было, но не успело его имя стать звуком, он обхватил мою шею.
— Ты меня не поняла?! – рыкнул и подтащил меня к своему паху.
Коленками я проехалась по грубому ворсу ковра. Схватилась за джинсы Алекса. В последний раз я попробовала пробиться через его отстранённость – ничего. Ничего, ни единой эмоции.
Дрожащими руками принялась расстёгивать ремень джинсов. В голове гудело, понять, что происходит, было мне не под силу.
— Так бы сразу, — когда я, дёрнув вниз застёжку ширинки, высвободила его член, Алекс погладил меня пальцами по затылку. – Видишь, как всё может быть просто.
— Что происходит? — беззвучно, одними губами.
Я ошиблась. Сейчас, стоя на коленях перед Алексом и глядя на него, способного на всё, я понимала, что именно таким он был всегда. В тот день, когда я впервые встретила его, он был именно тем, кем был сейчас – Сильвером. Безжалостным хозяином жизни с серебристой сталью в непроницаемом взгляде. Смертоносным снежным барсом, жертва которого имеет право дышать, пока это ему не наскучит. Неужели я сама позволила себе обмануться? Сочинила сказку и поверила в неё, не желая видеть действительность?
— Кто ты? Ты…
Он крепче сжал пальцы у меня на шее. Это напомнило прошлое – одно движение, и мне придёт конец. Стоит ему захотеть, он лишит меня не только воздуха, но и жизни. Как любую из своих жертв.
Сглотнув, я высвободила его член. Обхватила пальцами, напряжённый и твёрдый. Алекс с шумом втянул носом воздух. Поглаживал меня вдоль позвонков, только лаской это не было – предупреждением, а может быть, даже угрозой.
Взяв в руку, я провела по всей длине. Склонилась и взяла в рот самую головку. Облизала и выпустила. Несколько раз провела рукой вперёд-назад, задевая взбухшую вену.
За дверью слышались голоса. По примитивному грубый мужской смех, не позволяющий мне отрешиться от реальности ни на миг. Глухо заурчав, Алекс до конца спустил халат с моих плеч и сгрёб в горсть волосы. Я хотела видеть его, хотела заглянуть в его лицо, но только сделала попытку отстраниться, он толкнул меня на себя.
— Надеюсь, тебя не надо учить? Вас сказал, ты у нас не девочка. Должна знать, что такое член и яйца.
— Сукин сын, — прошипела я сквозь зубы. Пальцами впилась в его бедро что было силы и дёрнулась назад. Всё-таки вскинула голову. Наткнулась на презрение, искривившее самый уголок его губ, на угрожающую серебристую сталь со всполохами гнева.
— Сейчас договоришься, — пальцы на шее стремительно сжались. Я вскрикнула от внезапности и испуга. Алекс зловеще оскалился и, держа за шею, поднял меня с пола.
— Ещё одно слово, и ты пойдёшь по кругу, малышка, — процедил он. – Я разве не сказал тебе, что мне нравится, когда меня слушаются и молчат? Знаешь, почему я люблю молчание, Берта?
Меня трясло от страха. Когда-то очень давно я боялась Алекса, но совсем забыла, как это – чувствовать перед ним страх. Сейчас вспомнила. Не только нашу первую встречу, не только ощущение близкой беды, но и всё, что было между нами за эти годы. Сильвер… Кто он? Заботливый муж, мужчина, вернувший мне меня же саму, или беспощадный торговец чужими судьбами?! Кто?! Стоящие в глазах слёзы уже не имели ничего общего со злостью – это были слёзы беспомощности.
— Почему? – губы дрожали.
Алекс с отвращением поморщился. Показавшаяся на его щеке ямочка была худшей из насмешек, которую я только могла себе представить.
— Потому что вокруг всегда ошивается слишком много народа, — выжидательный взгляд мне в глаза. – Слишком, Берта. У стен частенько находятся уши. Так что молчание всегда безопаснее. Молчание, а в твоём случае ещё и подчинение.
Сказав это, он швырнул меня к своим ногам. Я всё-таки не удержалась. Перед носом оказались кожаные мокасины, которые я этой весной сама же выбрала в одном из итальянских бутиков. Приподнялась на руке и потянулась к паху мужа.
Ничего не соображая, дотронулась до него, до его бедра. Его глухой стон вопреки обычному не отозвался внутри удовлетворением и желанием.
Больше не пытаясь отыскать взгляд Алекса, обхватила губами член и вобрала так глубоко, как только могла. Ласкала языком, поглаживая пальцами мошонку. Больная обида выжигала то, что ещё не убил холод. Пустошь внутри меня становилась всё больше и больше, только на краях её ещё теплилось нечто, напоминающее жизнь.
Запрокинув голову, Алекс застонал громче. Я сильнее обхватила его ладонью и принялась быстрее двигать рукой. Его желания были моими инстинктами. По головке языком, ладонью по всей длине и глубже, до самого горла. Как ему всегда нравилось. Как нравилось мне. Без прикрас, без цензуры и без запретов. Откровенно до грязи и безрассудно до безумия. Вкус и запах секса, соль кожи и влага низких поцелуев: в этом была суть нас.
Алекс толкнул меня вперёд, заставляя взять его ещё глубже. Я подчинилась, но этого было мало. Ещё один грубый толчок.
— Работай, — процедил он, и в этот же момент прямо возле двери раздались голоса. – Да, малышка. Хорошо…
Несколько раз я провела по плоти рукой, мелкими поцелуями вслед за своими пальцами. Губами по дорожке тёмных волос к пупку и снова вниз. Языком провела по основанию, дальше – ниже и глубоко в себя.
— Хорошо, девочка, — зарычал Алекс, держа меня за волосы. – Н-да… Давай.
Я принялась двигать рукой. Неспешно, а потом всё быстрее и быстрее. Алекс качнул бёдрами, вогнал член до предела. Только я попыталась отстраниться, взял за волосы крепче и ещё раз двинул бёдрами вперёд, насаживая на себя. Трахал в рот, как грязную уличную девку, и низко, гортанно рычал. Его мышцы натягивались, в груди рокотало, дыхание становилось тяжёлым и шумным.
— Давно у меня таких не было, — толкаясь мне в рот. – Сладкая. Да…
Это переходило все границы. Даже те, которых между нами не было. Не могу… Не могу, не хочу так. С ним, с нами.
Замычав, я резко отвернулась. Схватила воздух и
