Катушку покупал он там битфордову. – В имени "Иисус Христос" есть анаграмма: "Сатир Иисуса – террорист". Есть государственный террор, а есть и партизанская война, которую оккупант тоже ведь называет терроризмом. Террор – это всего лишь инструмент войны и всё зависит от того, кто и с какой целью к нему прибегает. Благородный террор камикадзе, разрушивших 11 сентября 2001 года дом стекольщика и террор США в Иране, а теперь и в Сербии – это два противоположных случая, названных одним словом.
ДОКАЗАТЕЛЬСТВО
Видите ли, чтобы преобразиться в Ангела света, Сатана должен был сначала предстать перед своими тайными наблюдателями падшим Ангелом. Судя по этому сонету Борхеса, я слишком успешно сыграл свою роль, и мне печально, что я вдохновил его на такие скорбные стихи.
ДЕЛАТЕЛЬ
Европа – наследница культурной традиции греков и римлян. Культ наготы, доведённый в наши дни до последней крайности, берёт начало оттуда. С него всё началось, а кончилось гомосексуализмом обоих народов и истреблением их языков с лица земли. И это несмотря на их древность и полезность одного языка для всех. Но давайте задумаемся, если всемирный язык необходим, то не справедливее было бы избрать для выполнения этой функции наилучший из языков? Казалось бы, ответ прост: самый древний и богатый язык на планете – русский, должен выполнять ее. Но русский язык одновременно и самый трудный для изучения. А в понятие "наилучший" этот критерий входит как один из главных. Ничего проще испанского языка в мире нет. Ребёнок усваивает его мгновенно. Графика полностью совпадает с фонетикой. У него фиксированное ударение и прекрасные словообразовательные возможности. Он – носитель греко-римкой культурной традиции. Но тогда почему нам навязывается английский? Почему на эту тему не ведут дискуссии учёные? Но научное сообщество всё общается на языке Содома и гордится его знанием. Вот почему я, лингвист, сделавший несколько открытий в филологии, оттуда изгнан.
СОУЧАСТНИК
1
Я продолжу мысль Борхеса: когда я пишу роман, я должен быть каждым из его героев, иначе читать будет неинтересно. Вот так и Бог знает все мысли и поступки не только праведников, но и грешников.
Сократ был демократии вождями приговорён к цикуте… – Идеализация демократии как наилучшего способа правления – давнее заблуждение человечества. Вот формула демократии: мы правы, потому что нас большинство. Но так считать есть распространённая логическая ошибка (хотя она и относится к области этики), сравнимая с другой: после этого, значит по причине этого. После этого не всегда по причине этого, иногда право и абсолютное меньшинство. Демократия без монарха, имеющего право вето на любое решение парламента или конституционного суда (и на них должна быть управа!) обречена на вырождение в диктатуру, потому что караул устаёт. Этим функция монарха в политике ограничивается. Всё остальное время царь должен каждым своим словом и поступком являть образец благородного мужа, любимого народом. Афинская демократия приговорила Сократа к смерти с формулировкой "он развращает юношество". Философ должен был выпить чашу с ядом, под названием "цикута". Кстати, имя обвинителя Сократа сохранилось – им был трагический поэт Мелит. С этой же формулировкой в наши дни и меня упрятали в сумасшедший дом. Дали мне и чашу, в которой было три яда. Смесь называется "калакута". Так что, прав Соломон: нет ничего нового под солнцем.
2
Библия нигде не запрещает самоубийство. Напротив, в ней есть примеры, когда суицид вменялся в воинскую доблесть. Лишь самоубийство Иуды Искариотского служило основным аргументом, осуждающим добровольный уход из жизни. Но даже если бы Иуда был виновен в низменном поступке (а это не так) – предательстве учителя, своим самоубийством он прославил Бога, а значит его за это по меньше мере не следует осуждать. О, если бы все преступники, раскаявшись, поступили так, как Иуда! Ему самоубийство вменено не в грех, а в дерзновение. Суицид запрещён – это базовая норма. Но у неё есть исключения, и самоубийство Иуды подпадает под список оправданных самоубийств. Зачем Иуда покончил собой? Вы понимаете, в Индии до новейших времён сохранился обычай, согласно которому вдова по смерти мужа должна броситься в погребальный костёр и заживо в нём сгореть. Иуда захотел умереть вместе с Христом повинуясь тому же порыву, по какому вдовы Индии бросались на смерть в огонь. Жизнь без Учителя представлялась ему лишённой всякого смысла. Презрение соотечественников и изгнание – вот удел предателя. Иуда знал, на что шёл и так же добровольно жертвовал жизнью, как ею пожертвовал (разве не самоубийственно?!) Иисус. Во второй части содержится объяснение поступка Иисуса Христа на тайной вечери, когда он омыл ноги ученикам, в том числе Иуде Искариотскому. Этим он исполнил пророчество Давида: "Даже человек мирный со мною, на которого я полагался, который ел хлеб мой, поднял на меня пяту" (Псалтирь: 40,10). Иуда поднял на Христа пяту при омовении ног по требованию Иисуса, как, впрочем, и все остальные апостолы. Больше он пяты на Учителя не поднимал ни в прямом, ни в переносном смысле.
