Но сторонники Белы Куна тоже не собирались бездействовать. Глава «Ордена новых тамплиеров», обвиненный в контрреволюционной деятельности, оказался арестованным. Дважды его намеревались расстрелять по обвинению в контрреволюционной деятельности. Подробности этой истории, к сожалению, до нас не дошли. Очередная дата расстрела была назначена на пасхальное утро 1919 года. Находясь в тюремной камере, Ланц-Либенфельс занимался переложением 61-го псалма. В его переводе и «тамплиерской» обработке он выглядел следующим образом: «Плохо поставленный на якорь корабль — это чандалы, которые будут разбиты о рифы порока, так как их сердцу близки только грабеж и разврат, они видят богатства в земных сокровищах и деньгах. Однажды Бог сказал, и я навеки запомнил эти два слова: „Бог справедлив в любви и возмездии“, „Каковы дела человека — такового и воздаяние“». Как удалось спастись Ланцу, остается непонятным. Несмотря на то что история правых венгерских заговорщицких организаций до сих пор остается мало исследованной и весьма запутанной, все-таки можно предположить, что участие в них Ланца должно было привести к знакомству с ведущими правыми радикалами Венгрии и тем самым сильно повлиять на его политические идеи. В связи с этим кажется отнюдь не случайным, что возникновение новых антисемитских и антибольшевистских концепций датируется именно этим периодом.
Если говорить и об издательской деятельности Ланца, которой он занялся после окончания революции, то надо отметить, что он решил продолжить выпуск «Остары». В период с 1905 по 1918 год выходила так называемая первая «Остара» («австрийская серия»). Несмотря на то что она формально являлась журналом, принцип действия у нее был как у книжной серии. По мере необходимости могли допечатываться отдельные из ранних номеров. Судя по всему, спрос явно превышал предложение, так как некоторые из номеров допечатывались по нескольку раз.
Вторая «Остара» стала выходить в 1922 году в Германии в городе Магдебург. По этой причине она нередко именуется «магдебургской серией». Эти обозначения были приняты для того, чтобы не запутаться в нумерации. Дело в том, что «магдебургская серия» стала выходить с первого номера, хотя в общей нумерации он должен был являться 101-м. Традиционно у каждого номера «Остары» было собственное название. Первый из них назывался «Остара и империя блондинов», а второй — «Прародина и древняя история героической расы». Выпуск же «магдебургской серии» оказался недолгим — в ней вышло всего лишь два номера.
Есть основание подозревать, что власти Веймарской республики были весьма недовольны изданием на территории Германии расистского журнала. Имеются сведения о том, что Ланца-Либенфельса было решено выдворить из страны, а выпуск «Остары» запретить. На это указывают отрывки из статьи, которая была опубликована в 1928 году одним из братьев «Ордена новых тамплиеров». В ней содержались такие слова: «… находившиеся у власти в Германии чандалы в 1921 году депортировали д-ра Йорга Ланца фон Либенфельса». Далее следовало еще одно предложение: «…обстоятельство, что в 1921 году Йорг Ланц фон Либенфельс по требованию Ратенау[9] был выслан из страны, во-вторых, что в Германии была запрещена печать „Остары“». Впрочем, «Остара» стала выходить в Магдебурге уже после того, как лидера «новых тамплиеров» выпроводили из страны. Он быт депортирован в 1921 году, а первый номер «магдебургской серии» появился на свет в 1922 году. Это позволяет предположить, что Ланца депортировали отнюдь не из-за планов по изданию журнала.
Если указание на то, что высылка Ланца из Германии быта проведена по инициативе Ратенау, является истинным, то не исключено, что тот же самый политик годом позже выступил инициатором запрета издания «Остары».
Подобное стечение обстоятельств кажется крайне интересным, так как Ратенау занимался изучением расового вопроса. В своей книге «К критике времени», которая была издана в 1912 году, он писал: «Если кто-то видел марширующий прусский полк и сравнивал вид подразделений с внешностью их командиров, тот при наличии острого глаза и практики разглядывания людей мог бы выявить, что они принадлежали к двум разным расам. Одновременно с этим он заметил бы явленный символ и структуру нашего народа». Далее следовал еще один пассаж: «Мы все знаем о остэльбской Германии, которая возникла в известные исторические времена путем захвата и колонизации этой территории. Эта Германия является двусоставной. Победителями были германцы, побежденными — славяне… однако из ранних сказаний и преданий мы можем узнать о подчиненных существах. Брат слуги вызволенного из неволи мальчика обычно является темноволосым. Сноровка, хитрость и трусливое поведение являются наследуемым уделом этих темноволосых существ. Они небольшого роста. У них короткие кудрявые волосы. Поэтому в других странах светлые волосы обычно бывают длинными или топорщатся во все стороны на макушке».
