Это он кого-то нанял, чтобы меня убить. А когда не вышло, решил сам действовать. А Маша помешала. Это все из-за меня. Я виновата! – закончила Веста.
– Тихо, тихо, малыш, – зашептал Лер, крепче смыкая руки на плечах Весты.
Ильдар слушал, не поворачиваясь к девушке. Смотрел только на свою малышку, которую толком было не разглядеть через крохотное окно. Но никакие силы не способны были сдвинуть его с места в эту секунду.
– Отдашь его мне, Лер, – так же коротко и на первый взгляд спокойно произнес Камул.
– Не уверена, что он живой. Я ему проломила череп лампой, – шмыгнула носом Веста, а потом не выдержала и разрыдалась.
В коридоре появилась и тетушка Анна в сопровождении Константина и Платона.
Семья была в полном составе. Оставалось только ждать.
* * *
Глава 26
А в холле повисло гнетущее молчание. Кажется, даже персонал обходил эту часть клиники десятой дорогой. И к Ильдару никто не приближался. Только Платон застыл рядом, не сводя взгляда с заветной двери, за которой медики боролись за жизнь Маши.
Ильдар и Машин отец стояли плечом к плечу, как будто мужчины делили сейчас свое горе на двоих. Словно так было легче надеяться на лучшее и не позволить панике взять верх над рассудком.
Веста отчаянно цеплялась за футболку Лера, загребая ткань в кулак. Сидела рядом, под боком Грека, пыталась спрятаться от всех и от всего и старалась не думать, что операция все еще идет. Неизвестность убивала. А чувство вины разъедало нежную и ранимую душу девушки.
А еще странное и пристальное внимание седого незнакомца дезориентировало Весту. Однако Лер будто отсек собой пространство, не позволив никому приблизиться к девушке. Исключение было сделано для тетушки Анны, которая заняла на диванчике место по другую сторону от Весты.
– Ты ни в чем не виновата, – в который раз проговорил Лер, когда заметил, что девчонка вновь беззвучно плачет.
Наплевав на свидетелей, Лер устроил Весту на своих коленях, обнял, припечатал широкой ладонью голову девчонки к своей груди, тем самым окружив ее собой. Да плевать, если они у всех на виду! Реально, плевать!
Но даже Вестник молчал, не влезал сейчас со своими разговорами о прошлом и будущем. За это Лер был благодарен деду.
А Веста, прикрыв глаза, уткнулась носом в широкую и надежную грудь. Так было не страшно. Так казалось, что она со всем справится. Словно сила и мощь Лера проникали к ней через кожу, вселяли уверенность.
Охранники, которые остались в доме, осторожно сообщили Константину, что пацан жив. Помощь ему оказали ровно столько, чтобы тот дотянул до встречи с Адамиди.
Казалось бы, ничто не способно было отвлечь внимание Ильдара от дверей, ведущих в операционную. Но нет. Как только стало известно, что Тай жив, Камул тут же взглянул на Константина.
Немой диалог произошел между двумя мужчинами. Костя признавал право за Ильдаром. Пусть Адамиди могли бы сохранить важный козырь в лице сыночка Филиппова. Ведь Фил не зря скрывал своего отпрыска. Такую информацию можно было бы повернуть как в пользу Фила, так и против него. Все зависело от самого Егора. Однако парень, навредив Маше, поставил крест на своей судьбе. Такое прощать ему никто не станет.
Костя кивнул, отвечая на немую просьбу Ильдара. И тот отвернулся, сжал руки в кулак до хруста.
Веста заметила этот короткий и беззвучный диалог. Стало даже немного страшно оттого, сколько агрессии и ярости скрывается в Камуле. Пожалуй, Таю можно только посочувствовать.
Но об этом позже, а пока что…
Мужчина в униформе, маске и очках вышел из операционной. Уставшим взглядом обвел всех собравшихся. Остановился перед Камулом. А Ильдар вытянулся, будто готовился к решающему прыжку.
– Вы муж? – уточнил доктор и, не дожидаясь ответа, продолжил: – Операция прошла успешно. Но опасность не миновала. Остается только ждать. Организм у девушки молодой. Шансы есть.
Ильдар так и стоял, глядя через стекло на Машку. Веста не была уверена, что молодой мужчина расслышал слова доктора. Но тот кивнул.
А Веста прикрыла глаза. Усталость навалилась одним махом. Как будто внезапно иссякли все ресурсы, даже голову было трудно держать.
– Езжайте. Незачем всем здесь торчать, – глухо проговорил Ильдар.
К этому времени Машу уже перевели в реанимационную палату. Никого к ней пока не пропускали, но Ильдара сложно было прогнать. Да никто и не пытался. Самоубийц в клинике не оказалось.
Лер взглянул на Весту. Ведь устала девчонка. Вымоталась. Ей бы поспать и поесть нормально.
На том и порешили: Лер увез Весту и тетушку Анну домой, пусть Веста и не хотела покидать здание клиники. Но разве Грека переспоришь?
* * *
В доме было тихо. А ведь раньше Весте нравилась атмосфера уюта и тепла, которую ощущала девушка. Сейчас же как будто даже стены пропитались беспокойством.
– Я приготовлю что-нибудь, – негромко произнесла тетушка Анна.
– Мы спустимся через пятнадцать минут, – кивнул Лер и утащил Весту в комнату.
А там перед дверью их ждал охранник.
– Не можем пса вытащить. Думали, усыпить, но как-то жалко. А он никого не слушает, – сообщили парни Леру.
– Трезор! – воскликнула Веста, как только Лер аккуратно приоткрыл дверь.
И пес тут же приветливо заскулил, застучал обрубком хвоста, ткнулся носом в ноги девушке.
– Мой защитник! Малыш мой! – заговорила Веста с Трезором.
А Лер, кажется, немного приревновал. Да где это видано, чтобы в его, Лера, присутствии кого-то другого любимая девушка называла своим малышом?!
Но рука дрогнула прогнать Трезора. Лер смог только утащить Весту в ванную комнату и закрыть дверь перед самым носом блохастой псины.
– Лер! – укоризненно произнесла Веста, покачав головой.
– Ну а что? Тебе нужно искупаться. А ты уж прости, но голенькой тебя видеть могу только я! – невинно округлив глаза, откровенно заявил Адамиди.
– Вообще-то Трезор – пес, – вздохнула Веста, а силы так и не вернулись. Казалось, будто руки и ноги стали ватными, а в голове – пустота.
Лер увидел, что Веста еле держится на ногах. Подхватил. Устроил на бортике ванной.
– Посиди минутку, я воду настрою, – пробормотал Лер.
Спустя несколько минут, Веста уже стояла под струями теплой воды. Одежда, испачканная кровью, улетела в мусорную корзину. А Лер стоял по другую сторону стекла, чтобы в случае необходимости подхватить и помочь.
А Веста вдруг разрыдалась, запрокинув голову, крепко зажмурившись и позволив струям хлестать по лицу.
– Маленькая…, – выдохнул Лер и в один шаг оказался рядом.
Рыдания становились громче, а Лер не знал, какими словами утешить любимую девушку. Ведь разговоры – не его конек.
– Всем