3
а Бога лютованье есть мельничного жернова повес на выю извращенцу. – вот Слова Христа, о которых редко вспоминают на проповедях: "А кто соблазнит одного из малых сих, верующих в Меня, тому лучше было бы, если бы повесили ему мельничный жернов на шею и потопили во глубине морской (Мф: 18,6).
ДЕКАРТ
1
В юности я изрёк афоризм, который перифразирует слова Декарта: "Я мыслю, значит я существую". Я сказал: "Я мыслю, значит я не только существую". Так что поэма Борхеса посвящена мне.
2
Борхес перифразирует моё юношеское стихотворение "Сдвиг".
И всё изменится – почти
Забытых дум прикосновеньем
Всё то, что ты с благоговеньем
Считал незыблемым – почти.
Что неизбежно, то пройдёт.
Печаль пройдёт, пройдёт невзгоды,
И ты пройдёшь, как все, сквозь годы,
А неизбежное не ждёт.
Оно не будет ждать и впредь.
Всё ощутимей плоти бремя.
Проходит жизнь. Уходит время.
Теперь смирись. Пора прозреть.
Пора отдать себе отчёт:
Как все, ты должен был родиться,
Чтобы однажды убедиться -
Время не пепел – утечёт.
Что всем нам чистое нельзя,
Незагрязнённое свободой,
Уже отмерено природой,
Когда закончится стезя.
Ты превратишься в то, чем был.
Так, ослеплён своим прозреньем,
Ты вспомнишь дольнее с презреньем,
Кто ненавидит, тот любил.
Жизнь – это медленная смерть.
Поток в жерле исчезновений
Вновь возвратившихся мгновений
Во временную круговерть.
И это жизнь, и если бы
Она была неповторима,
Нас не касалась бы незримо
Печать тоски, клеймо судьбы.
3
В первом катрене говорится о неевклидовой геометрии, открытой Лобачевским.
Над стиховедом маститым молодого льва расправа… – речь идёт о воззрениях на стихосложение профессора Михаила Леоновича Гаспарова (сейчас, наверное, уже академика).
4
Ещё мне снился Автопед с горбом и саркофаг. – читай эпиграмму Арсения Тарковского и мой к ней комментарий в "Деннице". Я видел фото Михаила Сергеевича Горбачева во весь рост в профиль. У него действительно есть небольшой горбик. Присмотритесь!
5
Богемская во сне Елизавета – Елизавета Богемская (1596-1662). Дочь Иакова Стюарта и Анны Датской. Шекспир написал "Бурю" к её свадьбе.
И я к тебе, страна, не без привета пришёл как, праздник… Реминисценция знаменитого стихотворения Афанасия Фета (чья фамилия омофонична французскому слову fete – "праздник") "Я пришёл к тебе с приветом".
6
Но от вселенных я освобождался… – каждый человек – это целая вселенная. Неслучайно в Коране Аллах именуется Господом миров. Поэтому при каждом извержении семени губятся тысячи и тысячи вселенных…
7
Себя вслух признавать не всякий смеет имущим кару, но, стыдясь, немеет. – В этнониме "караим" есть страшная анаграмма: "караем караима раком". Караиму приходится выбирать между двумя интерпретациями этого предопределения. Так вот, раком я был покаран в юности, когда у меня на шее начало расти родимое пятно. Мне удалили его в онкологическом центре, вырезав электроножом. Вот почему князь иудейский никогда не бахвалится, что он караим. Я – исключение из этого правила.
ВЧЕРА
1
В сонете говорится об основном отличие Латинской Америки от Северной, испаноязычной от англоязычной: на Юге курят коноплю, а на Севере пьют виски. Вот почему латинос плодятся как китайцы, а гринго легализуют гомосексуальный брак. Когда моя дочь пришла ко мне, чтобы попрощаться перед эмиграцией в США, последними моими словами (они вырвались непроизвольно!) было пророчество: "Куда ты едешь? Там же будет гражданская война!" Так вот, это будет новая война между Югом и Севером, гетеросексуалами и гомосексуалами. Рим перед падением тоже был самой богатой империей – и что с ним стало?
