— Сьере граф, добрый вечер.
Здоровается со мной Урм. Я склоняю голову, присаживаюсь на оставленный мне сундук, снимаю с рук перчатки. В отличие от большинства, я в обычной одежде. Лишь меч на боку, под которым висят вторые ножны короткого клинка. Герцог поднимается, затем берёт в руки свиток и начинает читать:
— Сегодня мы потеряли восемьсот человек. Их них убитых — триста сорок три. Остальные ранены. Тех, кто встанет — меньше ста. Прочие умрут. Так объявили лекари империи…
Кто-то не выдерживает:
— А им можно доверять?! Не убьют ли они наших раненых специально, чтобы те не задерживали их?
Герцог пожимает плечами:
— Мне приходится им верить. Потому что других лекарей нет. Хотя многие такие будущие мертвецы выглядят достаточно бодро. Но куда их деть?
…Тишина, и тут я открываю рот:
— К моему лагерю сегодня пришло почти двести человек. Это фиорийские солдаты, лорды которых пали сегодня…
Завистливый гул. Ещё бы — отличный способ восполнить потери… Но я обрываю шум одной фразой:
— Но я не могу их взять.
— Почему?!
Дель Суор потрясён. Поэтому поясняю:
— Они просто погубят мой отряд. Не обучены. Не вооружены. Зачем мне смазка для тушурских мечей? У меня нет на них ни еды, ни оружия, ни коней. Отбирать же всё это у своих ленных воинов…
Машу рукой. Тишина в шатре становится осязаемой, кое-кто уже посматривает на меня с ненавистью. Идиоты…
— Поэтому я предлагаю следующее, благородные сьере… Сформировать из них наш общий обоз.
…Шевеление. Удивление. Недоверие. Всё приходится разжёвывать. Туповаты, господа феодалы…
— Лошадей и повозки возьмём у тех, кто погиб. Заберём у врага. То же с провиантом. Лекарей можно найти в городе.
— Врагов?!
Самый глупый, наверное. Усмехаюсь:
— Сьере, всё делается просто. За каждого умершего нашего будет вешаться член семьи лечащего. Естественно, после того, как рёсский лекарь даст заключение о смерти.
Опять тишина…
— Ха!
Не выдерживает кто-то, кажется, дель Кесто, то ли барон, то ли баронет:
— Заставить их следить друг за другом? Это будет весело!
Люди оживляются. Я продолжаю.
— Такие оставшиеся будут санитарами. Помогать лекарям, заботиться о продовольствии, для всех, опять же. Заниматься обустройством общего лагеря.
Снова гул, но тут герцог вскидывает руку, и всё прекращается:
— Вы хотите объединить все войска Фиори?!
Гробовая тишина. Отрицательно качаю головой:
— Сейчас — нет. Слишком рано. И мало кто согласится на это. Ведь так, сьере?
Одобрительный гул, подтверждающие кивки. Чуть заметно усмехаюсь краешком губ:
— Хотя, думаю, через тройку — четвёрку таких битв мы придём к этому. Общий обоз. Общая армия. Общее командование. Иначе нас положат поодиночке, сьере. Но сейчас рано. Слишком рано. И поэтому предлагаю сейчас сформировать из солдат, оставшихся без своих лордов общий обоз и лечебницу. Чтобы каждый из раненых, независимо от того, кто его сеньор, мог бы обратиться туда за помощь, и во время сражения знал, что если его ранят, то не бросят умирать, и не добьют, а помогут и вылечат.
Все молчат. Потом дель Суори бормочет:
— Это неслыханно. Никогда ещё лорды не объединялись…
— Поэтому никто не возвращался из Рёко. Смотрите, господа.
Подхожу к стене, где висит колчан со стрелами. Вынимаю одну, тресь! Древко легко ломается в моих пальцах.
— Видите, сьере? А теперь — вот.
Достаю пучок, штук двадцать. Связываю их шнурком, подаю первому, самому здоровому на вид и прошу:
— Сломайте, сьере…
Тот пыхтит, багровеет от натуги, но ему удаётся лишь чуть согнуть их. Сдавшись, передаёт следующему. Очередная попытка — бесполезно. Классический, набитый до оскомины пример… Когда очередной из лордов вместо попытки сломать обречённо машет рукой, поясняю:
— Если мы будем держаться вместе — никто нас не победит. Вы сами видели сегодня. А поодиночке — мы как одна стрела, которую сломает даже ребёнок. У каждого из вас, сьере, есть собственные воины. Свои отряды. Но опять же, каждый из них силён в чём то одном. Вы, сьере герцог — наша конница. Моя, при случае, тоже. У кого — то отличные пешцы. У другого — сильные мечники. Кто — то командует великолепными лучниками. У четвёртого — копейщики, равным которым нет ни в одной стране нашего мира…
…Краем глаза замечаю, что народ начинает приободряться, и даже приосанивается. Всё верно. Немного лести, которую каждый примет на свой счёт, не помешает…
— Поэтому предлагаю, кроме общего обоза, каждому из нас сообщить сьере дель Сауру, который, безусловно, будет главнокомандующим наших воинов, где лучше всего использовать ваш отряд…
Чуть склоняю перед ним голову, Урм на мгновение прикрывает глаза в ответ.
…И во время следующей битвы сформировать построение сообразно сильным сторонам Фиори. Как вы на это смотрите?
Шатёр взрывается скороговоркой голосов, которую перекрывает бас герцога:
— Тихо! По одному! Но сама мысль мне нравится!
Голоса лордов затихают, потом кто — то спрашивает:
— Но мы же здесь не все. Есть ещё куча мелких владетелей с десятком-другим, воинов. Их что, тоже к нам? Я против! Зачем мне те, кто не станет подчиняться приказам, считая, что это ниже его достоинства?
Я поднимаю руку:
— Умные придут к нам сами. И станут делать то, что им прикажут. А глупцы… Есть такое понятие — естественный отбор. Так вот — дураки всегда умирают первыми.
Одобрительный ропот, а я поворачиваюсь к герцогу:
— Сьере дель Саур, до следующей битвы пройдёт не меньше недели. Так что время подумать есть у всех нас. Но насчёт обоза надо думать уже сейчас. Мои люди захватили двенадцать тушурских лошадей. Мне они не нужны, и я готов их отдать в обоз и взять на котловое довольствие двадцать человек.
Снова одобрительный гул. Поднимается ещё один аристократ, с тоскливым лицом, до этого тихо сидевший в углу:
— Я могу выделить пять телег. Всё-равно коней придётся забить — столько транспорта мне теперь не нужно…
Воцаряется тишина.
— А если вы возьмёте тех, кто остался без лордов?
Он задумывается, потом решительно махает рукой:
— Слово сказано. Пять телег. И заберу к себе сорок человек. У меня им найдётся место!
…Возвращаюсь обратно довольный. Первый шаг к нашему спасению сделан. Навстречу мне выходит караульный:
— Сьере граф?
— Всё в порядке. Объяви тем, кто сейчас ждёт за возами, что завтра их пристроят. Пусть не волнуются…
Солдат кивает и исчезает во тьме. Спустя пару минут я слышу радостные крики и довольно улыбаюсь. Скоро Рёко получит по зубам и по мозгам…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
