Хватит ходить вокруг да около. Хватить играть в игру “Давайте сначала узнаем друг друга получше”. Хватит ее очаровывать. Она оба взрослые люди. Они оба понимают, что происходит. Оба знают, о чем идет речь.
— Хватит молоть чепуху, — сказал он вслух, обхватив правой рукой спинку сиденья. — Я хочу вас. Хочу переспать с вами. Я просыпаюсь по ночам от желания. Я засыпаю с этим желанием. — Не дожидаясь ответа, Нэш наклонился вперед, открыл “бардачок”, нащупал визитную карточку — настоящую визитную карточку — и протянул ее Cape. — Если вам когда-нибудь понадобится… сексуальный партнер, вы знаете, где меня найти.
Он не мог разглядеть ее лицо, только почувствовал, что она напряглась и замерла. Потом она выпрямилась, молча вышла из машины и хлопнула дверцей.
Глядя, как Сара бежит по улице, он улыбнулся. Это была бездушная, бесчувственная улыбка.
Придет ли она к нему?
После того, что он ей сказал?
Вряд ли.
11
Когда Сара вернулась, Донована дома не оказалось. Она пробежала по комнатам, на ходу расстегивая на себе одежду. Наверху она бросила одежду в корзину для грязного белья, натянула на себя пижаму и нырнула под одеяло.
Донован пришел час спустя.
Она притворилась, что спит, и он забрался в постель рядом с ней. От него разило дешевыми духами и виски. Донован не прикоснулся к ней. Не сказал ни слова. “Слава богу, — сказала себе Сара, стараясь дышать глубоко и ровно. — Слава богу”.
Сара не интересовалась ни готовкой, ни украшением дома, ни садоводством. С какой стати? Место, где они жили, точнее, где они ели и спали, не давало ей ни счастья, ни ощущения безопасности. Этот дом был царством Донована, она в нем чувствовала себя чужой. И вообще, это был не дом, а образец фантазии дизайнера. Показуха.
Тем не менее ей удавалось заполнить свои дни работой в магазине и в Фонде грамотности. Сара посещала собрания и мероприятия по сбору средств, но, хотя ей приходилось общаться со многими людьми, она ни с кем не сближалась и не заводила откровенно дружеских отношений. Не дай бог, кто-нибудь пригласит их с Донованом на ужин! Это никуда не годится. Ведь тогда ей пришлось бы послать ответное приглашение.
Но как бы она ни старалась заполнять свои дни работой, воспоминание об откровенном признании Нэша буквально преследовало ее. “Я хочу вас. Хочу переспать с вами. Я просыпаюсь по ночам от желания. Я засыпаю с этим желанием”.
Его слова взволновали и ужаснули ее. Но его последняя фраза стала для Сары ушатом холодной воды.
“Вы знаете, где меня найти”.
Какая наглость!
Она возненавидела его.
О, как она его ненавидела!
Нэш Одюбон действовал по расчету, по заранее обдуманному плану. Его визит в больницу, его визит в магазин — все было частью этого плана. Вечеринка в кегельбане. Он пригласил ее туда в надежде, что совместно проведенный вечер закончится в постели.
А ведь ей бы следовало догадаться, что такие, как он, не проявляют любезность просто так, без дальнего прицела. Он не из тех, кто бывает мил, потому что он мил по натуре. Всю дорогу Сара ломала голову, не понимая, чего он от нее добивается, подозревала, что ему нужна еще одна грязная, состряпанная история для его грязной газетенки. Но ей и в голову не приходило, что ему нужна она сама. “Сексуальный партнер”. Она понятия не имела, что ему от нее нужен секс.
Секс. Вот к чему все свелось. Мужчины используют секс, чтобы завоевывать женщин. Чтобы подавлять их. Чтобы держать в узде.
“Вы знаете, где меня найти”.
Черт бы его побрал, ведь он пробудил в ней симпатию. Сумел ей понравиться. А потом оскорбил ее так, как под силу оскорбить только Нэшу Одюбону. С каким самодовольством, с какой уверенностью в себе он это сказал!
“Вы знаете, где меня найти”.
Какая наглость!
Какая возмутительная, непростительная наглость!
Шли дни. Постепенно злость на Нэша стала рассеиваться в душе у Сары. Время от времени она ловила себя на мысли о том, что он ее хочет, и, как ни странно, эта мысль перестала ее возмущать. Напротив, она улучшала ей настроение, давала почувствовать свою силу и власть, хотя в этом мире у нее не было никакой власти.
Иногда Сара извлекала на свет божий его визитную карточку. Его адрес и телефон она давным-давно выучила наизусть, но все равно смотрела на карточку, проводила пальцами по рельефной надписи, любовалась простым шрифтом без всяких завитушек.
Она никогда ему не позвонит.
Разумеется, она никогда к нему не пойдет, но думать-то об этом ей никто не запрещает. И она думала.
На что бы это было похоже — побыть с ним?
Он будет властным. Требовательным. Он ее напугает. А ей вовсе не хочется пугаться. Нет, она никогда ему не позвонит.
Сара хотела, чтобы Нэш пришел, заглянул в магазинчик. В глубине души она его ждала. В глубине души она надеялась.
Но он не пришел.
* * *
За две недели до Рождества, по пути домой с работы, Сара попросила шофера такси подъехать к редакции “Дырявой луны”. Некоторые окна на третьем этаже были освещены. Какая у него комната? Угловая? Глядя снаружи, трудно было разобраться.
Шофер спросил, не хочет ли она, чтобы он остановился.
— Нет.
Сара дала ему адрес дома, который делила с Донованом, и откинулась на спинку сиденья. Такси скользило в темноте, мимо украшенных к празднику витрин, под натянутыми через всю улицу гирляндами рождественских лампочек. Такси везло ее домой.
Она не хочет Нэша Одюбона, сказала себе Сара. Желание тут ни при чем. Донован убил в ней всякое сексуальное желание, если она вообще когда-либо знала, что это такое. Секс… Для нее это было нечто пугающее, нечто такое, чего она всеми силами старалась избежать. Она это ненавидела всеми силами души.
Так почему же она так часто ловит себя на мыслях о Нэше? Почему воображает себя с ним?
Может, потому, что он об этом заговорил. Может, потому, что он заронил эту мысль ей в голову, признавшись, что хочет ее. А может, она просто вообразила, что прикосновение другого мужчины сотрет пятно, оставленное Донованом?
Что бы ни происходило у нее в голове, в этом не было никакого смысла.
Сара почувствовала, что мало-помалу поддается искушению. Ей необходимо его увидеть. Поговорить с ним. Побыть с ним.
Настал день, когда она решила, что он победил. Она была готова к сделке. Секс в обмен на общение с ним.
В пятницу вечером перед Рождеством Сара привела свой план — жалкий план, надо признать, — в исполнение.
— Мне нужно сделать кое-какие покупки перед Рождеством, — сказала она Мириам.
Весь день они угощали своих постоянных клиентов горячим сидром и пончиками. К вечеру магазинчик совсем опустел.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
