Потом Сэнди вручил мне подарок на день рождения. Это был маленький сверток, завернутый в бумажный платок. Открыв его, я обнаружила внутри чудесное рубиновое ожерелье! Сэнди надел мне его на шею, и я тут же пожалела, что рядом нет зеркала. Я не смогу носить эту вещь дома, потому что мама наверняка заметит и спросит, откуда она. Никогда еще у меня не было такого замечательного украшения!
Потом мы перешли к более неприятным вещам. Сэнди знал, что днем раньше папа застрелил одного немца, а второй умер несколькими часами позже, так и не придя в сознание. На самом деле, сказал нам Бад Хьюитт, этого парня убил не кабан. Он напал на беглеца, и тот, спасаясь, упал со скалы и разбил себе голову. Если честно, мне трудно было разобраться в собственных чувствах. Я не из тех, кто радуется чьей-то смерти, но если кто и заслужил ее, так эти двое парней!
В общем, Сэнди знал о том, как они умерли. Чего он не подозревал – так это того, что именно пытался проделать со мной Майлз. Я чувствовала, что Сэнди должен знать, хотя и не собиралась сообщать ему все эти постыдные подробности.
Мы зашагали вдоль берега, и я рассказала Сэнди, как проснулась той ночью, думая, что это он лежит рядом со мной. Но на самом деле там был Майлз. Сэнди просто разбушевался. «Вот ублюдок! – повторял он вновь и вновь. – Чертов сукин сын!» Я еще ни разу не слышала, чтобы он так ругался. Окажись там в этот момент Майлз и Уинстон, он бы точно убил их голыми руками. Чтобы хоть как-то справиться со своим гневом, Сэнди принялся швырять в воду камни и щепки.
Отбушевав, он усадил меня на песок и крепко обнял. «Жаль, меня там не было, – сказал он. – Как же ты, должно быть, испугалась!» И в этот момент я расплакалась. В итоге я рассказала Сэнди обо всем. Пока я говорила, все тело у него напряглось так, будто еще немного – и он взорвется. Я говорила, а сама плакала. Я и не знала, что во мне скопилось столько слез. Мне пришлось рассказать Сэнди, какой грязной я чувствовала себя потом, как яростно терла себя в ванной, пытаясь смыть следы его прикосновений.
Когда я закончила, Сэнди не проронил ни слова. Пришлось даже спросить его, о чем он думает.
– Теперь я точно знаю, что люблю тебя, – заявил он. – Я и раньше думал, что влюблен, но то, что я чувствую сейчас… как я переживаю из-за того, что случилось… Выходит, я и правда тебя люблю.
– И я люблю тебя, – сказала я. В тот момент я чувствовала себя по-настоящему счастливой.
– Первый раз у тебя должен быть с тем, кто тебя любит, – продолжил Сэнди. – С тем, кто сможет позаботиться о тебе.
Раньше я и помыслить не могла о том, что смогу заняться сексом в пятнадцать лет. Мне казалось, только распущенные девицы способны пойти на такое до брака. Но я до того влюбилась в Сэнди, что мне стало все равно.
– Думаешь, я слишком мала для этого? – спросила я.
– Да уж, – ответил он со смешком. – Но я хочу тебя. Хочу, чтобы ты забыла те неприятные ощущения, которые испытала прошлой ночью. Хочу, чтобы ты чувствовала себя совсем иначе после занятий любовью с тем, кто тебя любит.
Честно говоря, я не очень-то знала, что мне теперь делать. У меня были весьма смутные представления о том, что происходит в такой момент между мужчиной и женщиной. Общие представления – и только.
– Но я не знаю как, – призналась я.
– Зато я знаю, – с улыбкой ответил он. – И этого вполне достаточно.
Я повернулась, чтобы поцеловать его, и тут же почувствовала, что он весь сгорает от желания. Он ласкал мою грудь, но через куртку, так что я практически ничего не чувствовала. Мне хотелось сорвать с себя эту куртку, но Сэнди вдруг отстранился.
– Не сейчас, – сказал он. – Это не самый удачный момент. Мне еще нужно закончить обход, и я не хочу разрываться между тобой и своими обязанностями. К тому же здесь очень холодно, и ты запросто можешь простудиться. Вдобавок ты пока не оправилась от того, что произошло с тобой прошлой ночью. Не хочу, чтобы одно событие наложилось в твоем сознании на другое.
Конечно, Сэнди был прав, и я была признательна ему за то, что он вовремя остановился. Поцеловав его на прощание, я поспешила домой, а Сэнди продолжил патрулировать пляж.
Я шла домой по темному лесу, не испытывая ни малейшего страха. Да и чего мне бояться? Те негодяи уже мертвы, а я влюблена в самого чудесного человека на свете!
