аккуратно высвободила локоть и зашагала по дороге. Игорь на сей раз отставать не стал. – Мне кажется, я вела себя с вами достаточно уважительно, – через пару минут продолжила «протокольная дама». – Но, поймите, ваша… скажем так, работа… ни у кого из нас не может вызывать прилив светлой радости. Что бы ни пытались нам объяснять, все прекрасно догадались: вы свалились на наши головы с одной-единственной целью – разобраться, чью конкретно голову надо отсечь.
– Ну… прямо-таки отсечь! – покривился Вандовский, отметив про себя, что догадка, конечно, верна, и надеяться, будто она ни у кого не возникнет, было бы очень наивно.
– Да, я высказалась слишком резко, – согласилась Марина. – Однако близко к истине. За неимением конкретных подозреваемых подозревать стали нас. А чтобы не выносить сор из избы, пригласили вас. Ситуация, мягко говоря, неприятная. Но обидеть вас каким-то… не таким… поведением я не собиралась. Кстати, – подытожила она, – мы уже пришли. Вот дом Гальцева и спасибо, что проводили.
Она протянула руку, намереваясь забрать куртку Никиты, но Игорь чужое добро из собственных рук не выпустил.
– Вы собираетесь остаться здесь ночевать? – спросил он.
– Почему? – в свою очередь спросила Марина.
– Значит, не собираетесь. И значит, вас еще нужно будет проводить до вашего дома.
– Да-а?.. Впрочем, как хотите… – Она пожала плечами. – Но тогда вам придется подождать здесь. – Она кивнула на калитку в ограде, окружающую дом и двор. Сбоку у калитки была приделана камера видеонаблюдения с микрофоном и звонок. Метрах в пяти от ограды торчало некое каменное сооружение, напоминающее просторную собачью будку. – Извините, но я не могу вас пригласить в чужую квартиру.
– А сами вы в какую квартиру идете? – тут же ожил микрофон.
– В шестидесятую, – доложила микрофону Марина.
– А к кому? – У микрофона был хриплый мужской голос.
– К Гальцеву.
– Его нет дома.
– Я знаю. У него дома вообще никого нет, – поделилась своей осведомленностью Марина.
– Так зачем идете? – недобро поинтересовался голос.
– Отнести его куртку. – Марина похлопала ладонью по куртке, продолжавшей висеть на руке Игоря, затем залезла в сумочку и выудила оттуда ключи. – Вот видите? – потрясла она связкой. – Это от квартиры Гальцева, он мне их сам дал. И еще, чтобы вы уж совсем не сомневались, – Марина снова нырнула в сумочку и едва ли не ткнула в «видеоглаз» развернутое удостоверение, – я помощник мэра, и я работаю с Гальцевым.
В микрофоне что-то пискнуло, и калитка, словно нехотя, стала отползать в сторону. И почти тут же из «собачьей будки» появился обладатель хриплого голоса в накинутой на плечи теплой куртке с надписью «Охрана».
Марина решительно шагнула во двор, вслед за ней столь же решительно шагнул Вандовский, но и охранник тоже оказался мужиком решительным, потому как, невзирая на солидное удостоверение и продемонстрированные ключи, все же преградил неизвестной парочке дорогу со словами вежливыми, но опять-таки решительными:
– Извините, господа хорошие, но кто вы, женщина, я понял, а вот кто товарищ ваш… – Он придирчиво оглядел Игоря. – Квартира-то чужая, – напомнил он Маринины слова. – Никита Сергеевич недовольным будет.
– Я пройду одна, – сухо сказала Марина, но охранник покачал головой:
– Уж вы, дамочка, извините, только на ключах, знаете ли, не написано, что Никита Сергеевич вам их вручил. Уж давайте позвоним Никите Сергеевичу, если он распорядится, тогда о чем речь – тогда пожалуйста.
Марина озадаченно посмотрела на охранника – подобное служебное рвение стража дома вынуждало срочно придумывать какие-то варианты, но отчего-то ни один с ходу в голову не приходил.
– Посмотрите на мое удостоверение, – неожиданно проговорил Вандовский и ткнул бордовой книжицей. – Я из службы безопасности. Никите Сергеевичу вы позвонить, разумеется, можете, но только он вряд ли вам ответит. Потому что… – Игорь поддернул рукав и взглянул на часы, – в это самое время Никита Сергеевич лежит на операционном столе.
– Да ну?! – поразился охранник. – Я ж его буквально… только сегодня вечером… совсем здоровым встретил!
– Его машина сбила. Именно сегодня вечером и чуть ли не у вас под носом, – сказал Игорь строго, как будто охранник что-то недоглядел и уже тем был виноват. Хотя ничего «доглядеть» он не мог: сидел здесь, во дворе, а сбили Никиту за домом на улице.
– У меня под носом? – еще больше поразился и даже слегка возмутился охранник. – Нет!.. Не было такого… И как сбили-то его, а? Он же не пеший был. Он же прямо здесь, вот именно у меня под носом, в «лексус» сел и уехал.
– В какой «лексус»? – отреагировала Марина, быстро прокрутив в памяти, что в мэриевском гараже такой машины нет, а у самого Гальцева имеется лишь «нисан».
– Ну… «лексус» тут за Никитой Сергеевичем приезжал. Часов в восемь или чуть позже. Вот здесь остановился, у ворот, – охранник кивнул в сторону ограды, – во двор не заезжал. А потом Никита Сергеевич вышел и сел в этот «лексус». И уехал. Машина эта у нас неизвестная, и Никита Сергеевич, похоже, ее не знал…
– В каком смысле «не знал»? – уточнил Игорь.
– Ну… – задумался охранник, – в том смысле, что Никита Сергеевич вышел за ограду и так головой покрутил… вроде как кого-то высматривал. А потом номер на «лексусе» стал разглядывать… а потом водитель из «лексуса» ему рукой махнул, и Никита Сергеевич в машину сел.
– А вы, оказывается, наблюдательный… – со смесью недоверия и подозрения произнесла Марина.
– А как же! – не уловил подтекста охранник. – Я вам тут не бабка вахтерша. Мы с мужиками, – проявил он чувство коллективизма, – дело свое знаем. Мы всех жильцов и все их машины помним, все, что рядом с домом творится, замечаем. А этот «лексус» из чужих и как раз около моей будки встал. Чистенький, блестящий, явно еще совсем новый. Небось такие деньжищи стоит!.. – Охранник даже присвистнул, то ли завистливо, то ли осуждающе. – Его не заметить – глаз надо не иметь. Крутая тачка и блатная.
– Почему блатная? – не понял Игорь.
– Потому что номер 100. Такие запоминающиеся номера только у блатных. – И неожиданно хохотнул: – И буквы соответствующие – ХАМ.
– Получается, стопроцентный хам, – хохотнул в ответ Вандовский, подумав, что все города пусть и разные, но привычки местных ГИБДД одинаковые: запоминающиеся номера дают только по блату. А у владельца «лексуса» не только с блатом все хорошо, но и с чувством юмора. – Вы молодец! – похвалил Игорь охранника. – А темные «жигули», у которых номер оканчивается на «шестерку» и две буквы «О», вы, случайно, здесь не видели?
Охранник несколько секунд посоображал и твердо ответил:
– Нет, не видел. И в нашем доме темных «жигулей» ни у кого нет. Есть «жигули» красные, у женщины