Запрет на издание «Остары» в Германии привел к тому, что стали выискиваться возможности осуществить этот проект на территории Австрии. В данном случае Ланц-Либенфельс нашел поддержку у Иоганна Вальтари Вёльфля, фабриканта, который оказывал финансовую помощь «Ордену новых тамплиеров». Именно Вёльфль приложил усилия, чтобы в конце 20-х годов была переиздана «Теозоология» и возобновился выход «Остары». При этом переиздавались отдельные номера первой серии, но их предварительно переверстывали, делали более изящными и удобными для чтения. Опять же возникли проблемы с нумерацией выпусков. Вышедший в 1927 году номер «Остары» имел номер 101, но он же стал первым номером третьей («венской») серии. Номер получил название: «Ланц Либенфельс и его произведения. Часть 1. Введение в теорию». «Остара» тогда печаталась «на правах рукописи», после чего бесплатно распространялась с просьбой пожертвовать денег на продолжение издания. Журнал явно поменял свой характер. Если накануне Первой мировой войны это было печатное средство массовой информации, ориентированное на воздействие на широкие общественные слои, то в 1927 году оно больше напоминало вестник подпольной организации. Подзаголовок к журналу гласил: «Бесплатное частное издание, предназначенное исключительно для узкого круга друзей Ланца-Либенфельса». «Остару» нельзя было приобрести в газетных киосках, она передавалась из рук в руки. И это была отнюдь не игра в подпольщиков, когда из любой ерунды пытались сделать тайну, это была вполне оправданная предосторожность. В первом же номере было написано: «Нас совершенно не интересует, что „Остара“ может попасть в руки чандалам и что они могут ознакомиться с ее содержанием, с нашими идеями. Но они занимают вполне определенную позицию, а потому посчитают своим долгом помешать нашей кропотливой, положительной восстановительной работе».
Этот текст был написан Иоганном Вальтари Вёльфлем. Поменять стиль пришлось и самому Ланцу-Либенфельсу. Он заменил некоторые из номеров первой серии (о чем мы говорили выше). А также сделал несколько выпусков «Остары» с текстом «Теозоологии». Кроме этого ему пришлось изменить некоторые из заголовков. В целом же Ланц-Либенфельс стал более радикальным. Его антисемитизм приобрел не просто агрессивные, а прямо-таки воинственные черты. Это можно проследить на примере 3-го номера третьей серии. В нем он писал: «Нам не приходит на ум проповедовать погромы, так как они начнутся и без нашей проповеди». Или: «В мировой борьбе между людьми, по мнению евреев, одни должны уничтожить других, чтобы в итоге те могли нажиться… Евреи не знают роздыха в борьбе, они продолжают борьбу без передышки».
В 4-м номере «Остары» (1927), который назывался «Мир во всем мире как творение и победа блондинов», Ланц-Либенфельс торжественно объявлял курс на контрреволюцию. Он полагал, что после «700-летней пролетарской диктатуры наступит эпоха ариогероической контрреволюции, которая закончится установлением диктатуры патрициев». Эта диктатура планировалась как яростный порядок, направленный против чандалов. «Мы не так уж нетерпимы к чандалам, евреям, масонам, которые огнем, мечом, войной, революцией, кровавым террором, обесцениванием валюты хотели навязать нам социалистческо-республиканско-демократическое дерьмо. Мы, контрреволюционеры, великодушно признаем за чандалами, евреями, масонами право основать собственное государство в Палестине ли, на Северном полюсе ли, на Южном полюсе ли, в пустыне Гоби ли, на островах архипелага Кергелен ли, или в каком-то другом месте. Но мы не можем позволить им кровавые развлечения в странах, где мы создали культуру, а рискуем сами превратиться в рабов! Если они хотят по отдельности служить созданной нам культуре, то они должны платить нам культурную дань, будучи послушными слугами нашей же культуры. Этот принцип прекрасно изложен в законах Ману: чандал обладает правом жить дальше, если только обязуется быть послушным слугой ария.
