один голос спросили толстый и тонкий.
– В том, который у вас на лестнице вверх и вниз катается, – сказала старушка.
– Ах, в лифте! – рассмеялся тонкий, снова садясь на диван, так как теперь у него развязался другой сапог.
– А сюда вы зачем пришли? – спросил старушку толстый человек.
– А я нигде чернил найти не могла, – сказала старушка, – всех спрашивала, никто не знал. А тут, смотрю, книги лежат, вот и зашла сюда. Книги-то, чай, чернилами пишутся!
– Ха, ха, ха! – рассмеялся толстый человек.
– Да вы прямо как с луны на землю свалились!
– Эй, слушайте! – вдруг вскочил с дивана тонкий человек. Сапога он так и не завязал, и шнурки болтались по полу. – Слушайте, – сказал он толстому, – да ведь вот я и напишу про старушку, которая чернила покупала.
– Верно, – сказал толстый человек и потер свои руки.
Тонкий человек снял свои очки, подышал на них, вытер носовым платком, одел опять на нос и сказал старушке:
– Расскажите вы нам о том, как вы чернила покупали, а мы про вас книжку напишем и чернил дадим.
Старушка подумала и согласилась.
И вот тонкий человек написал книжку:
О ТОМ, КАК СТАРУШКА ЧЕРНИЛА ПОКУПАЛА.
Д. Хармс
1928
«Друг за другом»*
К нам в редакцию пришел человек в мохнатой шапке, в валеных сапогах и с огромной папкой под мышкой.
– Что вам угодно? – спросил его редактор.
– Я изобретатель. Моя фамилия Астатуров, – сказал вошедший. – Я изобрел новую детскую игру. Называется она «Друг за другом».
– Покажите, – сказал редактор.
Изобретатель развернул папку, достал из нее картон и разложил его на столе. На картоне было нарисовано 32 квадрата: 16 желтых и 16 синих. Изобретатель достал из папки 8 картонных фигурок и поставил их перед доской.
– Вот, – сказал изобретатель, – видите восемь фигурок: четыре желтых и четыре синих. Называются они так: первая фигура изображает корову и называется «корова».
– Простите, – сказал редактор, – но ведь это не корова.
– Это не важно, – сказал Астатуров. – Вторая фигура – самовар и называется «врач», желтые и синие фигуры совершенно одинаковы.
– Позвольте, – сказал редактор, – но желтый врач совсем не похож на синего.
– Это не важно, – сказал Астатуров, – сейчас я вам объясню, как надо играть в эту игру. Играют двое. Сначала они расставляют фигуры по местам. Желтые фигуры на желтые квадраты, синие – на синие.
– Что же дальше? – спросил редактор.
– Дальше, – сказал Астатуров, – игроки начинают двигать фигуры. Первый – желтый самовар, второй – синий самовар. Постепенно фигуры идут навстречу друг другу и, наконец, меняются местами.
– А что же дальше? – спросил редактор.
– Дальше, – сказал Астатуров, – фигуры идут обратно в том же порядке.
– Ну и что же? – спросил редактор.
– Всё, – торжествующе сказал Астатуров.
– Поразительно глупая игра, – сказал редактор.
– То есть как глупая? – обиделся изобретатель.
– Да к чему же она? – спросил редактор.
– Для времяпровождения, – сказал изобретатель Астатуров.
Мы не выдержали и рассмеялись.
– Смеетесь, – сказал Астатуров, сердито собирая со стола фигуры и доску, – и без вас обойдусь. Пойду в Комитет по делам изобретений.
Астатуров хлопнул дверью и вышел.
– Товарищи, – сказал редактор, – хорошо бы сходить кому-нибудь из нас в Комитет по делам изобретений. Надо думать, что среди очень ценных изобретений попадаются и смешные. Ведь мы можем дать в журнал рассказ о таких же веселых изобретателях, как изобретатель Астатуров. Кто хочет идти?
– Я, – сказал я.
– Так идите же скорей, сейчас же, – крикнул редактор. – Кстати, узнайте об изобретателях вообще.
Я пришел в Комитет по делам изобретений при ВСНХ. Меня провели к сотруднику патентного отдела.
– Что вам угодно? – спросил сотрудник патентного отдела.
– Мне бы хотелось узнать, что надо изобретателю, чтобы делать значительные
