теперь – золотой ободок украшал изящные пальцы Маши. Выходит, у них с Ильдаром все изменилось.
А на душе – тяжело. Что скажет Веста мужчинам, когда они вернутся домой? Что Маша пострадала из-за нее. По сути – из-за чужого человека. Из-за врага их семьи. Ведь ничто не изменит того факта, что Веста – дочь Филиппова. А Егор – навредивший Маше – ее брат.
Веста незаметно смахнула слезы рукой. Лучше бы она была на месте Машки. Ведь подруга не виновата ни в чем. А Веста принесла с собой беду в дом Адамиди.
* * *
Глава 25
Беседа с Вестником была продуктивной. Лер мысленно прикидывал, какое именно родство связывает этого мужчину и Весту.
При первом же взгляде понятно, что они родня. Но как? На отца Весты Вестник не тянул. Староват. А вот дедом мог бы оказаться, а хотя – кто там разберет.
Лер знал одно: этот человек им поможет. Не зря ведь он приказал своим людям обеспечить безопасность девушке. И выходило, что помимо людей Адамиди дом охраняли и люди Вестника. Так что за жизнь и здоровье любимой девушки Лер не переживал. Его больше беспокоило ее будущее.
– Фила оставьте мне, – глухо потребовал старик, сидевший напротив Кости и Лера, а Камул маячил по периметру, нервируя охрану Вестника. – Он мне задолжал. Много лет назад я отступил, выполнил последнюю просьбу дочери. А сейчас не собираюсь отдавать ему мою внучку. Не хочу, чтобы он сделал с ней то же, что и с моей Мадлен.
– И что же он сделал с ней? – напряженно спросил Лер, понимая, что ответ ему не понравится.
– Привязал к себе. Подсадил на наркотики. Запер в четырех стенах. Отравил нелепой ненавистью к вам и вашему отцу из-за того, что ваша мать выбрала не его. Довел до самоубийства, представил все так, будто ваш отец заказал убийство моей девочки. Список подвигов Фила можно продолжать, – глухо перечислял Вестник. – Меня долго не было в этой стране. Фил сделал все, чтобы закрыть меня «на зоне». А теперь эта падла заплатит за все.
– Послушайте, Рудольф, – вмешался в разговор Константин. – Веста находится под защитой нашей семьи. С ее безопасностью вопрос решеный. Предлагаю объединить усилия, чтобы вышвырнуть Фила, его людей и союзников из бизнеса. Что делать с Филом – решать вам.
– И что ты хочешь взамен? – прищурился Вестник.
А за Костю ответил Лер:
– Весту. Без вариантов.
Рудольф недобро усмехнулся. Подался вперед, глядя на бесстрашного пацана. И невольно подумал, что не зря о братьях Адамиди слагают почти легенды.
– Я предоставлю внучке выбор. А решать ей. Или ты уже силой взял то, что не принадлежит тебе, а, пацан? – потребовал ответа Вестник.
– Я люблю вашу внучку. Скорее сдохну, чем позволю ей навредить! – грубо и совсем не романтично ответил Лер, не сводя открытого взгляда с собеседника.
Вестник кивнул. И в этот же миг телефон Константина ожил входящим звонком.
А еще через мгновение братья Адамиди мчались вслед за Ильдаром. А за ними – Вестников и его люди.
Счет шел на секунды.
* * *
Лер толком не знал, что стряслось. Платон был бледным, как мел. Говорил рвано и непонятно. Но удалось узнать, куда ехать. И то, что Машку везут в больницу.
А Ильдара было не удержать. Никто не удивился бы, если бы Камул принялся крушить всех и вся на своем пути, оправдывая данное ему прозвище. Ильдар Камалов по иронии судьбы и по детским забавам стал зваться в честь бога войны, а потом и профессию избрал для себя соответствующую.
Но сейчас все отошло на второй план. Машка всегда была младшей сестренкой для братьев Адамиди. А здесь оказалась вдруг серьезно ранено.
Не понять, как такое могло произойти в доме, где охраны больше, чем домочадцев. Лер знал, что разберется с этим позже. Главное сейчас, чтобы Маша выкарабкалась, и Весте ничего не угрожало. А если верить охране, то девчонка вытребовала себе место рядом с Машкой в машине.
* * *
Через полчаса куча вооруженной охраны во главе с высокими широкоплечими мужчинами ворвались в здание клиники. Никто не решился преградить им путь.
– Главврача! – жестко скомандовал Константин, а Ильдар уже мчался по больничным коридорам, как будто само провидение вело его в нужном направлении.
Лер бежал следом, по пути отдавал короткие команды своим людям, чтобы все здесь оцепили и взяли под контроль.
Вестник расставил своих парней снаружи, заблокировал все входы и выходы. А Костя решал организационные вопросы.
А в душе у Лера бушевал ураган. Вдруг и Веста пострадала? Что тогда?
Он увидел девушку, сидящую на полу перед дверью с надписью «Операционная». Здесь же замер Ильдар, прилип к стеклу, вжал ладони в стену, глядя в небольшое окно. А Лер не смог заглянуть туда. Боялся, что с Машкой случится беда. И тогда нужно как-то убрать всех подальше от Ильдара. Потому что Лер знал, друг сойдет с ума, и пострадают все. Ведь лучше всего Камул умел убивать. А сомнений не было, за своего Мопса Ильдар прикончит любого.
А Веста сидела на полу, спрятав лицо в ладонях. А на ладонях – кровь.
И Лер похолодел, замер.
– Девочка моя…. – с трудом прошептал Лер.
А Веста вскинула голову. Взгляд – чумной, невидящий. И слезы по щекам.
– Это все я… Она из-за меня… – сипела Веста. А Лер рухнул рядом, обнял девчонку, прижал к себе. Жива ведь! Жива! Это главное!
Лер держал Весту на руках, прижимал к себе, а сам смотрел на друга.
Ильдар застыл каменным изваянием, не сводил взгляда со всего, что происходило по ту сторону стекла. И становилось страшно, что Ильдар вот-вот разнесет в щепки единственную преграду, отделившую его от любимой.
Внимание Лера привлекла ладонь друга. А ведь не сразу заметил, что на безымянном пальце появилось кольцо. И не заметил бы, наверное, если бы Ильдар не вжал ладонь в стену, будто пытался дотянуть до Машки, над которой колдовали сейчас хирурги.
Выходит, тайно поженились. Вот же черт хитрый! Зажмотил целую свадьбу!
Лер хмуро решил, что непременно пройдется по холеной физиономии Камула. Но потом, после, когда Машку выпишут.
– Кто?! – тихо, но голосом способным заморозить воду на расстоянии, прошептал Ильдар.
Понятно, что обращался он к Весте. И Лер хотел вступиться. Намекнуть, что нельзя таким тоном говорить с его женщиной.
Однако Веста решительно вытерла слезы ладонью и опередила Лера с ответом:
– Егор. Он пробрался в нашу спальню, а Маша вступилась.
Лер нахмурился.
– Егор? – уточнил Лер.
– Да, оказывается, он сын Фила.
