— Мало того, что мы заперты в этой ужасной церкви с самого утра, так ты еще оставляешь меня одну и запираешься в чулане с этой…
Уничижительный взгляд в сторону Эми.
— Я так и знала, что она девица определенного сорта! — выпалила Вайолет. — Но ты, Декстер!
— Не надо никого оскорблять, — проговорил он холодно. — Я понимаю твое негодование, Вайолет, но есть вещи, которые мы не в состоянии изменить.
Вайолет опешила. Все не так! Декстер должен оправдываться, умолять ее о прощении, валяться перед ней на коленях. Как бы больно ей ни было, она, естественно, простит его. Развратную Эми с позором прогонят, завтра они спокойно поженятся, а безобразное поведение Декстера всегда можно будет списать на ливень и временное помутнение рассудка. Но, похоже, что Декстер подругому оценивал эти события. Вайолет испугалась.
— Я же твоя невеста, Декстер, — пролепетала она растерянно.
Это подействовало гораздо эффективнее, чем вызывающетребовательный тон. Декстер огорченно вздохнул, выражение суровой решимости покинуло его лицо. Вайолет с надеждой ждала, что он скажет.
— У нас с тобой бы все равно ничего не вышло, — пробормотал он.
Но Вайолет отказывалась верить в то, что он говорит серьезно.
— Декстер, милый, но ведь мы же любим друг друга! — воскликнула она и, подбежав к нему, обняла его за шею.
Эми отвернулась. Вайолет очень порадовалась бы, если бы узнала, что ее соперница испытывает в данный момент жгучую ревность. Эми не сомневалась в Декстере, но Вайолет была так прелестна… Разве можно было не любить ее?
Наверное, можно, потому что Декстер расцепил ее руки и отошел в сторону.
— Не будь ребенком, Вайолет, — хмуро сказал он. — Ты даже понятия не имеешь, что такое любовь.
— А ты имеешь? — взвизгнула девушка. — Только не уверяй меня в том, что ты воспылал любовь к этой…
Тут Вайолет добавила крепкое словцо, которое было совсем неуместно в устах очаровательной юной невесты. Декстер сжал кулаки и шагнул к девушке. Вайолет испуганно отпрянула.
— Держи себя в руках, Декстер, — вмешалась Эми.
Несмотря на кипящие вокруг страсти, она была воплощением спокойствия. Вайолет с ненавистью смотрела на нее. Как она, такая мудрая и предусмотрительная во всем, что касается мужчин, не догадалась, что мягкое обаяние Эми, которому она поддалась так легко, губительно подействует и на Декстера?
— Вайолет, дело в том, что мы с Декстером познакомились давно и полюбили друг друга, — заговорила с ней Эми. — Обстоятельства… разучили нас…
— И теперь ты явилась сюда, чтобы разрушить мою свадьбу, — с горечью перебила ее Вайолет. — Как здорово подстроено!
— Я ничего не подстраивала, — покачала головой Эми. — Я понятия не имела, что Декстер — твой жених. И, согласись, устроить этот дождь я также не могла.
— Но в Америку ты прилетела точно из-за него!
— Нет. Я даже не знала точно, откуда он родом. Я приехала повидаться с сестрой, которая живет неподалеку от Липпингвиля, а заодно сделать коекакие зарисовки…
— Так я тебе и поверила! — фыркнула Вайолет. — Ты сама себе противоречишь. Говоришь, что вы…
Девушка запнулась. Сказать «любили друг друга»? Ни за что!
— У вас были отношения, — поправилась она, — как же может быть, что ты не знала его адреса?
Эми оглянулась на Декстера.
— Потому что нам было не до таких пустяков, — усмехнулся он, глядя на Эми.
От его взгляда у Вайолет все похолодело внутри. Она и не подозревала о том, что глаза могут быть настолько красноречивы. Нежность, восхищение увидела Вайолет в глазах Декстера. И страсть. Она привыкла считать Декстера холодным, благоразумным мужчиной, который вполне способен смирять порывы плоти. По крайней мере, с ней он всегда вел себя очень корректно. Но сейчас перед Вайолет стоял совсем другой человек, и ее внезапно бросило в жар от его красноречивого взгляда. Взгляда, который предназначался не ей.
— Декстер, ну не все ли равно, что было у тебя в прошлом! — Вайолет повела плечиком. — Я готова простить тебя. Я понимаю, что от мужчины нельзя требовать того же, что и от женщины. Ты не был женат или помолвлен, у тебя не было никаких обязательств, и если она… была не против, никто не вправе обвинять тебя в аморальном поведении. Я закрою глаза на твое прошлое.
— Вайолет, я вовсе не требую от тебя такой жертвы, — с иронией заметил Декстер, которого изрядно позабавила ее проповедь.
Но Вайолет уже вошла во вкус.
— Я не шучу, — строго сказала она. — У тебя не может быть никаких колебаний. Я знаю, как должна вести себя достойная девушка. Естественно, тебя никто не осудит за то, что ты… провел с ней время, но согласись, что придавать этой интрижке слишком большое значение — смешно. Ты ведь даже не знаешь, сколько мужчин у нее было после тебя.
Вайолет ойкнула и закрыла рот ладонью. Благовоспитанной девушке не годится обсуждать подобные вопросы. Но Декстер вырос в Эмералд Спрингс, он сам должен понимать, что в женщине ценится превыше всего.
Эми слушала рассуждения Вайолет с изумлением. Неужели эта девочка действительно верит в то, что говорит? В таком случае слово «любовь» для нее — пустой звук, набор букв в очередной книжке, где героини чинно распивают чай и позволяют поцеловать себя только после того, как прозвонят свадебные колокола. Глупышка искренне пытается убедить Декстера в том, что она, Эми, — дурная женщина. Маленькая ханжа! Что известно ей о подлинной страсти, которая вдребезги разбивает лживую мораль? Знает ли она о том, как отступает здравый смысл и приличия позорно бегут с поля битвы, когда за оружие берется Любовь?
Вайолет можно было только пожалеть. Как попугай она твердила истины, которые в нее вдалбливали с детства, не понимая их настоящего смысла. И на такой женщине Декстер чуть не женился!
— Я люблю Эми, — сказал Декстер, когда Вайолет выдохлась.
Девушка замерла с открытым ртом. Она и предположить не могла, что ее благородный порыв останется без ответа. Она чувствовала себя такой великодушной, такой всепрощающей. Разве не похристиански она вела себя? Она простила Декстеру его возмутительное поведение, она предложила ему себя, несмотря ни на что, а он толкует про какуюто бессмысленную любовь…
— Этого нельзя объяснить, — вздохнул он. — Ты смешно рассуждаешь о морали, Вайолет. Совсем как преподобный Кейси. Его проповеди всегда нагоняли на меня сон. Жизнь невозможно загнать в узкие рамки. Взять хотя бы эту встречу… ты же сама привезла Эми сюда.
Напоминание о ее глупой ошибке мигом лишило Вайолет рассудительности.
— Она обманула меня, — без обиняков заявила она. — Втерлась в доверие, лишь бы попасть на эту свадьбу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
