дернул Регу за ворот. Секретарь, не ожидавший этого, потерял равновесие и, нелепо хватая воздух руками, завалился набок и упал.
Ударившись головой об острый угол стола.
Визг Марии перешел в ультразвук, кубинцы вырубили последнего охранника и скользнули в кухню и дальше по дому…
Задребезжал звонок, от ворот донеслось сакраментальное «Откройте, полиция!»
И тут очухался Перон.
— Молчать! — громыхнул он на жену.
Мария послушно оборвала вопль на середине и соскользнула в обморок.
Вернулись кубинцы и притащили камердинера, трясущегося повара и полуобморочную горничную.
— Уходите! — скомандовал генерал Васе и кубинцам, и подкрепил приказ повелительным взмахом в сторону окна, а затем молча вызволил камердинера из рук кубинцев:
— Рамон, выйди к воротам, скажи что у нас все в порядке, просто уронили поднос с сервизом, сеньора сильно испугалась. Только поправь одежду.
Вася бросил последний взгляд — две женщины в невменяемом состоянии, с ними повар, раненый охранник скрючился на полу, еще трое мешками лежат вокруг, один только генерал суров и непоколебим.
Вася еще успел повернуть тело Реги — висок проломлен, не жилец.
— Н-да, так себе из него провидец… — поднял касик взгляд на Перона.
— Уходите, немедленно!
Из ворот дома на улице Попине с быстротой на грани приличий выкатилась машина. На месте остались только двое оперативников Пинейро, которых должны забрать «электрики».
— Сейчас на Стефенсон, там меняешь документы, — повторил детали запасного плана Энрике.
— Сейчас на рю де ла Боти, я забираю семью, — отрезал касик. — Документы передашь в посольство в Бельгии.
Через полчаса он взлетел по лестнице на второй этаж. То ли вид касика не подразумевал возражений, то ли он сумел сказать про отъезд таким тоном, что никто не рискнул даже переспросить, но Исабель и Пакита молча покидали в два чемоданчика вещи, схватили завернутую в одеяльце Уаску и погрузили все вместе с коляской в машину.
Исабель, поцеловав на прощанье Пакиту, уселась с дочкой сзади.
За первые полчаса дороги Вася успел выслушать тонну упреков, понемногу успокоить Исабель, и разговор в конце концов свернул на то, как жить дальше. И как управлять разросшимся бизнесом с Кубы. Черт, как хреново, что нет интернета или хотя бы факса… Но «Фирма «Героический Партизан», действующая с Кубы — это куда лучше ее же, действующей из Парижа.
Судя по тому, что полиции и жандармерии на дорогах торчало не больше обычного, в Париже пока все спокойно, однако расслабляться все равно не следовало — впереди пусть и символическая, но граница. На заправке Исабель покормила Уаску и по Васиной просьбе купила атлас дорог Франции, сам он свой кривой французский предпочел не светить. Полистав карты, касик определился с выбором места перехода и снова сел за руль.
Мысли вместе с километрами текли стремительно, думалось в основном о перонизме — феерической смеси популизма, союза с криминалом, вождизма, социалистических практик и буржуазной экономики, приправленных сверху латиноамериканским карнавалом.
Ну что же, теперь Перон, с трупом Реги на руках, к правым не пойдет, и это можно засчитать в плюс. В минус же — что никаких твердых договоренностей не достигнуто, но есть шанс снова вытащить экс-президента на Кубу и там докончить начатый разговор…
Через три часа узких шоссейных дорог, под тихое сопение Уаски, они пересекли неохраняемый пограничный ручей по мостику на проселке и уже в темноте въехали в Брюссель.
Еще через час семейство Амару Кордоба приняли и разместили в кубинском посольстве — Исабель и дочку уложили спать, а Вася отправился на узел связи.
Пинейро затребовал срочную эвакуацию на Кубу, но французская полиция, похоже, спохватилась и принялась разыскивать «неизвестных, причастных к убийству охранника экс-президента Перона» — смерть Реги генерал, видимо, сумел выдать за несчастный случай. К тому же, французы уже разослали ориентировки в ближайшие страны, с упором на контроль действий кубинских дипломатов, а поскольку ни Пинейро, ни Васе, ни тем более Фиделю международный скандал нафиг не сдался, нужно искать новые варианты. И если Исабель и малышку отправить можно без проблем, то что делать с Васей, пока неясно.
— Связь с Боливией есть? Пусть выйдут на контакт с Моссадом.
— Зачем? — удивился местный резидент.
— Евреи нам должны, они не откажутся помочь.
Глава 13 — Cuba si, yankee no
«Грумман Гольфстрим» армии США слегка накренился на левое крыло и Фрэнк оторвался от бумаг, заставив себя поглядеть в иллюминатор — он не любил летать над морем. Упасть-то можно везде, но в море хрен соберешь останки для похорон. Странная фобия, надо бы сходить с ней к психоаналитику.
Далеко внизу, в голубых волнах залива изогнулся хвост зеленой ящерицы-Кубы — его-то и огибал самолет. Интересно, а отсюда залив Свиней виден? Всю тогдашнюю эпопею Фрэнк провел на островах Сисне, откуда на Кубу вела трансляции «оппозиционная» радиостанция. Ну да, построена на деньги США еще во времена кризиса в Гватемале, оборудование американское, зарплаты американские, программу утверждают американцы, но формально все чисто: вещают эмигранты, противники Кастро.
Эйзенхауэр тогда требовал свергнуть Кастро, но чтобы не была видна рука Америки. Фрэнк еще сомневался, что такое возможно — ведь был же толковый план с высадкой десанта, провозглашением временного правительства и обращением за военной помощью к США. И ведь никакого Вьетнама еще не было, в Сайгоне болталась от силы тысяча советников, а не полмиллиона солдат, как сейчас! Зассали, тупо зассали. Бригада морпехов — и бородатых вымело бы к чертям собачьим!
Майкл, между прочим, тогда так и говорил — готовить надо не пятьдесят диверсантов, а две-три бригады и сам натаскивал антикастровских партизан в Панаме и Гватемале. Кстати, надо бы узнать, нельзя ли привлечь кого-нибудь из них к делам в Аргентине… Родригес, помнится, даже вошел в штат Фирмы, но попал под раздачу вместе с Майклом. Но ведь он был не один? Чертова секретность, ни черта неизвестно, подразделения занимаются одним и тем же, но не знают, что делают рядом!
Фрэнк оторвался от овального иллюминатора и еще раз оглядел соседей — вместе с ним летели армейские офицеры. То есть это он летел вместе с ними, его приняли на борт десятым пассажиром в качестве любезности.
В задних рядах тихо переговаривались четверо майоров, в передних работал с бумагами трехзвездный генерал Хол Дженнингс, только-только назначенный на пост главного врача армии США, справа через проход корпел над стопкой документов полковник, тщательно прикрывая столик от взглядов проходивших мимо.
Не иначе, коллега-разведчик. Может, перекинуться парой слов? Хотя сейчас куда важнее поговорить с экономистом — судя по тому, что происходит сейчас
