можно верить в коммунизм. Но вот веры в капитализм сейчас не может быть. Таковая отсутствует.
Сейчас вера в коммунизм порушена. А без веры человек жить не может. Поэтому люди потянулись к вере. Конечно, Церковь этим пользуется, активизирует свою деятельность. Но в настоящее время в государстве, в котором нет идеологии, нет национальной идеи, в государстве, в котором все усилия направлены на разрушение нравственных устоев, или, как теперь говорят, менталитета русского народа, Церковь является своего рода единственным щитом. Ни одна политическая партия такого влияния на массы не имеет, и практически ни у одной политической партии нормальной идеологии-то нет, не сложилась она еще.
А у Церкви всегда была национальная идея – это сохранение государства, сохранение веры, поэтому я считаю, что сейчас Церковь играет положительную роль, поддерживая нравственные устои русского народа. Хотя она тоже переживает непростые времена. Ведь такое массовое открытие монастырей, храмов опережает подготовку церковных служителей, и в Церковь пришли и проходимцы, и стяжатели, и люди неверующие. Иерархи Русской православной церкви – я беседовал с некоторыми из них – понимают это. Это вызывает определенное беспокойство.
Нельзя не сказать еще об одной волне интервенции в нашу страну – интервенции католицизма. К сожалению, православная церковь не стала щитом против активного его наступления, а лишь жиденьким заборчиком, этаким плетнем отгородилась. Ни против католической церкви, ни против создания сект на территории России. И это серьезный упрек православной церкви. Потому лезут во все щели этого жиденького плетня и католики, и протестанты, и сектанты различного рода. Церковь борется с ними недостаточно активно, плохо использует средства массовой пропаганды, печатные и электронные средства. Если говорить о церковных изданиях, то они малотиражные и расходятся в основном среди верующих. Это все равно как в советское время атеисты боролись с религиозными предрассудками, распространяя атеистические знания среди самих неверующих.
Так и церковники – распространяют свою газету среди верующих, то есть среди людей, которых ей не нужно наставлять на путь истинный. Ведь основная масса населения мало информирована о вреде, ущербе, которые наносят сектанты, католическая и протестантская религии. Потому что в их основе лежит либерализм, в основе которого стоит проповедь не «человек человеку друг, товарищ и брат», а «человек человеку – волк», «каждый воюет против всех, все воюют против каждого». И в основе всего, я бы так даже сказал, лежит социальный дарвинизм – борьба за выживание: сильный – выживает, слабый – Бог с ним, пусть гибнет.
В связи с кончиной папы римского Иоанна Павла II в наших СМИ развернулась безудержная шумиха. Только А. К. Пушков, ведущий телевизионной программы «Постскриптум», высказал возмущение масштабом освещения этой смерти. Он оказался единственным, кто возмутился и совершенно справедливо выступил против этой шумихи.
Надо оценить, кому это было нужно. Ведь вся эта шумиха проводилась совершенно осмысленно! Вывод напрашивается сам собой: потому что православная вера пока еще скрепляет нашу страну. И если первым шагом было разрушение КПСС, вторым – разрушение Советов, то следом идет наезд на православную веру со стороны католической церкви. Именно поэтому наши антирусские средства массовой информации так яростно раздували эту истерию вокруг смены папы. Этот фактически яд они вливали в души наших людей, которые не осведомлены об истинной подоплеке развернувшейся на ТВ истерии. В течение как минимум десяти дней шла агрессивная пропаганда католицизма у нас на Руси.
А если говорить о скончавшемся главе католической церкви, то он не случайно был выбран на этот пост. Уже тогда была поставлена задача разрушения системы социалистического лагеря, и как одно из слабых звеньев была избрана Польша, где значительная часть населения верующие католики, и папа провел огромную работу по борьбе против коммунизма. Но если бы это была борьба только в области идеологии! Борьба шла против нашей страны, против России…
Я полагаю, что многое было потеряно из-за того, что партия не сотрудничала с Церковью.
При подготовке XXVIII съезда партии шли дискуссии по многим положениям Устава. Разные были высказывания. Когда мы говорили о религиозной терпимости, нас называли отступниками, оппортунистами. Но нам удалось убедить делегатов, и заслуга в этом в первую очередь московской группы, принимавшей участие в подготовке Устава, в необходимости изъятия из текста фразы о борьбе с религиозными предрассудками.
После 1991 года от резкого атеизма бросились к никем не сдерживаемой пропаганде религии через средства массовой информации. В страну хлынула волна сектантства. Но еще до 1991 года стало модным ведение передач на фоне церковных куполов. И если у верующих это вызывало положительный отклик, то у атеистов, некоторых педагогов, ученых, медиков – резко отрицательную реакцию. От них шло много писем в горком партии. Обвиняли в шараханье на манер борьбы с пьянством: то все против, то все за…
Люди обращались тогда, думая, что СМИ все еще по-прежнему управляются партией…
Помимо сект опасность представлял и безудержный поток с Запада и с Востока религиозных миссионеров. Он преднамеренно направлялся в нашу страну, чтобы подорвать российский менталитет. И я считаю, что православная церковь мало этому препятствовала. Не справлялась, видимо. А может быть, недооценила опасность.
Дело дошло до того, что первый всемирный съезд кришнаитов состоялся в Москве. Значит, кому-то это было надо! Кто-то поддерживал! Не просто так везде появлялась реклама кришнаитов. Из очень небольшой группы фанатов и просто психически неуравновешенных людей развивалось достаточно большое, хорошо организованное и щедро оплачиваемое движение.
В горкоме партии вопросы, связанные с миссионерством, сектантством, к сожалению, не ставились. Да и не было тогда еще в Москве такого потока. В то время он вовсю катился по Белоруссии и Украине…
…В этой главе я намеревался рассказать о том немногом, что мне удавалось сделать для восстановления справедливости. Каяться – я не каялся. Да и вообще не было у нас официального покаяния. Повсеместное увлечение пропагандой религиозных обрядов, когда даже бары-рестораны и казино освящаются перед открытием, меня, мягко говоря, смущает. Демонстративное появление руководителей страны, города на экранах телевизоров во время торжественной службы в храмах мне кажется не совсем уместным. В народе таких персонажей, которые публично стоят со свечками, но не являются истинно верующими, называют «подсвечниками».
Надо уважать Церковь, так как ее государственно-образующая роль на Руси – исторический факт. И русская культура, которая формировалась во многом под влиянием Церкви и является одной из нравственных опор обществ, – тоже факт…
…Произошел ли у меня какой-либо перелом в сознании в последние годы? Думаю, да. Но книга эта – не моя исповедь…
…А дома у меня на стене – портрет митрополита Питирима. Очень хороший
