Лонгшан или Уирекер (1130–1207?), великий сатирик из Кентербери. В своем сочинении «Зеркало дураков», написанном между 1170 и 1187 гг., он высмеивает монашескую глупость и злоупотребления клира и епископов. В Генте, богатом городе Северо-Западной Европы, творил школьный учитель Нивард Гентский, родом из Германии, написавший сатирическую поэму «Изенгрим» в семи книгах. Этот серьезный, независимый в суждениях человек, выходец из Рейнской области, подпал под магическое влияние французской культуры, однако остался верен своему стилю. Волк Изенгрим олицетворяет тип жадного и неотесанного монаха. Это произведение является яркой сатирой на монашество того времени. Мы имеем дело с удачным примером средневековой аллегории, где основными персонажами выступают животные. Влияние этой поэмы ощущалось в литературе на протяжении нескольких веков. Оно прослеживается в страстном и мелодраматическом тоне обличительных речей гуманистов и реформаторов XVI в. Эта сатира замечательна тем, что она дает объективную и наглядную картину церковной жизни той эпохи, отражает нараставшие в церкви процессы секуляризации.
Глава 6
Крестовые походы и конфликт между Востоком и Западом
Разногласия между Западом и Византией, в которых крестовые походы играли не последнюю роль, были своего рода средневековым аналогом современного конфликта между Востоком и Западом. Граждане Византии полагали, что изначально основной целью крестовых походов было завоевание Константинополя и разграбление как самого города, так и богатых земель Византийской империи.
В конце XI в. в Восточную Римскую империю из Центральной Азии вторгся новый враг – кочевники сельджуки, и в 1091 г. император Алексей I Комнин попросил помощи у папы Урбана II. Император, возможно, ожидал, что тот пришлет несколько отрядов наемников, но получил он в 1096 г. Первый крестовый поход. С этого времени крестовые походы следовали один за другим на протяжении XII и XIII столетий. Обычно говорят о пяти «основных» походах. Второй начался в 1146 г., Третий – в 1189 г., Четвертый – в 1204 г. и Пятый – 1217 г. Но в промежутках между ними в Святую землю постоянно отправлялись небольшие отряды и войска, которые возглавляли то князья церковные и светские, то монахи-отшельники, то просто дети. Византийцы давали полную волю своему негодованию в отношении крестоносцев, и их бескомпромиссная к ним враждебность наложила свой отпечаток на их наследников на Балканах и на православную церковь.
Важной причиной взаимной антипатии крестоносцев и византийцев был их различный взгляд на войну. Сохраняющая верность греческому духу своих отцов, восточная Православная церковь не признавала войну, как таковую, «святой». Основное оружие христианина – учение Христа, битва может быть только духовной. Различные подпольные раскольничьи секты, действовавшие повсюду в Византийской империи, проникшие на Балканы и в Западную Европу в XII в., придерживались в основном той же точки зрения. Запад пошел по иному пути. Первым папой, который признавал войну, если она велась во имя Христа, был уроженец Германии Лев IX (его понтификат продолжался с 1049 по 1054 г.), сын графа фон Эгисхайма. Его противниками были норманны, вскоре ставшие ударной силой во время похода крестоносных войск на Восток. Они пленили Льва в 1053 г., так что Первый крестовый поход имел печальный финал. К 1096 г. давний обычай проводить свою политику, прикрываясь религиозными целями, стал столь привычным на Западе, что под образным выражением братьев паулинов «война за Христа» понималась воинская служба рыцарей. В XI в. наблюдается резкое увеличение числа литургических молебнов за дарование крестоносцам победы и появляются первые упоминания о благословении оружия, которое было первым шагом в торжественной церемонии посвящения в рыцари. Она имела такое же значение для рыцаря, как церковная коронация для монарха; отныне рыцарь должен был следовать в жизни этическим и религиозным правилам, исполнения которых первоначально требовали только от правителя; он также принимал на себя древние королевские обязательства защищать бедных и немощных, включая женщин. Рыцарь вставал под знамя Христа, военачальника и царя, чтобы отвоевать «землю, принадлежавшую Ему по праву рождения» у неверных. Если он погибал, то получал награду на Небесах; если он одерживал победу, то увенчивался славой, получал поместье на земле и становился причастным Царству Небесному.
Это было время, когда реформированное папство, укрепившее свои позиции благодаря Клюнийскому движению, стремилось объединить Европу под своим главенством. Было необходимо, чтобы дворянство Западной Европы вместо того, чтобы постоянно участвовать в междоусобицах, объединило бы свои усилия для достижения общей цели – завоевания Святой земли. Для плана папы было важно то, что норманнам, уже имевшим давний опыт разбойничьих набегов, было хорошо известно о богатствах Константинополя, и они мечтали о захвате «богатейшего города мира». Генрих VI (1190–1197), сын Фридриха Барбароссы, в 1184 г. унаследовавший корону Сицилийского королевства норманнов, разработал подробный план завоевания Византии. Его современник архиепископ Евстафий оставил нам явно предвзятое описание завоевания сицилийцами Салоник в 1185 г. Нет нужды говорить о постоянных предъявляемых византийским императорам требованиях крестоносцев. Алексей III (1195–1203), например, был вынужден взимать «немецкий налог» (Alamanikon) со всех провинций для уплаты тяжелой дани. Но о чем нельзя не сказать, так это об открытом протесте Анны Комнины, императрицы и хрониста, которая еще в XII в. заявила о претензиях, которые в будущем византийцы выдвинут против Запада. В их представлениях франки (собирательное имя всех западных христиан) были примитивны, некультурны и агрессивны; это были поистине варвары, и не могло быть никакого сравнения между ними и утонченным и интеллектуальным миром Византии и миром ислама. Их христианство было суеверным и неистинным, засоренным всякого рода ересями. Весь Запад был апостасийным, далеким от Христа и истинной культуры. В Византии, в ответ на военное превосходство врага, родился миф о «растленном Западе» и сформировалась атмосфера холодной войны. Восточная церковь постоянно отправляла миссионеров и группы пропагандистов на Балканы, в Египет и на Ближний Восток, которые в унисон византийским дипломатам говорили о греховности Запада. «Запад выступает за войну и угнетение, он неизлечимо болен, от него исходит зараза; Рим – Западный Рим – это Вавилон, мать всех пороков».
С падением Константинополя в 1204 г. во время Четвертого крестового похода настал поворотный момент. Разделение единой церкви на Восточную и Западную официально произошло в 1054 г., но только теперь простой народ Восточной церкви в полной мере осознал этот факт. Это был непреодолимый раскол, который, несмотря на переговоры отдельных византийских императоров с Римом о воссоединении, все более углублялся. Следует кратко остановиться на истории этой схизмы, поскольку она продолжает оказывать влияние на разделение современной нам Европы.
Правило 28 Халкидонского собора (451 г.) гласило, что епископы Рима и Константинополя имели равные права; папа имел лишь чисто номинальное почетное первенство. «Экуменический патриарх» в Константинополе (этот титул встречается в посланиях VI в. и присутствует на печатях после 1054 г., и только со второй половины XII в.
