вполне себе актуальная штука.
Глава 14
— Добрый день, как бы мне проехать? — спросил я в интерком расположенный на массивных чугунных воротах. Забор вокруг моих владений был метра три, не меньше. И ворота в них оказались соответствующие. С витых железных прутьев были убраны все гербы (а следы от мест, где раньше красовались родовые знаки Феоклистовых я видел).
— Добрый день, — немедленно ответил дребезжащий голос. — А вы к кому?
Пахло цветами и летом. Красивая Лиза сидела в машине, высунув изящную руку в окно. В своё широкополой шляпке и солнечных очках она казалась моделью с рекламы автомобильных путешествий! Дорога, железный конь и лёгкое летнее платье-сарафан на молодом прекрасно сложенном теле. Не хватало только номера телефона, мол, звоните скорее и будете такими же счастливыми.
— Меня зовут Илья Александрович Артемьев! — представился я интеркому.
— Ой… Сию минуту, ваше Благородие! — торопливо сказал голос.
Замок на двери страшно лязгнул. Створки с низким гулом поползли в стороны. Я же вернулся к машине и заехал на территорию усадьбы, во всю озираясь.
Неподалёку от ворот стояла будка охраны, и оттуда вылетел растрёпанный мужчина лет пятидесяти. Он торопливо накинул пиджак, оправил его и зашагал ко мне, путаясь в развязанных шнурках. Чуть не упал, спешно зашнуровался и припустил ко мне.
Я ждал его в машине, с интересом оглядывая свои новоиспечённые владения.
Усадьба Феоклистова, а теперь по всем документам усадьба Артемьева, стояла на вершине пологого холма, поросшего изумрудного цвета травой. Петляющая асфальтовая дорога, обрамлённая берёзами, вела от ворот до стоянки. Осенью должно быть очень красиво. Сейчас тоже весьма привлекательно
— Ваше Благородие, я Кузьма Богданов! — загудел мужичок. — Охрана ваша, ваше Благородие! Рад, значит, приветствовать!
Персональная охрана! Дорос, Илюша. После дружин из демонов высокого ранга — такой вот защитник был немой насмешкой судьбы. Особенно такой. Кузьма занервничал от моего изучающего взгляда, но справился с собой и насупился сурово и уверенно. Мол, уже бдит.
Интересная ситуация у меня вырисовывалась. Зарплату ему и прочей обслуге платил Феоклистов. Очень удобно, с точки зрения экономии, но с другой стороны, люди которые тебе служат, не должны кормиться из других рук. Особенно охрана.
Впрочем, с этим я разберусь когда придёт время. С мелким жульём Кузьма справится, а те кто повыше рангом…
С теми пусть разбираются засадные полки Тайной Канцелярии. Хе-хе.
— Госпожа Артемьева, — заглянул в окошко Кузьма.
— Госпожа Весельникова, —поправил его я. — Мы не женаты.
Лиза наигранно тяжело вздохнула. Вот ведь зараза!
— Ой, простите. Простите, — стушевался мой начальник охраны. Я протянул ему руку:
— Приятно познакомиться, Кузьма! Ты же из местных, да?
— Да, с соседней деревни. С Варапаново я. Здесь ещё при старом хозяине мой отец служил, теперь я.
Я со значением покивал. Потомственный, значит. Так часто в усадьбах случается. Особенно в домах с историей. И то, что возвышалось на холме, определённое не новострой.
— Доброй службы, Кузьма.
Он поклонился, а я покатился по дороге к усадьбе. Это было огромное трёхэтажное кирпичное здание, отделанное серым камнем с двумя остроконечными башенками и большой пристройкой для прислуги. Оно утопало в зелени и будто бы его не построили здесь, а вырастили среди деревьев. Очень уютное местечко.
Впечатляет. Я как-то не задумывался, насколько лихой подарок мне подогнал Феоклистов. Нормально он деньгами разбрасывается. Мне страшно представить сколько стоит этот дом… И это без земли…
Машина выехала на большую площадь, с работающим фонтаном посередине. Мощённая камнем дорожка вела к дверям в особняк, возле которого уже стояло двое человек. Мужчина в чёрном фраке и нарядная полная женщина, в белом переднике.
Ёжкина кошка, как тут всё серьёзно! Как в лучших аббатствах Даунтона!
Мы остановились рядом с ожидающими нас людьми. Слева кто-то вынырнул, открывая дверь. Я едва не разрядил в его контур силу, но удержался. Мне услужливо и приветливо улыбался молодой парень в скромном костюме:
— Прошу вас, господин!
Я со значением посмотрел на Лизу, мол, смотри как мы теперь живём, и выбрался из машины. Обогнул автомобиль и галантно открыл дверь перед девушкой. Леший его разберёт как правильно, но где-то я видел что это считается вежливым. Эти манеры окружающих на меня, определённо, влияли. Хоть и хотелось с вредным видом сморкнуться в пальцы посреди такой чопорности. Но вредность надо держать в узде.
Лиза вышла из машины с очень важным видом. Осанка идеальная, подбородок вздёрнут, ну чисто подиумная дива на ковровую дорожку выходит. Даже не знал, что она так умеет. И не скажешь, что учила бестолочей в интернате. Держится так, будто за её плечами уже сотни приёмов и тысячи часов по этикету.
Я откровенно залюбовался: хороша, хороша бывшая учительница.
Парень в костюме открыл багажник и выгрузил наши вещи на специальную деревянную подставку.
— Доброго дня, господин. Я Клаус Игнатьевич Бреннер! — степенно представился мужчина во фраке. Видимо ещё один обрусевший немец, пусть и не до конца. Лысеет уже дядька, нос здоровенный, но очень ему идёт. Может даже и греческая кровь в жилах течёт. Очень важный человек. Рядом с ним даже мне было как-то неловко, что я в футболке и бриджах.
Причём на футболке нарисован котёнок с широкой улыбкой. Под рисунком пестрело короткое «Гав!». То есть совсем несерьёзно и неподобающе я выглядел. Клаус Игнатьевич, убеждён, с удовольствием оттаскал бы меня за ухо.
Если бы я не владел всем этим великолепием.
Машина за моей спиной тронулась с места, и я обернулся готовый разить и уничтожать угонщика.
— Николай поставит ваш автомобиль в гараж, — степенно сообщил мой дворецкий. — Если у вас нет других планов.
— Уже, видимо, нет.
— Позвольте представить вам Софию Петровну Ковальски. Лучшая экономка из тех, что я знал за свою скромную жизнь.
Улыбчивая женщина присела в реверансе.
— Безумно рада вас видеть, господин. Девочки сейчас готовят вам спальню. Если бы я знала хотя бы минут за двадцать о вашем приезде, то всё бы…
— Софья Петровна! — сурово одёрнул её Клаус Игнатьевич. — Молодые господа сами распоряжаются своим временем и не отчитываются ни перед кем!
— Ой, да я и не хотела… Комнаты скоро будут готовы, простите.
— Больно вы суровы, Клаус Игнатьевич, — вмешался я. — Я просто не знал куда звонить, поэтому оказался внезапен. Не будьте так строги к Софье Петровне.
Экономка посмотрела на меня
