руку. Несколько человек видели то, что творится, поэтому я поднял руку и произнес:
— Все хорошо! Работает служба безопасности корпорации Биотех! Мы поймали вредителя, который намеревался сорвать сражение!
Кун подхватил Ин-ёпа за вторую руку, и мы повели его к выходу.
— Что вы хотите со мной сделать? — испуганно спросил Ин-ёп, когда мы двинулись к соседнему дому, во дворе которого оставили фургон.
Мы ничего не ответили. Пусть понервничает.
— Отпустите. У меня мать старая и больная. Я единственный сын. Ей больше не на кого положиться, — взмолился он, когда мы с силой запихали его в фургон, и я забрался рядом с ним, по-прежнему заламывая руку, чтобы не вздумал сопротивляться.
— Об этом надо было думать до того, как пакостить Биотеху, идиот, — Кун бросил на него злой взгляд, сел за руль, завел двигатель и обратился ко мне. — Куда поедем?
— В Биотех. Я сейчас позвоню Чо Никкуну. Его встретят.
— Не-е-ет! Не надо! Отпустите меня! Все равно ничего не докажете, — он заметался и попытался вырваться, поэтому пришлось ударить его в бок и с силой приложить головой о кузов фургона.
— Сиди смирно, а то хуже будет, — пригрозил я.
Ин-ёп заскулил и даже попытался выдавить слезу, но я не обращал на него внимания, а достал телефон и набрал номер телефона начальника службы безопасности.
— Начальник Ли, слушаю.
— Мы с Куном везем вредителя к Биотеху. Встречайте нас на входе.
— Понял. Ждем, — отрапортовал он.
Пока мы ехали до корпорации, Ин-ёп предпринял еще пару попыток вырваться. Ему даже удалось приоткрыть окно и прокричать, что его украли бандиты, но, к счастью, мы в это время ехали по оживленной трассе и никто не обратил на него внимания.
Когда Кун остановился у входа в Биотех, нам навстречу вывалили человек десять охранников и сам Чо Никкун.
Я быстро объяснил Никкуну, что случилось, и мы вместе повели его на восьмой этаж к Хан Риму.
В приемной никого не было. Рабочий день уже закончился, поэтому секретарь Сон ушла домой. Я постучал в дверь кабинета.
— Входите! — раздался голос вице-президента.
Кун распахнул дверь, и мы с Никкуном завели Ин-ёпа в кабинет. Кун зашел следом и плотно закрыл дверь.
— Что случилось? — непонимающе уставился на нас вице-президент.
— Господин Хан, спасите меня! Они меня били. Я ничего не сделал. Я ни в чем не виноват.
— Молчи, иуда, — буркнул Кун.
— Это он, — сказал я и кивнул на Ин-ёпа, которому удалось выдавить две слезинки, и он, как мог, изображал несчастного.
— Расскажите мне обо всем, — велел Рим.
Через десять минут, когда мы с Куном рассказали обо всем, что узнали, Хан Рим задал несколько вопросов Ин-ёпу, но тот все отрицал. И утверждал, что не знает ни о каком шприце, а проник к мутантам только для того, чтобы внимательнее посмотреть.
— Уведите его, — обратился Хан Рим к Чо Никкуну. — Заприте где-нибудь, а мы пока подумаем, что делать дальше.
— Вы не имеете права задерживать меня! Это произвол! Я обращусь в полицию! — заверещал Ин-ёп.
— Это мы сейчас обратимся в полицию, — пригрозил Хан Рим. — Если вы причастны к тому, что происходило, то возместите моральный вред не только нашим заказчикам, но и корпорации.
Ин-ёп еще что-то хотел возразить, но двое охранников, которые дежурили в приемной, взяли его под руки и повели к лифтам.
— Что с ним делать? — спросил Чо Никкун у вице-президента. — Выбить показания?
— Погодите! Мне нужно несколько минут, — я схватил Куна за руку и потянул к двери. — Нужно посмотреть, что внутри шприца.
Мы спустились в лабораторию, и Кун отдал мне шприц.
— Найди данные на льва. Его привозили к нам в прошлом месяце.
Вскоре я с довольным видом откинулся на спинку кресла. Все сошлось. В шприце находился раствор с днк льва, но на этот раз его изменили так, что сразу же после укола он был ослеп. Ослепшего льва выпустили бы на арену, где он наверняка бы проиграл. Свидетелями его проигрыша был бы заполненный зал «Гладиаторов Сеула», а потом о том, кто его облучал, знала бы каждая собака в Сеуле. Как много «бы», но нам удалось помешать этому.
Мы с Куном обратно поднялись в кабинет вице-президента, который мерял шагами кабинет, ожидая моего возвращения. Начальника службы безопасности не было.
— Ну что? — бросился он мне навстречу.
— Ин-ёп пытался ослепить льва, которого облучали в нашей лаборатории. Это в очередной раз было бы поводом писать про нас гадости.
— Фух-х-х, как же хорошо, что вы его поймали, — он устало опустился на диван. — Только у нас ничего нет против него. Чо Никкун не нашел никаких записей, которые бы подтверждали, что Ин-ёп вредил нашим мутантам. Однако его сотрудник сумел выяснить, что «Изумрудный ветер», в котором работал Ин-ёп, принадлежит ГлобалВижн. Это их дочернее предприятие. В основном они специализируются на бойцах для арен.
— Тогда Ин-ёп засланный казачок ГлобалВижна, — кивнул Кун.
— У нас нет никаких доказательств. Мы можем только предполагать. Ума не приложу, что же теперь нам делать?
— Уволить паскуду, к чертовой матери! — вспылил Кун.
— Это дело не решит, — Рим покачал головой. — Он же просто марионетка, а нам нужен кукловод.
— Давайте отпустим Ин-ёпа, — предложил я. — У нас могут быть проблемы из-за того, что мы незаконно удерживаем его.
— Тэджун, ты с ума сошел! Отпустить этого мерзавца? — Кун снова не сдержался.
— Уверен, как только он выйдет, так тут же свяжется со своим куратором. Пусть Чо Никкун организует прослушку и выяснит, кому позвонит Ин-ёп.
— А что потом? Пусть себе и дальше делает что хочет? — не унимался Кун.
Ему явно не понравилась моя идея.
Хан Рим внимательно посмотрел на меня и кивнул:
— Да, так и сделаем. Когда мы узнаем, с кем он связывается, то будет знать наверняка, кто наш враг, а не только предполагать. В таком случае мы сможем принять меры.
— Делайте что хотите, — махнул рукой Кун и плюхнулся на диван.
Хан Рим позвонил Чо Никкуну и проинструктировал его. Тот сказал, что через двадцать минут все будет готово, и он отпустит Ин-ёпа.
— Вы делаете ошибку, — попытался образумить нас Кун.
— А
