Она поспешила через холл в комнату Лучии, чтобы посмотреть подвенечное платье, гадая, что делает невеста. Тони остался на ночь в отеле, где должен состояться прием гостей. Первую брачную ночь он и Лучия проведут там, а утром отправятся в Венецию. Их прощание накануне показалось Анни бесконечным, пока она, как обычно, лежала без сна.
Ей страстно хотелось увидеть Мигеля, но она не знала, что сказать ему и как себя вести после вчерашнего. Побыстрее бы наступило завтра. Она вернется в Англию и забудет о том, какой дурой была. Сможет ли она навсегда выкинуть из головы Мигеля Донвареса? Анни честно призналась себе — она любила его и всегда будет любить. Почему судьба так неблагосклонна к ней, заставив полюбить человека, не ставившего ее ни в грош?
— Войдите, — отозвалась Лучия на стук Анни. Анни открыла дверь.
— Одеваемся? — спросила она, поправив складки на белом платье, обшитом дорогими кружевами, висевшем на дверце гардероба.
— А не рано? — Лучия была еще в халате. Ее мать сооружала на голове невесты высокую прическу в традиционном испанском стиле.
— Свадьба в четыре.
— У нас еще куча времени, я не хочу торопиться.
Анни улыбнулась.
— Я просто заглянула узнать, не требуется ли моя помощь. Если у вас все в порядке, я отправляюсь с проверкой в отель, а затем поеду в собор.
Сеньора Донварес улыбнулась Анни в зеркало.
— Поскольку Лучия сегодня не может удержать в голове больше двух мыслей сразу, мне придется помочь ей подготовиться и позаботиться, чтобы она появилась в церкви вовремя. Мигель отвезет нас. Не беспокойтесь, дорогая, мы будем пунктуальны. — Она воткнула гребень редкой красоты в волосы Лучии. — Жаль, что ее отец не дожил до сегодняшнего дня.
— Ах, мамочка, не надо сегодня о грустном, — попросила Лучия.
Анни вернулась в свою комнату, чтобы захватить сумочку. Заметив, что сильно волнуется, она присела у зеркала, припудрила нос и подправила прическу. Оглядев себя с ног до головы, она решила, что бывают дни, когда она выглядит лучше. Сказалась ночь, проведенная без сна, и нервотрепка последних дней.
Спускаясь по лестнице, она поискала взглядом служанку, которую попросила вызвать такси. Она хотела получить подтверждение, что ее поручение выполнено.
У подножия лестницы стоял Мигель Донварес. Он небрежно оперся о поручень, наблюдая за ней. На нем были темные брюки, кремовая хлопчатобумажная рубашка с рукавами, закатанными до локтей. Смотрелся он как волк, поджидающий добычу.
Заметив выжидающий взгляд, Анни минуту поколебалась, затем, сделав глубокий вдох, продолжила спускаться по ступеням. Дойдя до нижней ступеньки, она решила обойти его, но Мигель решительно встал ей на пути. Не зная, как удобнее проскочить мимо него, она замешкалась и, покраснев, произнесла, не в силах поднять глаза:
— Доброе утро. — Она постаралась, чтобы голос у нее не дрогнул, но это ей удалось плохо.
— Доброе утро, ты готова к отъезду?
— Да, спасибо. София вызвала для меня такси.
— Я велел ей не беспокоиться. Я сам отвезу тебя, куда нужно.
Ее охватила паника.
— Почему ты? Благодарю, но мне будет удобнее в такси.
Господи, она не могла находиться с ним и пяти минут, а тут он собрался возить ее на машине целый день!
— Почему нет? — Он оттолкнулся от поручня и встал перед ней.
Анни захотелось плакать. Он смеется над ней! Она чувствовала себя ужасно неловко.
— У тебя что, нет других дел? Тебе же надо отвезти в собор Лучию.
— У меня полно времени. После того, как я отвезу тебя в собор, у меня будет время вернуться, одеться и отвезти туда мою сестру. Если ты готова, машина ждет.
Он протянул руку и взял сумку из ее ослабевших рук.
Анни набрала в грудь побольше воздуха, опять вздохнула и решила, что чему быть, того не миновать. Она кивнула и сказала:
— Я готова. — И с высоко поднятой головой прошла мимо него к двери.
Мигель догнал ее и придержал дверь; проходя мимо, она задела его плечом, вздрогнула от волнения, но постаралась взять себя в руки.
Черный спортивный автомобиль стоял прямо у ступенек. Мигель галантно открыл перед ней дверцу и помог застегнуть пристяжной ремень. Боясь смотреть ему в лицо, Анни положила сумочку на колени, выпрямилась и постаралась сохранить независимый вид — пусть не думает, что ее интересует его общество.
Мигель исподтишка посмотрел на ее надутый вид и усмехнулся.
— Куда сначала? — спросил он, когда машина плавно двинулась с места.
— Пожалуйста, подбрось меня до отеля, а до собора я потом доберусь сама, — попросила Анни, не поднимая глаз от своих пальцев, сложенных на коленях.
Он положил свою теплую руку на ее беспокойные пальцы, его доверительное прикосновение успокаивало и волновало в одно и то же время.
— Я уверен, все пройдет отлично. Не надо нервничать, я подожду, пока ты будешь в отеле, и отвезу тебя в собор. На ближайшие два часа я в твоем распоряжении.
Она кивнула, все еще стесняясь поднять глаза. Двумя пальцами Мигель приподнял ее подбородок и, увидев, что она отводит взгляд, улыбнулся:
— Итак, свадьба надвигается неотвратимо. Знаешь, я как-то уже привык думать о Тони, как о родственнике. По-моему, он неплохой парень.
Он это серьезно? Удивление Анни было так велико, что она даже рот приоткрыла от удивления. Неужели Мигель смирился с тем, что в его семью войдет англичанин? Не может быть… На душе Анни сразу стало тепло, и она только и смогла, что пробормотать:
— Очень хорошо, — чуть отодвинулась от него и стала смотреть через ветровое стекло вперед, пытаясь собраться с мыслями. Ну что за человек — бросается из одной крайности в другую: то любит, то не любит. С ним просто с ума сойдешь, а уж не соскучишься — это точно.
Он быстро вел автомобиль по оживленным улицам. Анни украдкой посматривала на него, но он, казалось, ничего не видел, кроме дороги перед собой. Она слегка расслабилась и стала наблюдать за мелькавшими домами; вскоре на улицах показались офисы и маленькие магазинчики, движение увеличилось. Они проехали вниз по улице Хосе Антонио, миновали Капилла Реал и, повернув налево от фон¬тана, остановились у отеля.
— Спасибо, здесь я справлюсь сама, — сказала она, когда Мигель помог ей выйти из машины.
— Я пойду с тобой.
Менеджер отеля встретил их неподалеку от бального зала. Он заговорил на испанском, обращаясь к ней, а Анни хлопала ресницами, не понимая ни слова. Как она могла забыть? Каждый раз, когда она приходила сюда раньше, с ней были Лучия и сеньора Донварес. Что же ей делать? Этот мужчина не говорил по-английски.
Подошедший сзади Мигель ответил ему по-испански, и мужчины через пару минут решили все свои вопросы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
