Илья. Просто Степан, если вас не затруднит, — он не ждал моей реакции. — Прежде всего примите моё восхищение. Мы с коллегами видели то невероятное побоище, что вы оставили в доме госпожи Цацкиной.
— В чьём доме? — не понял я.
— Госпожи Цацкиной. Хозяйки дома по улице Узкая. Деревня Посадниково.
Он не сводил с меня взгляда. Помолчал пару секунд и продолжил, так же изучая реакцию:
— Арендован дом был несколько недель назад на имя Олега Викторовича Дружинина. Умершего в прошлом году в Иркутске.
Ни тени улыбки или же злорадства. Подготовились гости, подготовились.
— Неожиданно, да? — вдруг спросил Варанов. — Вы совершенно точно не проходили мимо той заварушки. Мы нашли неопровержимые доказательства вашего там проживания. Кто же оформил такую странную сделку? Учитывая, что вам семнадцать лет и, вы, по-хорошему, по сей день должны совершать любые действия через официального опекуна, которого у вас, конечно же, нет. Я про легальные пути, разумеется. Подскажете имя вашего благодетеля?
Врать тут уже бесполезно. Я у них как на ладони. Все трое внимательно наблюдали за мною, а мне и сказать было нечего. Как меня утомила моя беспомощность в отношении с властными структурами. Они должны подчиняться мне, а не я должен лавировать между ними! Безмерное безвременье. Как выкручиваться из этого?
— Расслабьтесь. Мы здесь не по этой причине, — очень тепло и будто бы по-дружески улыбнулся Варанов. — Эти ваши невинные шалости никак не влияют на дела государственные. Даже ваша очевидная связь с ведьмовским знанием. Пусть этим занимается Первая Церковь. Канцелярии же это не интересно. Мало того, Канцелярия может предложить вам защиту от особой ретивости священнослужителей. А также некоторую помощь, если вы согласитесь с нами сотрудничать, конечно.
Он задумчиво постучал кончиком пальца себе по носу:
— Возможно сейчас вам это не слишком важно, пока ваш возраст на вашей стороне, но в сентябре вы, если не ошибаюсь, вступаете в серьезную жизнь, и внимание к вам изменится, Илья. Быть взрослым очень непросто, уверяю вас.
— Я не очень понял про сотрудничать, — я повернулся чуть поудобнее. — Что вы имеете в виду?
— Это несложно. Нам нужен Бек, — со смущенно извиняющимся видом развёл руками Варанов. Мол, простите за банальность. — Вы сейчас для него как мясо для осы в жаркий день. Мы же хотим, чтобы мясо лежало там, где нам надо, чтобы прихлопнуть раздражающую хищницу, а не бегать за нею по всему лесу.
— Ловите на живца? — констатировал очевидное я. Но с такими ребятами иногда лучше уточнить.
— Да, Илья. Он от вас уже не отстанет. Первое покушение прошло так себе, и это можно было списать на самоуверенность исполнителей. А вот то что вы устроили у Цацкиной…
Он закатил глаза с видом, словно вспоминал вкус лучшего блюда в своей жизни. Выдержал паузу и продолжил:
— Три убитых кровоманта, это невероятный результат. Совершенно не понимаю каким образом вам это удалось. Мощь големов, которые вы использовали, недостаточна для такой сокрушительно победы. Помощь недавно получившей дар Елизаветы Весельниковой со счетов не сбрасывается, но этого слишком мало. Но так оно и вышло. Впечатляет!
Варанов покосился на товарищей:
— Ну правда же, впечатляет да?
Ответом были равнодушные кивки. Асессор же уточнил:
— Ведьмовские чары мы нашли только на ловушках, и больше участия неизвестная нам отступница в битве не принимала. Поэтому пока я не понимаю как вам это удалось. Но! — он поднял руки, спеша сменить тему и будто защищаясь от моих возражений. — Мне это и неинтересно. Просто хотел чтобы вы знали о наших интересах. Так что, кратким итогом, да, вы будете живцом.
— Но я, ваше высокоблагородие, и вчера был живцом. Насколько безопасно повторять этот опыт? Насколько безопасно это мне.
Он сокрушённо вздохнул, хлопнул ладонями по коленям:
— Вы абсолютно правы. Возникла некоторая сложность. Бюрократические проволочки. Горизонтальные связи в таких местах часто обеспечивают колёсам внушительные палки, а не посильную помощь, уж простите за ещё один образ.
Глаза-то у него были холодные-холодные, пусть и кривлялся асессор. Но вот только он с таким же видом, уверен, будет как загонять иголки под ногти жертве, так и катать любимую дочурку на карусели. Мне не хотелось его злить. И это злило уже меня!
— Очень путано объясняете, — вздохнул я. — Очень клонит ко сну.
— Вчерашняя… Назовём её бойней, вы не против? Да, пусть будет бойня, — согласился сам с собой Варанов. — Вчерашняя бойня результат того, что вы были живцом в непредсказуемом месте. Когда ловят хищника, то делают это там, где надо охотнику. При вашем согласии нам помочь детали организованной засады мы возьмём на себя. Нам нужны живые исполнители, а не груды трупов. То что вы устроили в доме Цацкиной… Такого повториться не должно, понимаете?
Мои глаза полезли на лоб. Ничего себе рекомендации на тему «как спасти свою шкуру». И почему бойня?Я ж людей жалел! Убивал по необходимости только. Кучу бойцов только вырубил.
— Что значит «повториться не должно»? — тихо уточнил я.
— Вы убили всех нападавших, Илья Александрович. Это затрудняет работу дознавателей. Мы же хотим найти Бека?
Какого лешего? Кровоманты вырубленных штурмовиков высушили? Или големы Рррупи доели?
— Никто из них бы хозяина всё равно не выдал, — покачал головой я, сев на кровати. Спина ответила болью, от чего дыхание перехватило. — Там… всё продумано. Амулеты…
— Да, мы знаем, — отмахнулся Варанов. — Уже изучили. Канцелярия разберётся с этим. Главное, получить нападающих живыми. Это очень облегчит дело. Вы же, Илья Александрович, свидетелей не оставляете. Простите, но так мы зло не победим.
— Прошу прощения, ваше высокоблагородие, а как я должен буду защитить себя и своих близких? Красиво умереть, ожидая пока подмога горизонтальные связи обеспечивает?
На лице Варанова появилось раздражение. На миг, но я заметил.
— Достаточно просто делать то, что мы попросим, и не вылезать. Остальное берём на себя.
Он снова стал милым и добрым парнем:
— Илья Александрович, поверьте, вы и не заметите назойливого визита, если согласитесь сотрудничать. Если же вдруг, внезапно, до вас кто-то доберётся, то действуйте. Я попрошу моих людей смотреть в другую сторону. Быть другом Канцелярии лучше чем оказаться её врагом.
Тут даже спорить не хотелось, но и соглашаться на кота в мешке тоже не хотелось.
— Можно чуть больше деталей, ваше высокоблагородие?
Он довольно цокнул
