- Почти каждую ночь с тех пор, как я вернулся. Но засыпает быстро. Приходит, просится ко мне, и вырубается.
- Понятно. Почему не приходит ко мне, интересно?
Я лишь пожал плечами. Ответа у меня не было.
- Меня как раз вчера врач про это спрашивал, а я даже ответить не смогла. Вот так мать. Пришлось честно признаться, что, возможно, сын уходит к тебе, просто мы спим отдельно.
Я сжал зубы. Ауч. Было неприятно.
- Может, не стоит говорить чужим людям о наших с тобой отношениях? Зачем им эта информация?
- Ну, Никита Александрович сам спросил меня про развод. Думаю, ничего страшного. Не вижу смысла что-то скрывать.
У меня внутри даже всё опустилось. Какого хрена этот врач интересовался личной жизнью Риты? Я видел его в больнице. Молодой, накаченный. Это было плохо. Тем более сейчас, когда Рита была в уязвимом состоянии.
- Он тебе нравится? – Попытался я спросить как-то отстраненно, но вышло всё равно немного агрессивно.
- В каком смысле? Как врач, да. Он отличный специалист. Он, кстати, сказал мне кое-что, что я уже второй день в голове кручу.
Я сразу подумал, что если он ещё как-то попытался подкатить к Рите, то придётся, видимо, с утра перед работой мне сначала заехать в больницу, и рассказать этому доктору, что делать подобные намеки своим пациентам – не профессионально.
Даже кулаки зачесались. Может и правда стоит заехать.
- Что именно? – Я вытер руки о фартук, который накинул прямо на голый торс, чтобы масло не плевалось, и повернулся к Рите. Она задумчиво сидела на стуле, забравшись туда прямо с ногами, и смотря не видящим взглядом в стену напротив.
- Наташа пропала. Не появляется в клинике. Муж её сказал, что она уехала загород, но я что-то слабо в это верю. Вот, думаю, не случилось ли с ней что-то. Знаешь, мне в последний раз показалось, что Виталий бандит. Как я этого не замечала раньше? Знаю, что мне не следует вообще за неё переживать, но, если с ней что-то произойдет…В общем, меня это мучает.
- Уверен, что всё с ней хорошо. – Я отвернулся обратно к плите, продолжив заниматься тем, что делал. Не переживай. Наташа он такая, всегда выкрутится из любой ситуации. Вот, держи первую партию блинов. Я пойду Лёву разбужу.
Жизнь была неправильной штукой. Потому что неправильно было то, что я, пока ехал на работу, крутил слова Риты в голове. Чувствовал свою ответственность. Ведь я сам поехал с ней после вечера встречи выпускников.
И меня распирало противоречивое чувство справедливости. Стоило мне вмешаться, или нет?
Как оказалось, выбор уже был сделан за меня. Потому что, как только я оказался у офиса, и припарковал машину, меня окликнули:
- Максим! – Я обернулся, и увидел, что на углу здания стоял автомобиль, и через опущенное стекло меня окликнул Виталий, муж Наташи.
Самой первой моей мыслью стало то, что встала машина идеально: аккурат там, где у нас нет камер.
48 глава
Рита
- Ой, ты блинчиков напекла? Умница какая! – Зашла на кухню Ольга Александровна.
- Не я, Максим с утра напёк. – Честно ответила я, расставляя на столе всё необходимое. Свекровь под предлогом того, что была здесь недалеко, зашла к нам на чай, и повидаться с Лёвой.
Конечно, с учётом того, что она прекрасно знала, что Лев в это время спит, было понятно, что у её визита были совсем другие причины.
Я ещё не успела даже открыть дверь толком, а она уже разделась, и проскочила внутрь. Прошла мимо гостиной по пути в ванную комнату, заглянув, чтобы убедиться, что Макс всё ещё спит на диване.
Наверное, раньше меня её поведение могло бы разозлить, но у меня, похоже, наступила та часть беременности, где мозг оберегал меня от слишком сильных эмоций, и я ко всему относилась как-то средне.
- Вот это молодец сынок. Правильно, жене нужно помогать. Так в семье и происходит, все заботы поровну, и домашние хлопоты, и уход за детьми… - Правда? Я даже изогнула бровь, смотря на неё.