23
Склонившись над плечом Уолтера Лискота, Джина подлила в чашку, стоявшую рядом с шахматной доской, еще кофе. Разумеется, он щедро разбавит его молоком. И все-таки Джина не понимала, как можно пить столько кофе и не бросаться потом на стены. Впрочем, она заметила, что руки у Брайана и Генри слегка дрожали, когда старики передвигали шахматные фигуры. Раньше она списывала все на возраст. Не исключено, однако, что виной всему был этот крепчайший напиток.
Джина положила руку на плечо Генри, который сидел напротив Уолтера.
– Ты же придешь сегодня к нам на ужин? – спросила она. Раз в неделю, по средам, Генри имел обыкновение ужинать в доме смотрителя. Неделей раньше Джина уклонилась от общей трапезы, поскольку не хотела нарушать семейную атмосферу. Но теперь ей было ясно, что она не будет выглядеть за столом посторонней.
– Разумеется, – ответил старик. Он играл, и весьма успешно, против Уолтера, в то время как Брайан коршуном наблюдал за их ходами.
– А что, ты сегодня готовишь?
– Именно так, – сказала она. – Я собираюсь приготовить вам пару индийских блюд.
– Индейских блюд! – воскликнул Брайан Касс. – Так ты, милочка, собираешься жарить мясо бизона?
– Ее зовут Джина. – Уолтер с привычным уже раздражением покачал головой, но Джина только рассмеялась.
– Не индейских, Брайан, а индийских, – заметила она.
– Для этого парня будет слишком остро, – Брайан ткнул в сторону Генри крючковатым пальцем.
– Я сделаю помягче, – пообещала Джина.
– Мне не нужно помягче. – Генри явно разозлило замечание друга. – Я съем все, что ты приготовишь, детка.
– Эй, Джина!
Повернувшись, она увидела, что Брок машет ей рукой от бильярдного стола.
– Принеси нам еще по кружечке, – кивнул он на компанию своих дружков, которые стояли рядом.
– Одну минутку, – ответила она. Смена ее уже заканчивалась, так что она передаст заказ следующей официантке. После того случая с деньгами Джина старалась не обслуживать Брока. Вчера он пришел в ресторан, похваляясь еще одной татуировкой – изящно прорисованной черепахой, которая расположилась слева от русалки. И Джина не могла не задуматься о том, уж не на ее ли деньги он сделал этот рисунок.
Она вновь повернулась к Генри, который ждал, пока Уолтер сделает свой ход.
– Клэй просил меня прихватить тебе из библиотеки пару книжек, – сказала она. – Ты, кажется, любишь все загадочное?
– Детективы, – кивнул Генри. – Больше всего мне нравится… – он прищелкнул пальцами, пытаясь вспомнить имя.
– «А» – значит алиби», – подсказал Уолтер.
– Я поняла, о ком вы, – кивнула Джина, хотя имя автора в этот момент тоже вылетело у нее из головы. – До какой буквы ты дошел?
– Я читаю не по порядку, – рассмеялся Генри. – Да это и неважно. Я могу повторно прочесть ту же книгу, даже не вспомнив, что уже заглядывал в нее.
– Ну ладно. – Джина легонько сжала его плечо. – Я прихвачу тебе пару историй.
– Спасибо, – улыбнулся Генри.
– Принести вам что-нибудь перед тем, как я уйду? – спросила она.
– Хочешь сказать, твоя смена заканчивается? – Уолтер на миг отвлекся от игры.
– Да, сэр. И мои ноги просто счастливы.
– Зато мы не очень-то счастливы, – заметил Брайан. – Никто здесь не наливает кофе лучше тебя.
Джина рассмеялась. Ни разу еще не получила она от них чаевых. Да она вообще сомневалась в том, что они оплачивали весь свой кофе, изредка перемежаемый пивом. Тем не менее старики быстро превратились в ее любимых клиентов. Вместе с ней они переживали из-за неудачной беседы с Алеком, поражаясь тому, что он отказал в просьбе «такой славной и красивой девушке». На редкость милые старички. Неужели и они в молодости были такими же ничтожествами, как все ее знакомые мужчины? Единственное исключение она делала для Клэя, чья доброта по отношению к деду бывшей жены позволила ей возродить веру в мужской пол.
Джина уже снимала фартук, когда в ресторан вошел Кенни Галло. Заметив ее, он помахал рукой.
– Привет, Джина, – прислонился он к стойке возле кассы. – Ты уже уходишь?
– Да. – Она аккуратно свернула фартук, предварительно убедившись, что чаевые надежно спрятаны в кармане.
– Посиди со мной, – предложил Кенни, кивая в сторону пустого столика. – Выпей колы или кофе.
– Спасибо, Кенни, но я… – Внезапно она заметила название фирмы, вышитое у него на кармане рубашки: «Морское строительство «Галло».
– Ты там работаешь? – указала она на надпись.
– Это моя фирма, – заявил Кенни с нескрываемой гордостью. – Ну же, – вновь кивнул он в сторону столика. – Всего лишь минутку. Я не кусаюсь.