Что-то до нашей ссоры с Максимом она так не считала. Когда Макс готовил или вместе со мной убирался, бывало намекала мне, что не мужская это работа. И что вообще, раз Максим работает и берёт на себя основной финансовый удар, я должна была следить за остальными сферами.
Хотя с моей точки зрения, уход за детьми был тоже полноценной работой. Да я с удовольствием бы ушла в офис на целый день, и не факт, что устала бы больше.
Сейчас же свекровь переметнулась на мою сторону. С чего бы это? Пыталась задобрить меня, показывая, какой Максим хороший муж?
- Вы с чем блины будете? – Вместо ответа спросила я у неё.
- С вареньем. Вот тут есть немного, мне хватит, не вставай лишний раз.
Я молчала, ожидая, пока свекровь сама выдаст основную тему того, зачем пришла.
- Рита, я поговорить хотела с тобой. Максим сам не свой ходит уже столько времени. Может, ты всё же простишь его? Помиритесь, попытаетесь забыть всё плохое?
- По-моему Максим взрослый мужчина, и странно, что за него просит мама. Он просил вас со мной поговорить?
- Нет-нет, ты что! Я сама. Просто жалко мне вас. Такая хорошая пара, и так долго помириться не можете… Мужчины, они же прямые, как палка. Нам кажется, всё понятно: вот тут приобними, тут поцелуй, тут цветы подари. А они так не думают, как мы. Ты ему должна помочь в этом пути, Рита.
- Не понимаю, почему я здесь на стороне, которая пострадала, и при этом я же должна простить, помочь ему реабилитироваться… А что он будет делать? Как мне понять, что он действительно сожалеет? Что мне сделать, чтобы снова доверять ему? Мне никто с этим не помогает. И я сама даже не знаю ответ.
Беседа с Ольгой Александровной не клеилась. Она что-то говорила, а мне не хотелось это принимать и слушать. В данный момент у меня было своё мнение на этот счёт. И, раз уж всё произошло между мной и Максом, то, я считала, и разбираться мы с ним должны были сами.
Молчание затягивалось.
- Знаешь, Рита, я ведь была на твоём месте. – Проговорила свекровь, и опустила взгляд на стол. Её подбородок дрожал. Было видно, как сложно ей даётся этот рассказ.
- Что? – Нахмурилась я, не понимая, о чём вообще шла речь. Насколько я знала, отец и мать Макса были женаты уже больше тридцати лет. У них до сих пор были нормальные отношения, только вот муж Ольги Александровны последние пять лет почти постоянно жил в их, так называемой, даче. Но там был скорее загородный дом. Ему почему-то там нравилось больше, чем в городской квартире.
- Когда Максу было… Чуть меньше, наверное, чем Лёве, я забеременела второй раз. Не сказать, что была сильно рада. Но как-то не принято было делать аборты ещё. Забеременела – рожай. – Ольга Александровна горько усмехнулась. – Времена тяжелые тогда были. На работе никто поблажек не делал. Работали наравне, что беременные, что нет. Вот я и перетрудилась. Случился выкидыш.
Из глаза свекрови выкатилась слеза. Она быстро утёрла её рукой, и продолжила.
- Для матери потерять ребёнка, даже не рожденного, даже не запланированного – очень тяжело. Это поймут только те, кто терял. И себя винишь, и весь мир. Ну и муж под раздачу попадал, конечно. Отношения у нас тогда разладились сильно. Я много плакала, не хотела никого слушать…У него тоже было горе, но я его не оправдываю, конечно.
- Он тогда вам изменил?
Свекровь кивнула. Чуть всхлипнула, и сделала глоток чая, чтобы привести дыхание в норму. Кажется, история была всё ещё для неё болезненной. Хотя, по идее, прошло уже очень много лет.
- Мне позвонила женщина с работы у него. Представляешь, просто, без стыда и совести, позвонила прямо нам домой. Сказала, что у них с Геной роман. И что я не должна мешать их великой любви, и должна уйти в сторону.
Я смотрела на Ольгу Александровну, и мне было искренне жаль слышать, что с ней произошло подобное.
- И что вы сделали? – Затаила я дыхание, а она снова усмехнулась.
- Собрала чемодан с вещами мужа, и выставила за дверь. А, когда он пришёл с работы, не пустила за порог дома. Сквозь закрытую дверь прокричала ему, чтобы валил к своей новой любви.
